Наталья Андреева - Любовь.ru

Я пытался поговорить и с Алиной Линевой, но она меня просто не пустила на порог. И что мне те­перь делать?

Мики

Люба сидела и плакала. Как ни прячься от правды, она все равно тебя найдет. Улица Весен­няя, дом 28, квартира 112. Чужая тетка в бигуди, что она могла знать? Вот тебе и счастье: прилете­ло, поклевало зернышки с ладошки, а оказалось, что это чужая птица. Чья-то другая, не ее. Что ему ответить, этому Мики?...

Звонок в дверь.

Пошла открыла дверь.

—  Что случилось?

— Ничего, — всхлипнула.

—  Хочешь, я тебя развеселю?

—  Попробуй.

Он протянул пакет с продуктами:

—  Пожалуйста.

—  Знаешь, я не голодная.

Я голодный. Но это на самом деле не пода­рок. Подарок у меня в кармане. Только пойдем к свету. К окну.

На кухне Люба стала разбирать продукты, а Стае вынул из кармана носовой платок и стал его разворачивать.

—  Что это? — спросила Люба.

—  Вот. Смотри.

Бриллианты она раньше видела только в витринах ювелирных магазинов. Но никогда не останавливалась перед ними и не глазела. Что толку? Ей никогда не носить их. Бриллиантовое колье в руках Стаса было очень тонким и изящ­ным. И наверное, очень дорогим. Несколько не­больших камешков в центре мерцали так же за­гадочно, как и фиалковые глаза Алины Линевой. Стае положил колье на стол, камни вспыхнули и затаились.

—  Что это? — удивилась Люба.

—  Линева тебе просила передать.

—  Мне? За что?

—  Не знаешь? Не догадываешься?

—  Значит, никто не воровал у нее колье? Стае тяжело вздохнул:

—  Воровал. С утра зашел к девушке Гуле в магазин. Я долго не мог понять ее привязанности к этому маленькому магазинчику. А там, оказы­вается, и был тайник. В пустых банках из-под кофе было спрятано много ценных вещиц.

—  И что теперь ей будет?

—  А что будет? Ты хочешь, чтобы всплыло это дело? Убийство Осокина? Чтобы она показа­ния начала давать? Против кого?

—  Но ведь его убил Дмитрий Иванов.

—  Необходимая самооборона, вот как это бу­дет квалифицировано. Осокин же первым начал драку.

—  Он только сказал гадость.

—  Гуля скажет, что полез драться. И по­том, ты хочешь, чтобы парни из РУБОПа сдали своего? Или хотя бы позволили под него копать? Ты знаешь, кто такой Дмитрий Иванов? Герой. Многие ребята ему жизнью обязаны. Отчаянный парень. А кто такой Осокин? Мразь. Нет, Люба, забудь.

—  А колье? Разве не он залез на дачу к Ли­невой?

—  Нет, конечно. Дмитрий такими делами не занимается. Он парень честный.

—  Надо сказать, что у него очень своеобраз­ное понимание кодекса чести.

—  Что ты в этом понимаешь!

—  Уж как понимаю... Значит, эта Гульна-ра — воровка?

—  Девчонка она еще. «Девочка с гор», — как правильно заметила Линева. Дикарка. Помнишь то место на кассете, где Гуля говорит об ужине в ресторане?

—  И что?

—  В тот вечер Линеву попросили срочно вер­нуться в Москву и отыграть спектакль. В связи с болезнью знаменитого артиста спектакль с его участием заменили на  «Маленького принца». Пришлось  быстро  собираться,  и  она  забыла колье на туалетном столике в спальне. А после спектакля к ней подошел Осокин с Гульнарой и пригласил в ресторан. Линева была со своим новым любовником, с Михаилом Стрельцовым, и обрадовалась случаю познакомить его с Осо-киным.

—  Зачем?

—  Помнишь, Марианна Руслановна сказала, что мог бы существовать целый клуб мужчин, брошенных Линевой? И там царили бы прекрас­ные дружеские отношения. Она действительно имела привычку держать бывших поклонников как бы «в резерве». И связывала их между со­бой деловыми отношениями. Так вот, они пошли вчетвером в ресторан, и там Линева со смехом сказала, что одета не слишком подходяще для такого места, потому что прямо с дачи и даже с вещами и ключами. У нее действительно была с собой довольно вместительная кожаная сумка. Не маленькая дамская сумочка.

—  Почему же она ее в машине не оставила?

—  У них со Стрельцовым вышла какая-то размолвка. Линева не знала, поедет она из ре­сторана с ним или попросит Осокина подбросить ее до дома. Потом Стрельцов, видимо, вымолил прощение. Так вот, Линева обмолвилась также, что забыла на даче ценную вещь: бриллиантовое колье. Бросила на туалетный столик, да там оно и осталось. Гульнара давно на это колье глаз поло­жила, еще в ювелирном магазине. Осокин купил колье, да не ей. И девушка выбрала момент, когда Линева вышла курить, Стрельцов следом, чтобы с ней отношения выяснить, а Осокин пригласил какую-то девицу на танец. Ну, наша девочка с гор и вытащила из сумки ключи. А ночью кинула Осокину снотворное в кофе и на его машине на­ведалась на дачу Линевой.

—  Почему он на жену подумал?

—  Так он же у Гульнары ночевал. Осокин сильно пьяный дома не появлялся, стеснялся де­тей. И был уверен, что любовница всю ночь мирно сопела носиком у него под боком.

—  Это тебе Гульнара рассказала?

—  Да. Знаешь, мы все оформили так, будто она случайно обнаружила в магазинчике тайник. А сделали его осокинские ребята.

—  И ты тут же повез Линевой колье? — усмехнулась Люба.

—  Мне надо было с ней поговорить.

— О ком? О моем муже? И давно ты знаешь; что он тот самый человек, который проходит главным свидетелем по делу об убийстве Михаи­ла Стрельцова? Что он отец Полины?

—  Слава те Господи! Прозрела!

— Ты меня за этим к Линевой возил? Чтобы она от ревности проговорилась? Ведь она же сама сказала, что только одного его любила всю жизнь! Но почему вдруг Алина? Что, так плохо звучит Мария Петрова?

—  Не плохо, но простенько очень. Она подобра­ла себе имя, созвучное с девичьей фамилией, кото­рую после развода снова взяла назад. Алина Лине­ва звучит гораздо красивее, чем Мария Линева.

— Но зачем же он на мне женился? Зачем?

—  Может быть, одинокой старости испугал­ся, — усмехнулся Стае. — Кто его знает?

— Значит, Линева знакомила Олега со своими любовниками, бывшими и настоящими, чтобы он Деньги у них занимал?

—  Она делала для бывшего мужа то, что мог­ла. Может быть, хотела, чтобы тот встал на ноги, заработал кучу денег, и...

—  Замолчи! Я, значит, была всего лишь сту­пенькой в этой лестнице. Но почему же мне каза­лось, что Олег меня любил?

—  Мало ли что нам кажется, — буркнул Стае. — По крайней мере, я рад, что ты немного пришла в себя. Я давно уже связываю эти два дела:  убийство Михаила Стрельцова и Олега Петрова в одно. И вт.орое, скорее всего, следует из первого.

—  Кто-то с ним рассчитался, да? За Стрель­цова?

—  Может быть. Люба, ты должна вспомнить. Последние дни. Подробно, день за днем. Что было такого важного? Что говорил, делал твой муж.