Улитка с уклоном - Александр Эйпур
Петрович, как тут и родился, честно исполнил поручение, заколотил двери и встал на часы, имея право на возмещение трудозатрат. Пока ничем серьёзным не занят, стал слагать песенку про марсиан:
Мы такие, што вам надо,
Не принёс никто кефир.
Марсиане водопадом:
Всё, накрылся етот мир…
Когда ж обнаружил хозяйку… Нет, не так: Хозяйку, то вопрос задал, по знакомству:
– А как ты вышла?
– Замуж хочу. А для таких нет преград.
– Хорошо, я никому. Тс-с! – Он привычно опрокинул рюмку, тут же сообразил, что не в том положении, нет рюмки в наличии. – «Чайку» ждут – аж трясутся.
Алевтина поправила причёску.
– Пойду встречать. И куда подевался «Тонна-сто» ?
– Так его в наручники взяли и в подвал. Только тс-с!
Она спускаласьпо лестнице и поглядывала в оба. Лес и лестница, лесть – что-то объединяло слова, но связи пока не обнаруживала. Чутьё подсказывало, всё это неспроста. Рукожопы хозяйничали, где вздумается, всюду совали нос. Второе собрание сорвали, сейчас накачают коньяком и будут праздновать победу. Или почтят присутствием третье собрание. Веление времени – собраться и выяснить, чего ждать от будущего, – а все хотели бы светлого, – да никто не хочет признать, что никаких предпосылок не видно.
Она спустилась ко времени. «Чайка» скрипнула тормозами, и даже в этом мелодичном скрипе было что-то правительственное.
Снайперы припали к прицелам. Облака разбежались и осветили объект, из которого должен выйти один – не будем уточнять. Как сняли дружно Хрущёва, так заговорщики и окрысились друг на друга; каждый думал: теперь за меня возьмётесь, всей кучей?
Вот как можно разрушить Советский Союз – проще не придумать! И тайная война кланов во всех республиках взяла начало: решают, кого вытолкнуть на главный пост.
Алевтина приблизилась к авто, постучала по крыше – можно выходить. Однако внутри пряталось иное мнение: сколько тебе заплатили, хорошая моя? Водитель, как по команде выскочил, уже в каске и в противогазе, вручил конверт и мигом назад. Крыша «Чайки» хоть какие-то гарантии обещает. Машина сорвалась с места, развернулась и ушла на Материк. Перца лицезреть не удалось. Теперь будем спорить до понедельника: приезжал либо водителя прислал. Видимо, и эту информацию уложат в архив, с правом обнародовать через сто лет.
Алевтина употребила свойство глаз: если они не подводили, в конверте лежал пустой лист. Материк дал понять, что умывает руки: справляйтесь сами, у нас тут забот по горло.
Она прикинула свои возможности, пошарила взглядом по этажам. План действий сформировался в полсекунды, вот тебе и баба.
С конвертом, как пропуском, спустилась в подвал, майору, начальнику караула постучала углом конверта по лбу:
– «Тонна-сто» сию минуту покидает изолятор, имею распоряжение.
Ровно через десять секунд, оказавшись с «нострадамусом» за воротами, сказала просто – исчезни, и чем быстрее, тем лучше. Затем вернулась к комнате собраний. Дверь открыта, Петровича нет на месте. По стенам скакали рукожопы, вырывали проводку из штукатурки. Заметив её, забились в угол и притихли, будто ждали указаний.
Ничего не понимая, подалась в первую лабораторию, что поближе. Ответ был ожидаем:
– Сами мы не видели, только кто-то вызвал милицию: дебоширят у нас. В вытрезвитель, вроде повезли. И вашу фамилию называли.
– Моей фамилии даже муж не узнает, это первое, и второе. Если верить картам, ближайший медприёмник – в трёхстах километрах.
– Мы не проверяли расстояние, но сведения точные. В курилке не дадут соврать.
То, что мимо «Чайки» умудрились – не удивительно. Большие чины заинтересованы в том, чтобы не случился шумок. Неужели кто-то метит возглавить проект, оттяпать лакомый кусочек? Расставит своих – и очередная экспедиция, с очередным номером, на Лес обеспечена. Немалые средства: год работы золотых приисков. Снова всё замешано не деньгах, а это тупиковый путь. Неужели до сих пор люди не понимают, как их ловко впутали в эту чехарду? Ищите, ловите, мечтайте, хватайте деньги, но у вас их никогда не будет. Они у тех, кто провернул махинацию, в мировом масштабе.
Алевтина заметила, что ноги принесли её к тому самому углу, за которым проживает охрана. Горчица у них, прикати Перец, его пришлось бы выдать. Сразиться с самим – пожалуй, рановато.
Она призвала на помощь духов Леса. Только одну подсказку: идти сейчас к нему или не время?
Старец образовался перед ней. Синими глазами прямо в сердце заглянул. И слова будто бы пошли, смысл запаздывал. Он исчез, посчитав, что долг исполнил. Чуть погодя, она снова прокрутила в уме услышанное.
«А куда подевалось с планеты всё золото и серебро, что монетами ходили, были верным платёжным средством? Вам подсунули бумагу, а вместо неё скоро подсунут воздух».
И совсем уж незаметная фраза, её и расслышать-то – надо постараться:
«В банках ваших золота нет, всё обман».
Её нашёл посыльный, проводил на крыльцо, там уж она сама догадалась. Управление снаружи выглядело ощетинившейся крепостью. Окна закрыли щиты с амбразурами, всюду пулемётные точки. На крыше, судя по командам, разместились зенитные расчёты.
– Вы готовитесь воевать с марсианами? – Она почти прижала к стене полковника, который однажды уже приходил во сне. С четырёхцветной ручкой.
– Выходи за меня, иначе я открою огонь на поражение!
– И кого поражать собрался?
Он не ответил, потому что звуки сами говорили за себя. От города-склада надвигалось и рычало грандиозное сооружение, цвета серого, в полоску.
– Что это?
Полковник протянул бинокль. Она разглядела деревянный танк, сбитый на скорую руку.
– Марсиане? И чего им надо?
– Хотят захватить Управление и командовать всем и вся.
– Вы так уверенно говорите, будто вам прислали ультиматум.
– А он и есть. По почте отправили. Это же территория Советского Союза – пока дойдёт.
– И мы, такие предусмотрительные, превратили гражданский объект в военный.
– Нам бы орудий – штук восемь «Пионов», это гаубица, 203 миллиметра. Эх, я бы развернулся!
– И медаль…
– Три ордена, не меньше! – Полковник пустился укреплять район предстоящих боевых действий, но не просто орал, а помогал на ходу непосредственным участием. Тут солдат лопату в землю воткнул, окоп начал рыть, и сапог полковника наступил, где надо, лопата ушла на штык. Алевтина невольно залюбовалась талантом организатора, ему уже можно звезду героя, за оборону ворот… Как там, у военных принято?
Танк уверенно приближался, сворачивать не собирался. А где же наш «Рукастый»? Почему его нет, когда так нужен? Вот полное ощущение, что операцию готовили