Юрий Леляков - Великая тайна Фархелема

Похоже на то… И наверняка в этой борьбе идей и целей — Чхаино-Тмефанхия не поддержала подлых игр вокруг некой тайны Западного континента, не стала участвовать в них! Никогда, издревле и поныне, личность не рассматривалась в их культуре как объект подобных игр, средство и жертва, а не цель! Из-за чего нелегко далось тогдашним «людям знания» и то решение 72-го века по поводу дмугильской расы… И «опасные» и «безнравственные» исследования, придуманные лоруанской пропагандой — как поверить в их реальность там, где долго не решались преодолеть такой же барьер перед вторжением в живую материю? Или…

Новая вспышка озарила сознание Джантара…

Нo… как? Вот — то самое, перед чем лоруанская пропаганда нагнетает ужас и отвращение без конкретных фактов? Что они обсуждали лишь как догадки — но уже твёрдо доказано в Чхаино-Тмефанхии, в итоге исследований на фактическом материале? Ведь и там не могли не задуматься: почему столь трудно складывается единое человечество, что за силы или факторы противодействуют, в чём они состоят: в природе общества, его устройстве, или всё же в природе человека как индивидуума, и какой именно — телесной, духовной, энергетической?.. И конечно, не имея целью никого унизить, а наоборот, до последнего веря в вековой идеал сообщества разумных, свободных и равных в достоинстве (и потому, возможно, до последнего не веря в то, к чему вели неумолимые факты и логика) — но вынуждены были признать… Хотя — что именно? Наверно, всё же не то, что люди разных рас духовно не равноценны — а лишь факт различий в xaрактере и степени проявления эволюционно древних программ… А о наследственности, генетическом материале речь идёт потому, что различия наследуются — и в этом смысле всё же есть «хорошие» и «плохие» аллели. И там это не стали скрывать — хотя бы потому, что при нынешнем уровне цивилизации эти патологии, принятые как дозволенная норма, представляют серьёзную опасность! А здесь готовы свернуть развитие цивилизации, завести в тупик — лишь бы не ставить под вопрос «святые» права на произвол, насилие, доблесть в убийстве себе подобных, эмоциональную разрядку в драках и наркотиках; не унизить чью-то тупость и рабское, стадное служение чужому злу — ибо кто-то, утратив всё это… боится перестать быть собой, ведь за душой больше ничего нет?..

И всё же — вообще это понятно, но что делать практически? Какие ставить цель, принять меры?

А впрочем — цель ясна. Не должно быть в совершенном обществе — каких-то «не совсем людей», и воспроизводства неполноценных тел! Не место в нём тем, кто в споре хватается за нож, подбирает отбросы на свалке, впадает для «разрядки» в почти невменяемое состояние, мыслит грубо и примитивно (но готов использовать законы, деньги, технику в борьбе за «справедливость» в своём понимании), ждёт, чтобы другой был для него неким подданным, низшего ранга, второго сорта! А поскольку речь о генетических корнях этого, о наследственном материале — какое отсутствие чётких граней? Гены как раз дискретны, у данного индивидуума либо есть такой-то аллель, либо нет?.. Причём явно самой Чхаино-Тмефанхии в практическом плане не коснулось: их культура не знала и каких-то отверженных сословий, это у других издавна — попрошайки, бродяги, разбойники… Там был психологический шок, не более — а вот для остальных… Но и не открыть правду остальным (по крайней мере, правительствам, интеллектуальным элитам) — не могли… А «элиты» оказались способны лишь на истерику от крушения традиционных идеалов — будто сразу теряло смысл существование человечества, любое его будущее…

Нет, и всё-таки: что должны были делать? Как и в чём пойти против традиций своих культур — чтобы поставить заслон воспроизводству ущербных генотипов?

А вот тут сразу не ответишь… Но зато — простор для обвинений в чудовищном! Хотя тоже странно: не чудовищно — с рождения обрекать кого-то на жалкое убогое существование пленника чужих пороков; не чудовищно — само наличие криминальной среды, низких социальных статусов, даже явно биологически обусловленных патологий; а чудовищно — ставить вопрос об этом? Но в том и дело: что в какой культуре принимается как патология, а что как норма…

Или… не только это? Хотя — если возможно… И тоже правда…

…Уже третья догадка вспыхнула в сознании Джантара — хотя, казалось бы, что теперь могло так ошеломить…

…Разговоры о чрезмерности даже той суммы знаний, что содержится в стандартной школьной программе — для «нормального ребёнка»… Хотя сами они не ощущали этого — усвоив к тому же возрасту гораздо больше, а неудачи обычных школьников в этом — связывали с тупостью системы преподавания… A если нет? И тоже — биологические различия? На этот раз — в способности усвоить (по крайней мере, в таком-то возрасте) тот же объём информации? Или даже… массовое падение уровня тех или иных интеллектуальных качеств у конкретных этнических групп — в итоге существенно различного действия мутагенов, тяжёлых металлов, или иных подобных факторов на нервную ткань? И это удалось достоверно установить учёным Чхаино-Тмефанхии? Тогда действительно страшно! И пора уже думать, как спасать оставшуюся цивилизацию! А только рыдать над неполноценными — подло, преступно!.. Нo лидеры всех других стран планеты избрали этот путь: нельзя спасти их расу, их культуру — пропадай всё?..

Но и это — предположения. Страшные, ужасные — но не безосновательные… А здесь, в Лоруане, от них скрывают реальную ситуацию, не считают достойными знать то, что касается также и их! И проверить предположения можно уже лишь на месте, в Чхаино-Тмефанхии. И они делает всё правильно, стремясь туда…

Джантар невольно обернулся назад, в густую чёрную тьму вагона — и вдруг понял, что больше не ощущает тяжести, все эти дни так угнетавшей его. И даже как волна прокатилась через всё тело и ауру, будто стряхивая эту тяжесть. Хотя и тут ещё ничего не разрешилось — просто ушло сомнение…

А пока что… Да — поезд притормаживал перед очередной остановкой. Надо было на всякий случай укрыться в проходе…

— Вот, значит, как… — донёсся из темноты шёпот Талира. — Думаешь, в этом всё дело?

— Не знаю пока… — ответил Джантар, пытаясь на ощупь отыскать во тьме проход. Поезд тем временем успел заметно сбавить скорость…

— Не сюда. Левее, — подсказал Талир. — Да, от тебя левее… И вот опять станция. И опять жди, что будет. Не войдёт ли кто-то сюда, не увидит ли нас… А сколько ещё ехать до Арахаге через эту тайгу…

— Хоть бы доехать без осложнений, — добавил Джантар. — Ведь так и не чувствую ближайшего будущего…

Поезд остановился, но проводники не спешили встать и открыть вагон — наверно, это была незапланированная остановка на каком-то разъезде… Джантар, стоя в самом конце прохода, в который раз с неослабевающей тревогой ждал, когда поезд тронется. С тревогой — но и мысленной оглушённостью от пронёсшихся в сознании догадок… Но вот издалека донёсся сигнал, а затем — приближающийся перестук колёс: они действительно лишь пропускали на разъезде встречный поезд. И тут Джантар вдруг почувствовал, как ему хочется спать. Сейчас, когда и второе купе, и все полки были заняты — и вряд ли он в такой темноте мог бы забраться на полку…