Мрачная ложь - Вероника Дуглас

— Когда-нибудь слышала о стуке в дверь?

Гнев вспыхнул в ее великолепных голубых глазах, и та сдержанность, с которой она входила, сменилась яростью.

— Когда-нибудь слышал о том, чтобы брать трубку?

Это была женщина, которую я узнал, вспыльчивая и упрямая. Так почему же мне так сильно захотелось снова ощутить вкус этих сладких губ?

— Потому что она наша, — настаивал мой волк.

Но дело было не только в этом.

Я был обязан ей большим, чем мог объяснить. Когда мои товарищи по стае были в опасности, она нашла способ освободить их из лап Драгана в Стране Грез. Она не уклонялась от опасности или драки. Она была силой природы, а я был просто дураком, который забрел в шторм, чтобы увидеть торнадо своими глазами.

Как и сказала провидица, я должен был найти способ приручить ее. Хотя все, чего я хотел, — это раствориться в ее огне, я укрепил свою позицию и выражение лица.

— Насколько невероятно, что я, возможно, не смогу быть в твоем полном распоряжении?

Она сжала переносицу пальцами и на секунду закрыла глаза, когда ее борьба немного утихла.

— Туше.

Со вздохом она обошла стол и стулья в дальний конец комнаты, увеличив расстояние между нами.

— Послушай, прости, что ворвалась. Я пыталась дозвониться, но ты не отвечал, и мне понадобилась твоя помощь.

Теперь, когда она обуздала свой гнев из-за меня, скрытое беспокойство, исходящее от нее, было безошибочным, запах страха, тревоги и адреналина.

Все в комнате мгновенно обострилось, когда туман, поглотивший меня, рассеялся. Желание защитить наполнило каждый мускул, и я сделал шаг к ней.

— Что случилось?

Она вздрогнула и попятилась.

— Я в порядке, но на меня напали трое мужчин на мотоциклах. Оборотни, судя по их виду.

Шок пронзил меня, когда мои чувства насторожились. Что такого было в этой женщине, что привлекало неприятности, как акул на запах крови? Я обошел стол и направился к ней.

— Где? Объясни.

Беспокойство мелькнуло в ее глазах, когда она обошла стол, удаляясь от меня.

— В Индиане. Я покидала дюны после пробежки, и они напали на меня. Они пытались заставить меня остановиться.

Как они смеют пытаться тронуть кого-то из моей стаи?

Нашу пару.

Необузданная ярость поселилась во мне.

— Ты можешь их опознать? Клянусь, я выслежу этих ублюдков и переломаю им хребты.

Саванна подняла руки.

— Успокойся, Джексон, со мной все в порядке. Я просто подумала, что тебе следует знать, и подумала, что ты, возможно, имеешь представление, кто эти ребята.

Ярость и разочарование закружились в моем сознании. Как, черт возьми, я должен был защищать ее, если понятия не имел, где она?

— Какого черта ты бегала по дюнам? Одна? Боги, Саванна. — Я повернулся, сжимая кулаки, чтобы не пробить одним из них стену.

— Послушай, я пришла сюда не для того, чтобы ссориться. Ты знаешь, кто это может быть или нет?

Я провел рукой по волосам и повернулся к ней.

— Ты успела на них взглянуть? Были ли на них какие-нибудь отличительные знаки?

По тому, как она нахмурила брови, я понял ответ еще до того, как она заговорила.

— Я едва успела их разглядеть. Просто золотистые глаза и множество татуировок.

В моей памяти всплыли воспоминания о байкерах, которых мы с Гретхен выследили до того, как начался этот дерьмовый шторм.

— Это не так уж много для начала, но я займусь этим.

Ничего особенного. В Индиане и Мичигане было несколько МК оборотней. Одни были союзниками, другие доставляли неприятности, и у всех них были золотые глаза и татуировки.

— Спасибо. — Саванна выжидающе смотрела на меня, и на ее щеках появился румянец. — Я больше не буду тебе мешать. Извини, что прервала твою встречу.

Она двинулась, чтобы уйти, но я сократил дистанцию и положил руку на дверь.

— Куда ты идешь?

Саванна резко остановилась, разрываясь между желанием отступить и желанием приблизиться к моему телу. Ее влажные волосы рассыпались по плечам, а аромат озерной воды вызвал воспоминания о совместном плавании в залитом звездным светом бассейне, о совместном смехе.

Как давно я ни с кем так не смеялся?

Ни разу с тех пор, как умерла моя сестра. Возможно, ни разу до этого.

Ее зрачки расширились, а пульс участился.

— Я иду домой. Мне нужно принять душ и поспать.

Домой.

Мое раздражение усилилось. Теперь она была проклятым оборотнем — ее место было здесь, со мной и стаей.

— На тебя только что напали. Ты должна оставаться здесь, пока мы не разберемся, что происходит.

Ее взгляд метнулся к моей руке на двери.

— У Лассаль я буду в безопасности, и я не могу вызвать никаких подозрений у своей семьи. Кейси уже начинает проявлять любопытство, и он знает, что что-то не так. Если бы они узнали… — На мгновение ее голос затих. — Я только что нашла их, и я не хочу их потерять.

Убрав пальцы с двери, я подошел так, что оказался всего в нескольких дюймах от нее. Ее цитрусово-солнечный аромат окружил меня, бомбардируя мои чувства со всех сторон. Она отвернулась, но я прошептал:

— Но ты уже не та женщина, какой была три недели назад, и не просто Лассаль. Теперь ты одна из нас. Часть стаи. Твое место с нами.

Со мной.

Ее глаза наполнились слезами, но она вызывающе вздернула подбородок и отступила назад.

— Я не знаю, где мое место, Джексон, или почему во мне живет волчица. Пока я не найду эти ответы…

Ее голос дрогнул, и она оборвала фразу. Но я мог прочесть невысказанные слова. Она не была готова взглянуть правде в лицо, что она оборотень. Что она была одной из нас. Что она была моей парой.

Расстояние, которое она создала между нами этим единственным шагом назад, обожгло. Я закрыл глаза и кивнул.

— Хорошо. Это твой выбор. Так было всегда.

У нее перехватило дыхание, когда я обошел ее и открыл дверь.

— Я займусь байкерами, — добавил я. — Но если заметишь что-нибудь необычное, позвони мне. Я обещаю, что возьму трубку.

На мгновение она задержалась. Ее рука зависла в нескольких дюймах от моей груди, и я почувствовал электрический разряд, пронзивший пространство между нами. Затем она проскользнула мимо меня в холл.

— Спасибо. Я так и сделаю.

Я закрыл за нами дверь и последовал за ней по коридору с пустотой в груди.

В течение нескольких дней все, чего я хотел, — это поговорить с ней о нашей парной связи. Но было ясно, что она даже не приняла