Мой опасный магнат - Татьяна Гончарова

— Значит, так, — я понизил голос. — Когда она проснётся, вы будете с ней разговаривать. И выясните для меня всё, что сможете. Что она любит, о чём мечтает, что ей нравилось в детстве. Но так, чтобы она не догадалась, что это я вас попросил. Договорились?

— А что нам за это будет? — тут же хитро протянул Шед.

— Я подумаю над тем, чтобы покатать вас на флаере. По-настоящему, — серьезно сказал я. — И я не поведу вас в акти-центр. Но только если справитесь.

— Справимся! — хором ответили близнецы, и их хвосты синхронно дёрнулись, заключая сделку.

Ровно через час из спальни вышла Алекс, не дав мне шанса дать ей поспать подольше.

Но вышла она из спальни слегка посвежевшая, и выглядела так, что у меня в паху резко стало тесно.

Я всерьёз начал задумываться о том, чтобы поторопить Харда, ну его, этот долг. И запереться с Алекс в спальне до самого утра.

— Вкусно пахнет, — сказала она, принюхиваясь. — Ты заказал обед?

— Угадала, — я кивнул на стол, где уже все было накрыто и сервировано, как в лучшем ресторане. — Давай есть. Потом решим, чем заняться.

За обедом близнецы развили бурную деятельность.

— Тётя Алекс, — совершенно ненавязчиво начал Шед, как только мы сели за стол, — а ты в детстве в какие игры играла?

Алекс улыбнулась, отрезая кусочек мяса.

— В космических рейнджеров, — ответила она. — Мы с друзьями строили корабли из упаковочного пластика и летали спасать галактику.

— Из упаковочного? — удивился Роакс.

— Потому что кроме него у нас ничего подходящего было, — рассмеялась Алекс. — Мы были небогатой семьёй. Но пластиковые коробки отлично подходят для любых фантазий.

— А ещё во что? — подключился Шед. — В какие-нибудь трёхмерные игры?

— Нет, для этого мощности не хватало, — покачала головой Алекс. — Только старый терминал, на котором я училась программировать. А игры мы придумывали свои.

Близнецы умело расспрашивали, а я слушал и незаметно делал пометки в коммуникаторе.

Оказывается, с концертом Квантового Резонанса я невольно попал в десятку. То-то Алекс так сияла, когда мы шли на него. А после ухода с первой же песни жутко расстроилась, хоть и старалась это не показать.

Её любимая группа.

Мои шпионы продолжали расспрашивать. Мой список расширялся.

Я готов был записывать ещё и ещё, но Алекс уже ловко перевела тему на близнецов, которые тут же начали наперебой рассказывать о своих приключениях на эсминце и о том, как они однажды разобрали тренажёр для силовой подготовки.

Дальнейший вечер пролетел очень быстро.

Алекс предложила новую игру — охоту за сокровищами по номеру, где в качестве сокровищ выступали спрятанные ею маленькие предметы. Близнецы носились по комнатам, выискивая тайники, с воплями восторга, их хвосты мелькали в воздухе, а Алекс заразительно смеялась, глядя на них.

Потом мы устроили соревнование по строительству самых высоких башен из подушек. Моя башня, конечно, была самой высокой, но Роакс справедливо заметил, что я использовал хвост как дополнительную опору, и меня дисквалифицировали.

Алекс на ходу придумала штрафы для дисквалифицированных. В результате и Шэд, и Роакс, тут же добились собственной дисквалификации, чтобы получить такие же штрафы.

В итоге совместного выполнения штрафов мы все хохотали так, что уже не могли остановиться.

Потом был ужин, потом неожиданно чтение вслух. Кто бы знал, что близнецам и это зайдет. Алекс нашла в терминале какую-то детскую книжку про космические приключения и начала её очень выразительно читать. Близнецы сидели, прижавшись к ней с двух сторон, и слушали, раскрыв рты. Их хвосты обвили её руки и ноги, и она совсем не возражала.

Да я и сам с интересом прислушивался, снова вернувшись к работе — мои аналитики провернули первую пачку данных и теперь требовали уточнения.

Я работал у терминала, поглядывая на уютную, почти домашнюю картину — Алекс с двумя маленькими рихтами — и чувствовал, как внутри растекается непривычное тепло.

Чудесный день. Очень странно, но то, что грозило стать одним из худших и нервных событий, внезапно стало одним из лучших.

Похоже, что и я, и эти двое маленьких рихтов, имея доступ к лучшим достижениям нашей цивилизации, совсем забыли о том, сколько радости может доставить простая игра с обычными вещами, подушками, например. Или чтение вслух обычного рассказа.

Да и простое общение тоже. Надо бы почаще об этом вспоминать.

Ближе к девяти вечера в дверь позвонили. Хард и Диана стояли на пороге — оба сияющие, расслабленные, с теми самыми улыбками, которые бывают после идеально проведённого дня вдвоём.

— Папа! Мама! — завопили близнецы и повисли на родителях, наперебой рассказывая о своих приключениях.

— Мы строили крепость!

— И охотились за сокровищами!

— Дядя Дрейк строил башню, но его дисквалифицировали!

— Тётя Алекс читала нам книжку!

Хард посмотрел на меня поверх голов детей с непередаваемым выражением и едва заметной улыбкой.

— Дрейк... — начал он.

— Я знаю, — перебил я. — Не благодари. Долг списан?

Хард усмехнулся, но в его глазах неожиданно было столько невысказанного, что я на мгновение почувствовал себя неловко.

— Списан, — подтвердил он.

Диана тепло и искренне улыбнулась Алекс.

— Спасибо, — сказала она просто.

— О, это вам спасибо за доверие, — ответила Алекс, широко улыбаясь. — Они чудесные, я огромное удовольствие получила.

Она тут же осеклась, покосившись на меня. Я лишь усмехнулся, ну да, я ведь босс у неё. Расслабилась Алекс. Забылась.

Впрочем, близнецы уже висели на ней и уговаривали родителей задержаться и вместе поиграть в оборону от воображаемых врагов.

Когда брат, наконец, увёл своё семейство, в номере повисла тишина. Оглушительная, полная, но какая-то... уютная.

Я бросил взгляд на разгромленную гостиную: подушки валялись по всему полу, покрывала свисали с кресел, диваны стояли не на своих местах — и посмотрел на Алекс.

Не давая ей опомниться, шагнул к ней, сокращая дистанцию, чувствуя, как внутри поднимается то самое горячее тепло, которое я испытывал весь день.

— Алекс, — сказал я, обнимая её. — Как тебе это удалось?

— Что именно? — удивленно спросила она.

— Они должны были разнести всё здесь за первые полчаса, но в результате тебя