Флирт с серьезными намерениями - Кендалл Райан

Мне хочется врезать самому себе.

Я возвращаюсь в квартиру только после того, как Натали уезжает.

Я даже не остаюсь послушать, что Джек скажет мне об игре, а прямиком иду в свою спальню, закрыв и заперев за собой дверь. Я стягиваю джинсы и боксеры, освобождая ноющий член, и медленно, с нажимом провожу по нему рукой.

По телу прокатывается дрожь. Аромат Натали все еще ощущается на моей коже, я провожу по члену быстрыми, ритмичными движениями; запретное желание пульсирует в моих венах. Я не должен этого делать.

Не должен хотеть ее вот так.

Но когда я представляю, как ее губы приоткрываются, чтобы вдохнуть, вспоминаю, как ее руки касались моей кожи во время массажа, — этого достаточно. Я рычу от злости, мой кулак двигается все быстрее, и я кончаю мощно и быстро. Я ловлю густые струи спермы на скомканные салфетки и чувствую, как из меня вышибают дух. Я задыхаюсь, все еще возбужден и чертовски растерян.

Единственное, в чем я уверен, так это в том, что со мной что-то очень сильно не так. Потому что нельзя дрочить на мысли о своей лучшей подруге, пока ваш лучший друг, с которым вы принесли клятву целибата, сидит в соседней комнате.

Я в полной заднице… и совсем не в том смысле, в каком мне бы хотелось.

НАТАЛИ

— Давай, заводи!

Я с силой поворачиваю ключ зажигания уже в пятый раз. В ответ двигатель лишь жалобно чихает.

— Черт бы тебя побрал! — Ну конечно, моя машина решила умереть именно в то утро, когда у меня на работе важная презентация. Я с горечью вспоминаю слова отца после того, как отказалась позволить ему купить мне новенький автомобиль.

«Ты однажды застрянешь где-нибудь в этой колымаге, — сказал он. — Я буду ждать, когда ты передумаешь».

Ни за что на свете я не собиралась так легко поддаваться этому искушению. Но теперь, столкнувшись с вероятностью опоздать в такой важный день, я жалею о своем решении.

Я роюсь в сумочке в поисках телефона. Листая список избранных контактов, я раздумываю, кому бы позвонить в такую рань.

Мой палец замирает над именем Кэма. Я колеблюсь, вспоминая, как странно он вел себя на днях. Камден обычно не любит обниматься, но то, как он стиснул меня, было очень… интимным. Это было приятно, я даже не подозревала, что нуждаюсь в таком, но для него это было так необычно, что нам обоим стало неловко. Но как мне с ним об этом поговорить? Я могла бы просто проигнорировать этот момент, но сомневаюсь, что смогу сдержать желание спросить его, что творится у него в голове.

Выбрав контакт, я прикладываю телефон к уху и жду.

— Какого черта, Нат? — Голос Джека хриплый, словно до моего звонка он спал мертвым сном.

— У меня к тебе просьба.

––

Десять минут спустя я еду на работу, а за рулем сидит Джек.

— Будешь должна. Этого нет в моем графике сна, Мур. — Джек работает по ночам, так что мой звонок в семь утра для него равносилен звонку в два часа ночи для меня.

— Знаю, — говорю я, сжимая его руку. — Я очень это ценю.

Я смотрю в окно, наблюдая, как мелькают здания, и надеюсь, что не опоздаю.

— Почему ты не позвонила Кэму? — спрашивает Джек. — Он более ранняя пташка, чем я.

Я не знаю, что ответить. Мне не хочется рассказывать ему про объятия, и я сама не уверена, почему.

— Тебе не кажется, что в последнее время он ведет себя как-то странно? — Я не уверена, что «странно» — правильное слово, но «по-другому» звучит слишком расплывчато.

Джек хмурится.

— Я ничего такого не заметил. С чего ты взяла?

— Просто такое чувство.

Причем невероятно отвлекающее чувство, и в данный момент я совершенно не представляю, что со всем этим делать. Но сейчас мне нужно сосредоточиться на презентации и собраться с мыслями. После того как Джек высаживает меня, я все еще размышляю об этом, но напоминаю себе, что нужно сфокусироваться. От этой презентации может зависеть мое повышение, и если я облажаюсь, все маркетинговые исследования пойдут насмарку. Мне нужно продвинуться по карьерной лестнице, если я хочу добиться реальных изменений в этой компании. Для нашего времени их методы слишком старомодны, и я знаю, что мое влияние поможет нам вернуться на правильный путь. Кроме того, это поможет мне еще и вернуть уверенность в себе, которая сильно пошатнулась после того удара, что я получила на вечеринке у родителей пару дней назад.

Подготавливая конференц-зал, я принимаю решение. Никаких мыслей о странном мужском поведении до конца рабочего дня.

Соберись. Нужно сосредоточиться.

––

— Что ж, все прошло отлично! — говорит моя коллега Джанель в комнате отдыха. Она работает здесь дольше меня, поэтому ее мнение дорогого стоит. — Твои выводы оказались такими интересными. Я и понятия не имела, что мы можем использовать социальные сети подобным образом.

— Это легко, — говорю я, наливая себе чашку кофе. — Я просто сложила кусочки мозаики воедино. Рада, что все прошло хорошо, несмотря на то, как началось мое утро.

— А что случилось утром?

Я рассказываю Джанель о ситуации с машиной. Будучи настоящим супергероем, она предлагает подвезти меня домой после работы.

— Ты уверена?

— Абсолютно. Такими темпами ты однажды станешь моим боссом. Лучше заработать очки сейчас, пока это имеет значение, верно? — Она подмигивает.

Я краснею от комплимента. Что бы ни говорили мои родители, ничто не заставит меня отвернуться от этих добросердечных людей. Мое место здесь.

После работы Джанель, как и договаривались, высаживает меня на улице прямо перед моим домом. Я иду по подъездной дорожке, как вдруг вижу нечто, что заставляет меня застыть как вкопанную.

— Кэм? — Я моргаю, глядя на мужской силуэт.

Я совершенно не ожидала увидеть его здесь, но вот он, склонился над капотом моей машины. Несмотря на прохладный осенний воздух, на нем только тонкая серая майка и синие джинсы. Его одежда, лицо и руки перепачканы черной смазкой — видно, что он давно здесь возится.

— Что, ради всего святого, ты делаешь? — спрашиваю я.

— Чиню твою машину. Джек сказал, что она сломалась сегодня утром, вот я и решил заскочить и просто взглянуть.

Заскочить и взглянуть? Этот мужчина с ног до головы в мазуте. Это вряд ли можно назвать «заскочить» или «просто взглянуть».

— Я собиралась отогнать ее в автосервис… ну, точнее, отбуксировать, — говорю я. — Тебе правда не стоило этого делать.

— Мне