Мрачная ложь - Вероника Дуглас

— Я в порядке. Это была банда байкеров-оборотней.

Она вскочила на ноги, и магия затрещала вокруг нее.

— Оборотни? Стая? Я же говорила тебе не связываться ни с ними, ни с Джексоном Лораном.

— Нет! — Я рявкнула — более резко, чем следовало, видя, что все, чего она хотела, — это защитить меня. — Джексон и его люди прогнали их. Придурки, которые напали на меня, были частью банды байкеров, и я думаю, что они работают на Драгана.

Моя тетя побледнела и медленно села.

— Драган…

— Байкеры должны были передать меня лидеру одной из мичиганских стай, который внезапно назвал себя Драконом или Драганом. Я думаю, что он одержим, как и Каханов. И он что-то замышляет.

Ее глаза были широко раскрыты.

— Что?

— Мы не знаем, — сказала я как ни в чем не бывало, набивая рот печеньем. — Что бы это ни было, в этом замешаны я и кучка оккультистов с татуировками двуглавого волка. Итак, мой вопрос таков: что вы с дядей Питом выяснили во время вашей поездки, и чем занимался Драган до того, как вы его уничтожили?

Моя тетя вздохнула и провела руками по волосам.

— Это очень плохо. Драган… Драган был чудовищем. Наполовину колдуном, наполовину волком. У него был доступ к запрещенной магии — и, похоже, у него осталось незаконченное дело.

— Почему вы выслеживали именно его?

— Меня призвали помочь раскрыть серию убийств. Он оставлял своих жертв посреди пентаграмм, начертанных колдовскими рунами. Все это было частью ритуала, которого мы не понимали, но оборотни, похоже, знали об этом. Что-то о высвобождении древнего зла, хотя они не сказали нам, чего именно.

Темный Бог Волков.

Мою кожу покалывало, когда по комнате пронесся холодный сквозняк.

Лорел посмотрела мне в глаза и продолжила:

— Мы с твоим дядей боимся, что он пытается сделать это снова, но на этот раз он намерен использовать тебя в качестве жертвы.

— А как насчет членов культа? Или татуировки с изображением двуглавого волка? Что ты знаешь об этом?

— Немного. Тогда у Драгана были оккультисты, помогавшие ему проводить ритуалы, которые со временем расширились и стали более сложными. Мы с твоим дядей вернулись на то место, где убили его, — на древнее кладбище на территории бывшей Чехословакии. В то время, когда мы убили его, он собрал дюжину человек для жертвоприношения и убил шестерых.

— Зачем вы туда ездили?

— Я хотела знать, почему он смог вернуться и завладеть Кахановым. Призраки встречаются редко, и с заклинанием, которое я использовала, чтобы уничтожить его, возвращение не должно было быть возможным. — Она посмотрела на свои руки. — Я до сих пор не знаю, почему и как он вернулся.

— Вы с Лоранами работали вместе, чтобы уничтожить его?

Лорел напряглась и вскинула голову.

— Да, но это была ошибка. Если это то, что ты имеешь в виду, тусоваться с Джексоном Лораном, то можешь забыть об этом. В конце концов, он предаст тебя так же, как они предали нас.

Я села на руки, чтобы зафиксировать их на месте.

— Что случилось?

Глаза моей тети горели, и горечь в ее голосе сменилась сталью.

— Ничего такого, что можно было бы изменить.

Это были ее последние слова, и пространство заполнила тишина. Тишина, которая напрашивалась на вопрос и вела меня к нему шаг за шагом.

Я судорожно вздохнула.

— Так почему Драган преследует меня?

Лорел вздрогнула, и огонь в ее глазах исчез, сменившись печалью.

— Я подозреваю, чтобы отомстить нашей семье за его убийство.

Мой голос приблизился к шепоту.

— Но на Кейси никто не нападал. На твоего собственного сына. Разве Драган не напал бы на него первым?

Она отвела взгляд в сторону холла и лестницы, которые вели в комнату Кейси.

— Возможно, он думал, что ты более легкая мишень, хотя, к счастью, ты доказала, что он ошибался в этом.

Я запустила пальцы в карманы джинсов и поборола дрожь.

— Как ты думаешь, может быть, это не из-за того, кто я есть, а из-за того, что я есть? Кем была моя мать?

Ее зрачки сузились до лазерных точек, хотя на лице играла фальшивая улыбка.

— Что ты имеешь в виду, дорогая?

До того, как я узнала ее, я была бы одурачена. Но не сейчас. Я прожила с Лорел несколько недель и выучила несколько ее подсказок. Я чувствовала запах страха, что ее ложь будет раскрыта.

Я знаю что она знает.

Прищурившись, я медленно поставила кружку.

— Давай прекратим нести чушь, Лорел. Расскажи мне правду, начав с моей матери. Я знаю, кем она была.

Способ сорвать пластырь.

Лорел вздрогнула.

— Что, прости?

— Оборотнем. — Я помолчала, наблюдая, как шок накатывает на нее, как волны жара на горячий асфальт. — Они с папой ушли, потому что она была беременна мной, но ты уже знала это.

— Как… кто тебе это сказал? — В ее глазах вспыхнул гнев, и я почувствовала ее тревогу. Готовность защищаться. Страх. Шок.

— У меня были подозрения, но потом я нашла письмо, которое мой отец написал тебе. Ты знала обо мне?

— Я не понимаю. — Лорел перестала дышать, и ее глаза остекленели. — С тобой что-то случилось?

Ее замешательство смешалось с тревогой, создавая пьянящий аромат, который обжег мои ноздри. Но именно скрытый намек на подтверждение вызвал у меня тошноту. Она знала все это время.

— Что со мной случилось? Нет, я такой родилась. Но моей семье было слишком противно то, кем я была, поэтому мои родители сбежали и лгали мне всю мою жизнь. Ты так же виновата, как и они, за то, что скрывала это от меня.

Лицо Лорел побледнело.

— Такой родилась?

Ее голос звенел от ужаса правды, которую она знала, но не могла принять.

Я медленно выпустила когти, сдерживая слезы.

— Рожденная. Оборотнем. За исключением того, что я не превращалась в одного из них, пока не попала сюда, в Мэджик-Сайд.

Бесконечно долгое мгновение Лорел в шоке смотрела на мои руки. Затем она вскочила на ноги, отодвинула стул и, пошатываясь, пошла прочь.

— Как? Это невозможно.

— Я не уверена, что поняла твой вопрос. Моя мама была оборотнем, и я оборотень. У меня растут клыки и мех, и я бегаю на четырех лапах.

— И ешь кроликов с беконом, — добавила моя волчица, хихикая.

С широко раскрытыми и расфокусированными глазами моя тетя начала дрожать и схватилась за стену, чтобы не упасть.

— Это невозможно.… мы связали твоего волка. Это не должно быть возможно…

У меня закружилась голова, когда я осознала