Переиграть судьбу - Лана Лаврова
По губам скользнула горькая улыбка.
Как же мало времени мне дано для реванша.
Из гардеробной направилась в ванную.
Настроила душ под приемлемую температуру, капнула на губку цветочного бальзама и встала под упругие струи воды. Пара минут блаженства вернули мне душевное равновесие и приятно расслабили.
Втирая в волосы ароматное масло для блеска и питания присела на пуфик перед туалетным столиком.
Когда волосы, наконец заблестели, взялась за лицо. Нанесла питательный крем, немного блеска на губы и черной пасты на ресницы.
Из головы никак не выходили слова Инфидры про Прях. Договориться с ними трудно, почти невозможно. Они неохотно откликаются на молитвы храмовников, подношениями их тоже не заманишь. Так что же такое им было обещано, раз одна из них решила помочь. Пойти против императорского, рода которому благоволит сама Богиня Ночи — самоубийство для любого смертного и бессмертного коими являются Пряхи.
Достучаться до них можно только в Храме Познания. Думаю, его посещение не стоит откладывать надолго. По крайней мере, просмотрю книгу с записями подношений, может, на что-то и наткнусь.
К дяде и его гостям спустилась где-то через час.
В платье из мягкой шерсти мятного цвета и замшевых сапожках на небольшом каблуке спустилась в гостиную на первом этаже. Горничные суетились сервируя стол в малой столовой для чаепития. Одна из них подсказала что дядя ждет меня в курительной комнате.
Первым войдя в комнату, увидела дядю. Едва удержалась от желания бросится ему на шею.
Дядя отложил недокуренную сигару и поднялся с кресла.
— Надеюсь, не сильно заставила себя ждать. — Мне навстречу встало двое незнакомых мужчин.
Оба высокие, рыжеволосые, похожие как братья близнецы, если бы не цвет глаз. У одного зеленые, как болотный мох, у другого синие с золотыми искорками.
Пахло табаком и выдержанной силрой. Алая жидкость была разлита по низким бокалам. Ее терпкий запах кружил голову.
— Ну, что вы фресса, — мягкий бархатный голос принадлежал зеленоглазому, — ради встречи с красивой женщиной стоит и потомиться в ожидании.
— Откуда вы знали, что я красива?
Склонила кокетливо голову и коснулась пальцами шеи.
— Ваш дядя описал вас лучше любого художника. Такую красоту и правда стоит запечатлеть на холсте. Если позволите мне такую дерзость, я бы хотел вас написать.
К дифирамбам подключился второй мужчина. Он первым коснулся моей руки в легком поцелуе.
— Дядя — лицо заинтересованное, мог и преувеличить. — Подхожу к нему и целую в щеку. Он привычно пахнет мятой, морозной свежестью и, конечно же табаком. — А над вашим предложением я подумаю.
И, думаю, соглашусь.
Гостей звали Ирсай и Мар. Оба представились, ещё раз запечатлев поцелуй на моей ладони.
Дядя, взяв меня под руку, предложил пройти всем в столовую.
Хорошо перекусив в доме Даэля я потягивала кофе и внимательно рассматривала гостей.
Оба отдали предпочтение чаю. Из закусок налегали на соленую рыбку с мягким сыром в слоеных тарталетках, тосты с яйцом умяли в количестве трех штук.
Для людей больно уж прожорливы. Скорей всего, из псовых оборотней. Клыки у одного мелькнули когда тот вгрызался в тост.
Разговор за столом вращался вокруг погоды, грозящей штормами, затрудняющими судоходство. За первые несколько дней зимы уже пять сильных штормов вынудили отложить отправку нескольких важных торговых судов. Нашей семье принадлежало несколько кораблей, верфь, где их строили, и доля в порту. Но это скорей побочный бизнес. Основной включал в себя мануфактуру артефактов, рудники по добыче орахнита — главного минерала для производства боевых артефактов.
Фоном слушая разговор мужчин, рылась в памяти, ища в ней информацию про эффект Маркэля.
Его фамилия точно не мелькала на страницах учебников по праву и законотворчеству. Историю на факультете законников читали на первом курсе, а он прошел у меня под знаком нескончаемых вечеринок и на парах я больше спала, чем впитывала знания. Не вылететь мне, конечно, помогла фамилия и щедрые пожертвования в фонд. Все изменилось после появления у нас на кафедре Даэля в качестве приходящего лектора по основам права.
Я влюбилась. Влюбилась до тех самых бабочек в животе и трепыхающегося сердца.
С того времени я дневала и ночевала в академии, библиотека стала мне родным домом. Стараясь привлечь его внимание вызывалась писать самые сложные работы, напрашивалась на практические занятия и бегала на все заседания суда где он выступал обвинителем.
Все тщетно. Ответного чувства я не добилась. Мне было сказано об этом напрямую.
Думаете меня это остановило?
Нет. Я же Эсс Арди, а мы так просто не сдаемся.
Вот и довела себя до казни.
— Вам, наверно, скучно слушать наши разговоры о делах, — вздрагиваю и выныриваю из неприятных воспоминаний, — такие торгаши, как мы с братом, порой забываем, что не всем интересна тема перевозок и биржевых котировок.
Синие глаза внимательно смотрят на меня, а я перебегаю взглядом с одного мужчины на другого.
Значит, братья! Выходит, я была права.
— Не столько не интересно, сколько не понятно. Я далека от торговли, вот по законодательству могла бы вас просветить. Не зря семь лет отучилась на законника пятого уровня.
Удалось удивить мужчин своим ответом.
— Лирана у нас Чтец. — Слова дяди заставляют мужчин взглянуть на меня с ярким интересом на лицах.
Такой интерес вызывает легкое раздражение.
— Боюсь разочаровать вас, но я читаю всего лишь неживую материю. Для чтения душ моего дара не хватает.
Братья переглядываются, словно ведут немой диалог.
С моим даром меня очень рьяно пытались заманить на следственный факультет. Но бегать по местам убийств явно не мой уровень. Вот произносить обвинительные речи в зале суда как раз по мне. Единственное я так увлеклась «охотой» на Даэля что так и не применила все свои знания на практике.
— Есть ли у нас шанс попросить вас о маленькой просьбе?
Смотрю на дядю. Он незаметно дает мне знак, трет указательным пальцем большой. Такой знак мы с ним придумали очень давно. На моих первых светских раутах этим жестом он давал мне знать, стоит ли соглашаться на танец с