Майра Хестон - Это несерьезно!..

— Привет! — крикнула Сэмми из ванной.

Она стояла в пижаме и чистила зубы. Волосы собраны резинкой на макушке, лицо буквально лучилось счастьем. Должно быть, сестра только что простилась с Беном, подумал Кент, и его больно поразил контраст с несчастным, изможденным лицом Поуни.

— Смотри-ка, уже первый час ночи! — с улыбкой заметила Сэмми, выходя в коридор и гася свет. — Ты, видно, неплохо провел время!

— Да не то чтобы очень… — вздохнул Кент.

Хорошо, что сестра дома. В длительных командировках он томился от одиночества и был рад снова вернуться домой и хоть ненадолго почувствовать себя членом семьи. Может, рассказать ей про Поуни? Кенту хотелось бы знать, что скажет про все это сестра.

Да нет, не стоит. В конце концов, это же не его тайна. Тем более что он отказал Поуни в ее просьбе. Отказ дался ему нелегко, но Кент был уверен, что поступил правильно. И все же… Под конец Поуни просто сидела и повторяла: «Пожалуйста! Ну пожалуйста!»

— Ты слушал сегодняшние новости? — спросила Сэмми, возвращаясь из кухни. Она поставила на столик поднос с кофейником и чашками и расположилась на диване напротив Кента, предвкушая задушевную семейную беседу.

— Нет, меня не было.

— Ну ничего, завтра услышишь подробности. А в двух словах следующее: в твоем Йемене возникли непредвиденные осложнения. Стало известно, что канадская заложница тяжело больна… или что-то вроде того. И если правитель страны не уступит требованиям мятежников, она может умереть. Не по их вине. Воля Аллаха, знаешь ли.

Сэмми налила себе кофе, отхлебнула и посмотрела на брата.

— Похоже, дело начинает пахнуть жареным, Кент. Как будут дальше развиваться события, никому не известно. Тебе точно надо туда ехать?

Кент уставился в стену, представляя, что испытала Поуни, вернувшись домой и услышав такое! Бедняжке ведь наверняка кто-то сообщил. Кенту стало не по себе. Ее план, конечно, смешон, но все лучше, чем перспектива сидеть сложа руки!

Молчание несколько затянулось. Кент заставил себя вернуться к реальности.

— Надо, — ответил он, пожав плечами. — Если компания отправит туда команду, мне тоже придется ехать… либо увольняться с работы. Не волнуйся. У «Полигона» еще не бывало серьезных неприятностей. Если ситуация действительно станет взрывоопасной, проект закроют.

Но Сэмми это не успокоило.

— Бен говорит, что дело дрянь, а он в таких вещах разбирается. Он считает, что тамошнее правительство долго не протянет и начнется гражданская война. Тебе удастся выбраться из страны, если что?..

Кент поморщился.

— Мы ведь будем не в каком-нибудь захолустье, Сэмми! Нас посылают в крупный город, где есть современный аэропорт. Мы вылетим прежде, чем мятежники закончат штурмовать дворец… Хотелось бы знать, как там Кри…

Сэмми озадаченно уставилась на брата.

— Ну… знаешь, Кри Уолкер, заложница, — пояснил он.

— Ой, Кент, так вы что, знакомы? Я и не знала! Ты мне ничего не говорил.

— Да нет, не знакомы. Я… э-э-э… немного знаю ее сестру.

— А-а-а! Это та, что требовала от нашего правительства, чтобы они хоть что-то сделали? Должно быть, ужасно, когда твою сестру держат в заложницах, а ты не в силах ей помочь! Как она это переносит?

— Довольно тяжело. Похоже, это ее буквально убивает. Она хочет… — Ну вот, он уже начал рассказывать… Может, так даже лучше? — Слушай, Сэмми, тебя ведь не надо просить, чтобы ты молчала? Видишь ли, то, что ты услышишь, стало бы лакомым кусочком для любой бульварной газетки…

— Нет, меня просить не надо, — улыбнулась Сэмми.

Кент еще немного помолчал и решился:

— Понимаешь, Поуни собирается отправиться туда, выследить террористов и выкрасть у них сестру, словно какая-нибудь героиня дурацкого боевика. По-моему, у нее с головой не в порядке.

— Не скажи! Если бы тебя взяли в заложники, я бы лбом стену пробила!

— Но неужели ты бы поперлась туда, где орудуют банды террористов?

— Конечно, поперлась, если бы считала, что могу тебя выручить! А что она собирается предпринять?

Вот об этом он ее даже не спросил… Кенту впервые пришло в голову, что, быть может, у Поуни действительно есть какой-то конкретный план действий.

— Я не в курсе. Знаю только, как она собирается попасть туда. А для этого хочет, чтобы я женился на ней и взял ее с собой.

Сэмми пролила кофе себе на ногу.

— Что-о?!

Кент только кивнул.

— Ну знаешь ли! Это… И ты согласился?

— Нет. Я отказался. Понимаешь, Сэмми, если она окажется в беде, если ее тоже похитят… Ведь я прав, Сэмми?

Сестра ответила не сразу.

— Не знаю, Кент. А почему ты спрашиваешь?

— Потому что чувствую себя подлецом. Я уверен, что прав. Тогда почему мне было так трудно ответить «нет»? Но если я возьму Поуни с собой, ее ведь могут убить!

Сэмми внимательно взглянула на брата.

— Ты так о ней заботишься!.. Влюбился, что ли?

— Да что ты! Нет, конечно. Разве обязательно любить человека, чтобы бояться за его жизнь?

— Пожалуй, и нет. Но ведь ты сам сказал, что это ее буквально убивает. Представь, каково ей сидеть дома, в безопасности, когда сестра там, может быть, умирает!

— Так ты полагаешь, мне следует согласиться? — удивился Кент.

— Этого я не говорила. Просто, мне кажется, этой девушке лучше знать, что ей следует делать. Если ты действительно не влюблен, почему бы тебе не позволить ей распоряжаться собственной жизнью, как она сочтет нужным?

— Хороший вопрос…

Кент еще не пробовал взглянуть на рискованную затею с такой точки зрения. Хотя Поуни, видимо, пыталась объяснить ему именно это. Скорее всего он ее просто не слушал, потому что был уверен в своей правоте.

— Не знаю, Сэмми. Все так запутано… — вздохнул он.

— Да нет, Кент, я вовсе не утверждаю, что тебе следует согласиться на ее предложение! — встревожилась Сэмми. — Я просто пыталась объяснить, что та девушка, Поуни, тоже по-своему права. Может, она смелая и сильная, может, она не настолько боится опасностей, чтобы пасовать перед ними. И возможно, ей будет легче, если она сделает все, что в ее силах. Только и всего.

— Привет, — пропел мягкий, грудной голос. — Меня зовут Доро. Мне сказали, что у меня только четыре минуты, и я не хочу терять времени. Значит, так: я стройная, но кругленькая везде, где надо. Белокурая, почти без всякой химии, голубоглазая, рост пять футов пять дюймов. Мужчины говорят, что я веселая и хорошенькая, а зубки у меня, как жемчуг.

— Это цитата из песни, если ты не понял, — поспешно пояснила Миранда. — Девушка с юмором.

Кент покосился на Мэнди, но ничего не сказал. Голос ему совсем не нравился: слишком фальшиво звучал. Молодому человеку сразу представилась пухленькая, смешливая, взбалмошная блондиночка. Как раз такие женщины раздражали его больше всего. Вот у Поуни голос совсем другой… Кент, еще не видя ее, сразу понял, что с ним говорит здравомыслящая, толковая женщина. Правда, последующие события несколько опровергли первое впечатление, напомнил он себе. Идею фиктивного брака вряд ли можно назвать толковой.