Мой опасный магнат - Татьяна Гончарова

— И Дрейк полетел вместе с ней, — закончила Мирей. — В грязь. Лицом.

Женщины захохотали.

— И что, сильно ушибся? — немного взволнованно спросила Алекс.

Мой хвост странно дернулся от того, как она это сказала. Как-то слишком странно, даже не понял этого движения.

— Нет. Перепачкался только с головы до хвоста, — смеясь, ответила Мирей. — Мама потом отмывала его часа два. А Дрейк всё равно был счастливый. Гордился, что залез выше всех.

Я стоял за дверью, слушал этот рассказ о моём детстве, и внутри разливалось непривычное тепло.

Они смеялись надо мной. И Алекс смеялась. И я... был рад слышать ее смех. До вздыбленного гребня рад.

Шагнул в гостиную, где они собрались.

— Рассказываете про мои подвиги? — спросил я, притворно хмурясь.

— Только самые геройские, — улыбнулась Алекс, сияя глазами.

Под ложечкой кольнуло от не вовремя пришедшей мысли, что я настоящий придурок.

Будет ли она так улыбаться потом, когда в итоге мы расстанемся? Не сломаю ли я эту хрупкую, искреннюю девочку?

Я всё ещё улыбалась, слушая истории о детстве Дрейка. Его родные рассказывали их с такой любовью, с таким теплом, что даже я чувствовала себя сейчас частью их внутреннего круга. Это была настоящая семья, где помнят каждую шалость, каждую глупость и каждую маленькую победу.

Сразу вспомнила своих и загрустила чуть-чуть. Хотелось бы их увидеть всех, обнять и вот так же просто поболтать в семейном кругу о чем-то легком и светлом.

Мирей только что закончила очередной рассказ о том, как Дрейк в десять лет пытался приручить дикого лейра и притащил его в свою комнату.

— Мама тогда, — смеясь, рассказывала Мирей, — чуть в обморок не упала, когда увидела в кровати это шипящее, плюющееся кислотой создание.

Я вот тоже бы наверно в обморок свалилась, как представила себе.

Даа… Дрейк в детстве хорошо так нервы потрепал родителям. И мне сказали, что он еще был послушным мальчиком! А вот Хард…

Я бросила в сторону младшего Зартона быстрый опасливый взгляд. И не скажешь ведь. Вон стоит, улыбается и что-то нежно воркует на ухо своей жене, а вокруг них скачут их близнецы, пытаясь отвлечь родителей.

— Дрэго тогда посмотрел, усмехнулся, — с ностальгией в голосе продолжила мама Дрейка, — и сказал: «Если хочешь завести домашнего питомца, сначала научись за ним убирать». И ушёл. И Дрейк три дня упрямо драил свою комнату, пока его питомец не удрал обратно в джунгли.

Мы рассмеялись. Я украдкой посмотрела в сторону, где Дрейк о чём-то говорил с Гаем. Они отошли в дальний угол веранды, их хвосты были заметно напряжены. Разговор явно серьёзный. Работа, наверное. Что-то, что нельзя обсуждать при всех.

Я перевела взгляд обратно на женщин. Нэдис расслабленно сидела в кресле с чашкой чая и царственным взглядом наблюдая за всеми с лёгкой, загадочной улыбкой. Ялика и Мирей о чем-то тихо беседовали. Кейт и Диана уже обсуждали что-то своё, иногда поглядывая в сторону мужчин.

Хард увел близнецов, а заодно и остальную ребятню куда-то в сторону джунглей, пообещав устроить им настоящую охоту. Но судя по спокойствию остальных родителей, охотиться дети будут все же не по-настоящему.

А я сидела и чувствовала, как внутри становится невероятно тепло. Не только от чая. От всей этой атмосферы семейного праздника. От голосов, смеха, от того, как все смотрели друг на друга. Жаль, конечно, что я здесь временно. Но мне нельзя про это забывать.

Так легко забыться и начать примерять на себя не ту роль.

Я отошла к окну, чтобы сделать себе небольшую передышку.

Дрейк всё ещё разговаривал с Гаем, и я заметила, как его хвост вдруг сделал резкий, рубленый жест, словно обрывая их разговор. Гай что-то ответил, и они разошлись. Дрейк направился в мою сторону, но на полпути его перехватил отец, и они о чём-то заговорили.

А Гай... неожиданно подошёл ко мне.

И по его профессионально-оценивающему взгляду, я как-то сразу поняла, что разговор будет не на отвлеченные темы. Старший брат Дрейка не скрывал своего любопытства, и от этого мне стало немного не по себе.

— Алекс, — он остановился рядом со столиком и небрежно налил себе сока из кувшина. — Можно задать тебе пару вопросов?

— Конечно, — пожала я плечами, но невольно бросила взгляд в сторону Дрейка.

Он все еще был занят разговором с отцом.

Гай удовлетворенно кивнул, а его мощный хвост сделал короткое, задумчивое движение. Все же какие все Зартоны здоровущие. Я ему едва доставала макушкой до плеча. Сложно представить этого громилу протирающим зад на сидячей работе, как насмешливо заметил Хард.

— Та уязвимость, которую ты нашла в системе Хронос-91... — начал он, и я внутренне напряглась. — Как именно ты её обнаружила? Я просмотрел отчёт, но там не хватает деталей. Каков был твой алгоритм?

— Я... — я запнулась, подбирая слова. — Это не совсем алгоритм. Я просто... чувствую. Есть ощущение, что что-то не так, и потом уже логика подсказывает, где искать.

— Чувствуешь, — оживившись, повторил Гай. — Варика говорила, что у тебя особое пси, осязательно-цифровое. Но как ты отделяешь ложные срабатывания от реальных угроз?

Я растерялась, но ответила. Уточняющие вопросы сыпались один за другим, и я едва успевала отвечать, как приходилось иметь дело со следующим.

Гай был не просто любопытным, он словно проверял меня, пытаясь заглянуть слишком глубоко. И от этого я резко почувствовала себя неуютно.

— Сколько времени у тебя уходит на верификацию?

— В общем и целом зависит от сложности системы, — после паузы, осторожно ответила я. — Иногда хватает нескольких минут, иногда нужно погружаться на несколько часов. В случае с Хроносом... я потратила около часа на первичную разведку, потом ещё двадцать минут на сам взлом.

— А что насчёт других систем? Ты видела ещё какие-нибудь уязвимости? В нашей сети, например?

Я поджала губы. Мне не нравилось, куда он клонит.

— Я не ищу уязвимости в системах СРЗ. Это не входит в мои обязанности, — посмотрела ему прямо в глаза. — И, когда я выходила на связь с маршалом, задачей была именно связь, — добавила я, чётко осознавая в этот момент, что говорю с тем, кто отвечает за цифровую безопасность всего нашего доблестного космофлота, и особенно штаба.

— А если бы входило? — Гай