Переиграть судьбу - Лана Лаврова

Слегка надавив на раму, заставила картину отъехать вбок. На дверце сейфа мигала сигнальная сеть. Кодовый замок поддался с первого раза. Дверь с щелчком открылась, обнажив темное нутро сейфа. Помимо документов, дядя хранил в нем пробные версии артефактов, драгоценности в оббитых бархатом футлярах и редкие минералы.

На пару секунд застыла. Руки тряслись, дыхание прерывалось. Я на сто процентов была уверена, что их там нет. Но какая-то надежда ещё жила во мне. Но она угасла, стоило открыть шкатулку. Бирюзовые, розовые, кроваво-красные и зеленые камни просыпались сквозь пальцы. Прозрачных каплевидных кристаллов среди них не было.

Cира

— Пропуск. — Охранник заступил дорогу перед входом в здание Палаты. Его мощная фигура возвышалась надо мной, подобно осколку скалы. Широкоплечий, мощный и хмуро взирающий своими чёрными глазами.

Стянула перчатки. На пальце сверкнул белый оксар, плавленный в желтый металл. Увидев кольцо, мужчина перестал сверкать глазами, но с дороги не отошел. Свеженький, только что полученный мной пропуск с моей фотографией и пометкой «защитник 2 ранга» достала из внутреннего кармана мантии и протянула охраннику.

Тот провел над ним своим браслетом, проверяя на подлинность. Сканирующая сеть мерцала. Охранник хмурился ещё больше. Я психовала. У Вернона через пол часа обед, а до него еще дойти надо.

Палата Закона представляла из себя комплекс из шести зданий, расположенных на одной территории. Между собой они соединялись стеклянными переходами. По центру возвышалась так называемая Башня Справедливости. Ее занимали главные обвинители и судьи. Там сидел Даэль.

Сеть наконец мигнула и замерцала зеленым.

— Все в порядке, — охранник вернул пропуск и деактивировал защиту на входе. — Можете проходить.

Кивнула ему, поправила мантию и прошла внутрь. Остатки защитного плетения невесомой паутиной коснулись лица.

Среди коричневых мантий защитников ярким пятном выделялись обвинители в небесно-голубых, с эмблемой лунного диска на груди. С завистью проводила взглядом двух прошедших рядом женщин-обвинителей. В руках несли объёмные папки и оживлённо переговаривались. По мне скользнули снисходительными взглядами, не удостоив даже кивком головы в знак приветствия.

В здание защитников решила пройти через улицу, не проходя через штабы ищеек и следователей.

На входе столкнулась с помощницей Вернона. Она торопилась на обед, но ее шеф, как она сообщила, еще не торопится уходить. Пришлось ускориться. Скинула на руку мантию и побежала по лестнице. Кабинет моего будущего начальника был на третьем этаже, перед его дверью немного отдышалась и глянула в небольшое зеркало на стене над диванчиком для посетителей. Заправила за уши выбившиеся из пучка волосы, поправила сбившейся ворот блузки и обновила помаду на губах.

Вроде все. Ни тени волнения на лице. Только щеки чуть раскраснелись после забега.

— Вернон, — толкнула дверь и вошла в кабинет. — Надеюсь, не сильно заставила себя ждать. Извини, задержалась на входе. Ваш охранник очень уж очень дотошно осуществляет проверку.

Худощавый, с каштановыми волосами и живыми синими глазами, мужчина стоял у окна. В руке сжимал часы на цепочке.

— Ты меня все больше удивляешь, Лирана. Сначала пришла просить место, теперь вот извиняешься, — щелкнул крышкой часов и спрятал их в карман жилета винного цвета. На спинке кресла висел такого же цвета камзол. — Знаешь, я ведь до этого момента думал, что все это шутка. Затянувшийся розыгрыш в духе вашей четверки.

— Пройти столько бюрократических коридоров, чтобы просто потом сказать, что это шутка. Даже для нас это было бы чересчур. — Засмеялась, бросая мантию и сумочку в одно из кресел, стоящих напротив стола. Сама опустилась в другое и хотела было закинуть ногу на ногу, но вовремя себя остановила. Демонстрировать разрез на юбке я планировала Даэлю, а не Вернону.

Мне повезло, что дядя эти дни отсутствовал и вернулся только вчера вечером. За ужином я и огорошила его новостью о своей работе. Он как раз открывал бутылку саарского, хотел отметить успешное окончание борьбы с прожором. И тут я… Пробка вылетела слишком быстро из горлышка и влетела в сферу. Та заискрила и осыпалась голубыми искорками на нас. Тишина стояла несколько минут. Дорогущее вино выливалось куда угодно, только не в фужер на тонкой ножке. Дядя легко поверил, что работать иду, чтобы быть поближе к Даэлю. Он, конечно, возмущался, просил меня одуматься и обратить внимание на других мужчин. Все чаще этим другим мужчиной он упоминал Мара. Но идею с работой все же одобрил.

Путь к ней был довольно тернист.

Оказалось, сдуть с диплома пыль — это только начало.

Вторым этапом надо было его заново подтвердить, проработай я хотя бы год после окончания академии, этого бы не потребовалось. А так пришлось пересдавать пару дисциплин, чем немало удивила магистров, появившихся на кафедре для повторной сдачи.

Дальше была медкомиссия, освидетельствование у психолога и беседа с советниками Палаты по профессиональной этике.

И вот я здесь. Злая, как стая рыксов, и накрученная донельзя.

— Раз уж мы выяснили, что это не шутка и не розыгрыш, я готова получить своё первое дело. Кто там жаждет моей помощи? Возьмусь за любого.

Вернон перебрал несколько папок у себя на столе, некоторые сразу убрал в сторону, а небольшую стопочку пододвинул ко мне.

— Можешь выбирать любое. Здесь почти все безпроигрышые. Мелкие бытовые разборки для начала подойдут.

Значит, мелочёвка. Не это мне нужно. С такими делами мне и в архив не попасть.

— А там что? — кивнула в сторону, куда он отложил наверняка что-то более сложное и нужное мне.

— Это ты ещё не потянешь. — Вот прям подстёгивает меня этим.

— А я настаиваю! — Поднимаюсь с кресла и подтягиваю к себе папки с делами.

— Игнорируешь мнение своего начальника.

Вернон откидывается в кресле и улыбается.

— Даже не планировала. Хочу что-то интересней, чем бытовые споры. — Быстро пробегаю взглядом по содержимому дел в парках. — Например, вот это.

Забираю папку под номером пять.

Обвиняемый в изнасиловании Рикс Дэвар, двадцати одного года. С фотографии на меня смотрел смазливый юноша, по которому и не скажешь, что он способен совершить нечто подобное. Но все прекрасное внешне может быть гнилым внутри.

Но что-то цепляет в его взгляде.

— Не советовал бы начинать с этого дела, если не хочешь сразу начать с проигрыша.

— А я попробую, — с энтузиазмом произношу, не смотря на скептический тон, Вернона.

— Знал же, что с тобой