Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

— И он согласился.

— Сразу.

Я вдруг вспомнила его слова: «Пять лет назад я считал это единственным возможным решением».

Теперь понимала цену этого решения немного лучше.

— Похороны были здесь?

— Да.

— Почему не в столице?

— Все Ардены похоронены в Ранвеле.

— Гроб был закрыт.

— Да.

— Что было внутри?

Роэн посмотрел на меня.

— Ничего.

— Совсем?

— Детское одеяло Теона и несколько его вещей.

Я представила маленький закрытый гроб.

Людей вокруг.

Роэна, который уже похоронил жену и теперь стоял у второй могилы, зная, что сын жив.

— Вы присутствовали?

— Разумеется.

— А Теон где был?

— Уже в другом месте.

— В Ранвеле?

— Нет.

— Где?

— Неважно.

— Сколько человек знало?

— Норен. Марта. Я. Двое моих людей.

— И все?

— В начале да.

— Вы устроили похороны собственного живого сына перед людьми, которые считали его мертвым.

— Да.

Я не услышала в голосе ни гордости, ни желания оправдаться.

Просто факт.

— И после этого охота прекратилась.

— Почти.

— Что значит почти?

— Первые месяцы я замечал людей, которые пытались выяснить подробности нападения. Несколько раз проверяли записи о смерти. Один человек пытался получить доступ к могиле.

— Зачем?

— Вероятно, хотел убедиться.

— Получил?

— Нет.

— И потом?

— Все прекратилось.

— На пять лет.

Роэн ничего не ответил.

Мы оба подумали об одном и том же человеке на холме.

— Вы считаете, что вчера это мог быть кто-то из тех же людей.

— Слишком рано считать.

— Но поэтому подняли весь дом.

— Да.

— И поэтому Тарн вчера был беспокоен.

— Возможно.

Я едва не сказала, что Теон почувствовал его первым.

Но Роэн это уже знал.

— Теперь главный вопрос.

Он сразу понял.

Я видела.

— Нет.

Я даже не успела спросить.

— Я еще ничего не сказала.

— Знаю, что скажете.

— Тогда ответьте.

— Нет.

— Роэн.

— Элина, я рассказал вам то, что необходимо для понимания угрозы.

— Вы рассказали, как они пытались забрать Теона. Не зачем.

— Потому что этого вы пока знать не должны.

— Почему?

— Потому что одно знание тянет за собой другое.

— Это звучит как очень удобная отговорка.

— Мне все равно, удобно это звучит или нет.

Я встала.

— Теон был годовалый. Не наследник престола. Не командующий армией. Не человек с государственными тайнами. Зачем профессиональной группе рисковать, убивать его мать, охрану, подделывать приказ государственного лекаря и пытаться забрать живым именно его?

Роэн тоже поднялся.

— Не знаю наверняка.

— Но у вас есть версия.

Пауза.

— Да.

— Какая?

— Я не готов ее обсуждать.

— Со мной?

— С кем-либо.

— Даже после вчерашнего?

— Особенно после вчерашнего.

Я посмотрела на него.

— Потому что Теон чувствует драконов?

Роэн не двинулся.

Но этого было достаточно.

Я попала слишком близко.

— Это связано.

— Я не говорил этого.

— Не нужно.

— Элина.

— Что?

— Не собирайте ответы из моих пауз.

— Тогда давайте ответы словами.

Он стиснул челюсть.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

Я понимала, что дальше он не скажет.

Не сегодня.

И если буду давить, получу только закрытую дверь.

— Хорошо, — произнесла я.

Он явно не ожидал.

— Хорошо?

— Да. Пока.

— Обязательно добавлять последнее слово?

— Обязательно.

Я забрала со стола свою тетрадь.

— Но у меня другое условие.

— Еще одно?

— После того, что вы рассказали, да.

— Какое?

— Если хоть что-то указывает на возвращение тех людей, я узнаю об этом сразу.

— То, что касается Теона, — да.

— Не через день. Не когда вы решите, что мне уже можно.

— Сразу.

— И инструкции меняются тоже сразу.

— Согласен.

— Хорошо.

Я направилась к двери.

— Элина.

Обернулась.

— Не говорите Теону подробности нападения.

— Я и не собиралась.

— Он знает, что мать погибла. Знает, что его пытались забрать. Этого достаточно.

— Пока он сам не начнет спрашивать.

— Тогда отправьте его ко мне.

— А если спросит меня прямо?

Роэн помолчал.

— Не лгите.

Вот это меня удивило.

— Правда?

— Я прятал его от мира, а не строил отношения на лжи внутри дома.

Мне захотелось напомнить о бесконечных недосказанностях.

Но это все же было не одно и то же.

— Хорошо.

— И еще.

— Да?

— Сегодня никакого леса.

— Мы это уже обсудили.

— Просто проверяю.

— Вы стали подозрительным.

— Пять лет назад.

Впервые он сказал это почти спокойно.

Я открыла дверь.

— Роэн.

— Что?

— Вы сделали тогда то, что считали единственным способом его спасти.

Он ничего не ответил.

— Я понимаю это лучше, чем вчера.

В его лице что-то смягчилось.

— Но?

— Но это не значит, что через пять лет любой запрет автоматически становится правильным.

Он выдохнул.

— Я уже начал надеяться, что вы закончите раньше.

— Напрасно.

— Я понял.

Я вышла.

Теон ждал в классной комнате.

Перед ним лежали три исписанных листа.

Я остановилась.

— Что это?

— Вы сказали два абзаца.

— Здесь больше.

— Я начал третий.

Я подошла ближе.

Третий абзац занимал почти страницу.

Буквы были крупнее в два раза.

Я посмотрела на него.

— Очень изобретательно.

— Вы сказали начать третий. Не сказали, каким почерком.

— Завтра будете писать мелко.

— Это наказание?

— Последствие.

— Почти одно.

— Нет.

Я села.

Он сразу спросил:

— Что отец рассказал?

— Про того человека на холме ничего нового.

— А про меня?

Я посмотрела на мальчика.

Скорее всего, он догадывался, что разговор был не только о наблюдателе.

— Про то, что произошло пять лет назад.

Теон сразу перестал улыбаться.

— Мама?

— Да.

— Она правда умерла из-за меня?

Вопрос прозвучал настолько внезапно, что я не сразу ответила.

— Кто вам это сказал?

— Никто.

— Тогда почему вы так думаете?

Он посмотрел на свои руки.

— Если плохие люди хотели меня, значит мама умерла потому, что я был с ней.

Я почувствовала, как внутри поднимается злость.

Не на Теона.

На саму ситуацию.

Шестилетний ребенок сумел сложить два факта и получить