Влюбленный Уайльд - Элоиза Джеймс

Ознакомительная версия. Доступно 17 из 85 стр. самец внутри него, тот, кто терпеть не мог носить парик, почуял запах охоты. Уилла Ффинч не смотрела на него кокетливо из-под ресниц. Ей не нужны были ни книги с автографом, ни предложение руки и сердца, ни ребенок. Она была совершенно не заинтересована в том, чтобы стать леди Аларик Уайльд. Она абсолютно ничего от него не хотела. У него сложилось такое впечатление, что леди Ффинч считает его чем-то вроде циркового зазывалы, пытающегося выманить у посетителей их полупенсовики, похваляясь, что в его фургоне спрятан гигант с двумя головами. В какой-то момент она бросила на него взгляд, дававший понять, что она считает его отчеты о путешествиях выдумками. И еще одно: кажется, она не склонна хихикать. В данный момент Аларик был окружен хихикающими дамами, и от этого он особенно оценил ее сдержанность. И вдобавок ко всем этим качествам она красива. И дело не только в четком контуре ее лица. Или больших глазах, которые наверняка были воспеты множеством сомнительных поэтов. В целом она очень хороша собой: ресницы, бледная кожа, брови дугой, длинные ноги и небольшая красивая грудь. И совсем не похожа на свою подругу Лавинию — у той грудь такая, о которой мужчины слагают целые поэмы, в отличие от плохоньких виршей о красивых глазах. Но бюст Лавинии был не в его вкусе. Грудь Уиллы напоминала сливочно-белые холмики, идеально подходящие для его ладоней. Она была безупречна. Аларик машинально улыбнулся в ответ на чье-то льстивое замечание, а его тело в это самое время напряглось при мысли о груди Уиллы. Она держалась на расстоянии, и это, без сомнения, сводило мужчин с ума. Добавьте к этому ее лицо и фигуру, и у бедолаг, часто бывающих в светском обществе, не останется ни единого шанса сохранить спокойствие.

Целуя руки и принимая все новые комплименты, большая часть которых не имела никакого отношения к его книгам, а относилась к его сценическому образу влюбленного болвана, Аларик мысленно разбирался в различиях между Уиллой и, скажем, пиратом. Слово «очарование» не совсем подходило. Хотя бы потому, что ему никогда не хотелось поцеловать пирата. А Уиллу Ффинч он хотел целовать, закрыть ее дерзкий рот поцелуем и заставить замолчать, а потом снова убедить ее разговаривать. От этой мысли у него закружилась голова, а вслед за этим накатила тошнота. О чем, черт побери, он думает?

— Лорд Уайльд, — повторила дама.

Аларик спохватился, что потерял нить разговора.

— Я прошу прощения, — сказал он. — Вы рассказывали мне о вашем предке, служившем в Ост-Индской компании.

Дама кивнула.

— У меня есть его дневник, и мы с мужем думаем, что вы тот человек, который превратит его в книгу. Он, знаете ли, был ужасно храбрым. Пугающе храбрым. Это наша семейная черта, мой сын пошел в него.

Аларик подумал было, не объяснить ли ей, что он не пишет по найму, но потом отбросил эту мысль.

— Ваш сын тоже работает в Компании?

Дама возмутилась:

— Не думаю, что меня можно принять за мать взрослого мужчины!

— Маргарет, — вмешалась леди Ноув. — Твоему сыну всего шесть лет. Думаю, он еще недостаточно долго живет на свете, чтобы успеть продемонстрировать фамильную храбрость.

После этого Аларик перестал прислушиваться к разговору. Он подозревал, что Уилле нет дела до ее собственной красоты или до того, сколько лет ей можно дать на вид. Скорее даже наоборот. Восхваления ее оттолкнут. Все эти бедняги, которые ухаживали за ней в этом сезоне, вероятно, посвящали поэмы ее глазам. А она одаривала очередного поэта милой улыбкой, делала вывод, что он дурак, и пропускала мимо ушей все, что он говорил дальше.

Тетя ткнула его локтем в ребра.

— Аларик, мисс Хейверлок задала тебе вопрос.

— Какое наказание вы назначили каннибалам? В пьесе эта история почему-то осталась незаконченной, — щебетала мисс Хейверлок.

Она явно надеялась услышать, что он истребил целое племя людей, с которыми никогда не встречался. Его улыбка превратилась в гримасу.

— Мисс Хейверлок, я никогда в жизни не встречал ни одного каннибала. Эта пьеса — выдумка, сочиненная человеком, который со мной никогда не встречался.

Казалось, его слова даму не убедили, и она продолжила:

— Тогда что же на самом деле случилось в шестой главе «Широт Уайльда»?

— Все было в точности так, как я описал, — ответил Аларик. — У меня не очень богатое воображение, я просто записываю то, что происходит.

— Невероятно! — воскликнула она, кокетливо улыбаясь. — Отдаю вам должное, лорд Уайльд, я не из тех, кто сторонится правды. Я прекрасно знаю, что туземцы из одежды носят только скорлупу кокосовых орехов, прикрепленную к определенным местам.

Аларик еле сдержался, чтобы не зарычать на нее.

— А вы придумали одежду, чтобы пощадить чувствительность ваших читателей, — упорствовала мисс Хейверлок. — Но мой дядя совершил путешествие к антиподам, он рассказывал, что туземцы ходят практически обнаженными.

— В Тихом океане много островов, — сказал на это Аларик, — и народы на них одеваются совершенно по-разному.

Он и не собирался поворачиваться и следовать за Уиллой Ффинч в другую часть комнаты. Это было бы нелепо — к такому выводу Аларик пришел в тот самый момент, когда заметил, что она выходит за дверь.

Уилла оставалась в дамской комнате достаточно долго, чтобы прочитать самой себе лекцию. Не для того она отвергла четырнадцать предложений руки и сердца, в том числе одно — от будущего маркиза, чтобы пойти по стопам леди Биддл. То есть чахнуть по лорду Аларику. Беда в том, что он пробуждал в ней ее худшую сторону. Они с Лавинией в основном потому и придумали свод железных правил поведения на время их дебюта в свете, что обе сознавали: подобающее поведение не было ни для одной из них естественным. По мнению Уиллы, одержимость Лавинии книгами Уайльда была связана не столько с их автором, сколько со свободой, описанной в этих книгах. Лорд Уайльд мог отправиться в любое место, куда пожелает, и он это делал. Он мог говорить с кем угодно. К сожалению, у молодых девушек из высшего общества таких возможностей не было. Перед книгами Уилла устояла, но как устоять перед их автором, который расхаживал по гостиной так, будто мир высшего общества с его жесткими правилами не имеет значения? И Уилла почувствовала притяжение к нему, словно ее тянула за собой волна отлива. Она вздрогнула, спохватившись, что смотрит невидящим взглядом в зеркало и кусает нижнюю губу так, что она покраснела. Хватит!

Уилла открыла дверь в коридор, шагнула за порог — и застыла. Небрежно прислонившись к стене напротив двери, лорд Аларик стоял с

Ознакомительная версия. Доступно 17 из 85 стр.