Эмеральд Бакли - Снова влюблена?

И вот теперь одна пытка сменялась другой. А если он пригласит ее пообедать? А если еще улыбнется при этом? А если положит руку ей на плечо? Уже при одной мысли об этом у нее задрожали колени.

– Ты в порядке? – спросил он.

– В полном, – солгала она.

Боже, Брайан будет спать в соседней комнате! А удастся ли уснуть ей? Удастся ли справиться с желанием, жар которого уже сейчас растекался по всему телу? С желанием, которое толкало ее к нему, в его объятия. Что, если ночью оно пересилит волю и погонит ее в его постель? Хватит ли ей сил совладать с собой?

Констанс досчитала до десяти. Теперь надо проверить, помог ли сеанс психотренинга.

– Не так уж все и плохо. В каком-то отношении так даже удобнее, и мы сможем при необходимости поработать подольше.

– Верно.

Довольный тем, что инцидент не получил развития, портье облегченно вздохнул.

– Вот ваши ключи. А носильщик поднимется через несколько минут. Если возникнут какие-либо проблемы, звоните в обслуживание номеров или сюда. Я сменюсь в восемь вечера. Желаю приятного времяпрепровождения.

– Приехали на Фестиваль? – полюбопытствовал носильщик, внося сумку Брайана и чемодан Констанс в номер, где вполне могли бы разместиться с полдюжины человек.

– Нет.

– Понимаю. Медовый месяц, да?

– Мы коллеги, – сухо объяснил Брайан. – Налоговая служба. Только пусть это останется между нами. – Он протянул носильщику монету. – Спасибо.

– Да, конечно, сэр. Благодарю. Что-нибудь еще? Обслуживание у нас круглосуточное. Ресторан на первом этаже, но в вашем номере есть кухня, так что…

– Разберемся. – Брайан сдержанно кивнул. – Я вас не задерживаю.

Дверь закрылась, и в тот же миг в гостиную вошла Констанс.

– Куда исчез этот парень? Я только хотела узнать…

– Я сказал, что мы из налоговой службы, и бедняга, наверное, поспешил оповестить свое начальство. Надеюсь, теперь нам будут вовремя менять полотенца и не станут лезть с уборкой в самое неподходящее время.

Она рассмеялась.

– Я, пожалуй, приму душ и переоденусь. А какие у тебя планы?

– Как ты смотришь на то, чтобы сходить куда-нибудь на ланч? В номере есть кухня, но готовить не хочется.

– Спасибо, я еще не проголодалась.

– Ладно. – Брайан нерешительно посмотрел на нее. – Ты не будешь возражать, если мы пообедаем сегодня порознь? У меня в Эдинбурге есть знакомые. Они обидятся, если я не загляну.

Едкая реплика уже вертелась на языке, но Констанс ограничилась насмешливой улыбкой.

– Конечно, никаких проблем. Надеюсь, ты не забудешь, что мы приехали сюда работать.

Брайан покраснел, уловив в ее тоне, как ему показалось, легкое презрение.

– Это совсем не то, что ты думаешь. Я просто…

– А откуда ты знаешь, что я думаю?

Констанс отошла к большому окну и раздвинула шторы. Вид и впрямь был замечательный. Накануне она успела просмотреть пару путеводителей и теперь без труда узнала Принсиз-стрит. Очертания башни расплылись от подступивших к глазам слез. Этого и следовало ожидать. Неужели она могла всерьез рассчитывать, что Брайан Дорретти пригласит ее пообедать? Да у него, наверное, уже каждый вечер расписан. Где уж ей соперничать с расфуфыренными красотками в мини! И все же…

– Вообще-то я даже рада, что ты занят. Дело в том, что у меня тоже кое-что запланировано. – Пусть он отправляется к своей пассии, она же навестит брата.

– Вот как? Куда-то уходишь?

– Да. И вообще по вечерам я буду занята, так что ты полностью свободен. Мы вовсе не обязаны проводить вместе все свободное время. – Констанс резко повернулась и, не глядя на застывшего в изумлении Брайана, прошествовала в свою комнату.

Если тебе нечем заняться, займись собой, такой совет дала ей в свое время мать. Констанс приняла душ, надела розовый банный халат и, сев к телефону, набрала номер Джеффри. После шестого гудка она положила трубку.

Интересная ситуация. Если Джеффри нет дома, то куда деваться вечером ей? Надо срочно что-то придумать, чтобы не выглядеть полной идиоткой в глазах Брайана. Еще чего доброго полезет к ней со своим сочувствием. Нет ей-то нужно от него совсем не сочувствие.

Из раздумий ее вывел стук в дверь и громовой голос Брайана:

– Конни!

– Что?

– У меня проблема. Она вздохнула.

– Иду.

Он стоял перед разложенными на кровати вещами и озадаченно потирал щеку.

– Что случилось?

– Я забыл взять рубашки. Констанс невольно усмехнулась.

– Могу предложить тебе свою, только, боюсь, не твой размер.

– Черт возьми, я же прекрасно помню, что отобрал вчера семь рубашек и даже сложил в пакет. Куда они могли запропаститься? – Он посмотрел на нее так, словно подозревал, что именно Констанс приложила руку к таинственному исчезновению.

– Ничем не могу помочь. – Она пожала плечами. – Разве, что купить тебе ежедневник. Кстати, если ты обратил внимание, сейчас лето, так что можно обойтись и без рубашек. Конечно, это затруднит ведение переговоров с Уолшэмом, но ведь все могло быть еще хуже, не так ли? Представь, что ты забыл…

– Я пойду в магазин и что-нибудь куплю. – Брайан схватил пиджак, но тут же раздраженно фыркнул. – Черт, я не могу идти в магазин в пиджаке на голое тело. Послушай, Конни, окажи мне услугу. На этой улице, в паре кварталов от отеля, есть «Маркси-Спенсер». Не будешь ли ты так добра… Он замолчал и просительно посмотрел на нее.

– Конечно. Тем более что мне тоже надо купить кое-что из мелочей. Скажи свой размер и определись с цветом.

– Пожалуйста, купи мне пять или шесть рубашек.

– Но зачем так много? – искренне удивилась она.

– Много? По одной рубашке на каждый день. Я всегда надеваю утром свежую рубашку, а в конце недели отдаю все в стирку. Это же так просто. Разве ты не так делаешь?

– Не так. Тебе нужны всего две рубашки. А уж если хочешь надевать каждое утро свежую, просто стирай по одной вечером. Рубашки сохнут быстро.

Он скривился, как будто ему предложили что-то недостойное.

– Стирать каждый вечер? Ну уж нет. Ладно, купи мне пока пару, а потом я докуплю остальные.

Через двадцать минут Констанс уже прогуливалась по отделу мужской одежды, расположенному на первом этаже огромного универмага. Остановив свой выбор на двух хлопчатобумажных сорочках, бледно-голубой и темно-зеленой, она подошла к кассе.

– Конни!

Стоявший чуть в стороне мужчина в ветровке и линялых джинсах поднял голову, и Констанс с удивлением узнала в нем своего брата.

– Вот так встреча! Я только что звонила тебе! Что ты здесь делаешь?

Они обнялись. В свои двадцать пять Джеффри был похож на студента колледжа, подрабатывающего чем попало, чтобы заплатить за учебу. Долговязый, сухощавый, с постоянно всклокоченными волосами, он никогда не придавал большого значения своей внешности, хотя, как знала Констанс, вовсе не страдал от недостатка денег.