Головокрады - Василий Кораблев

Откуда тут взялись ещё бабы? Было же всего две? Машка и Анфиса. Обеих он знал досконально, но выбрал Машку, потому что после Анфисы все чешутся. Кто же мог быть?

— Здрасьте! Вы кто? — поинтересовался он на всякий случай перед закрытой дверью.

В сортире кто-то томно вздохнул и хихикнул. Антоха увидел, как дверь приоткрылась, и в узкой щели мелькнуло обнажённое женское тело. Ему даже показалось, что он видел грудь. Да ладно?! Антоха приободрился и смело шагнул вперёд. Он открыл дверь, и множество длинных прекрасных рук с наманикюренными ногтями потянулось к нему. Дверь за ним со скрипом захлопнулась.

— Кажется, Антоха блевать пошёл, — прокомментировал Димон, наблюдавший, как его друг некоторое время разговаривал с сортиром, а потом, пошатываясь, скрылся внутри.

— Да не пофиг ли? Проверь лучше, запивка осталась? У меня в горле пересохло, — лениво попросил Пётр.

— Осталось. Ещё полбанки. Тебе целую кружку?

— Давай целую. Потом по очереди, как Анфиску. Хе-хе.

— Тьфу на вас, уроды! Я иду в баню! — обиделась девушка.

— Ха. Вот и иди. Славик, иди вместе с ней на правах хозяина, а мы пока ещё по одной выпьем, — предложил Димон.

— Да он отошёл. Слабак наш Славик, — оглянулся Пётр. — Ладно, мы тогда сами... С усами.

*****

Славик действительно вынужден был отойти. Его подозвал к краю участка человек в брезентовом плаще и резиновых сапогах. Он хоть и скрывал своё лицо под капюшоном, но показался ему до боли знакомым. Словно Славик знал его очень давно. Сосед? Да. Старый знакомый его отца, племянник одной хорошей подруги его матери. Точно. Это же он, дядя... Как его там? Они ещё вместе сарайку крыли.

Славик сначала испугался, что старый знакомый предъявит ему за погром, учинённый его друзьями, но тот отнёсся к нему по-доброму. Славик пообещал, что они не будут сильно шуметь, а то, что проникли к соседям, так они всё равно тут давно не живут, а если бы и жили, то не отказали бы молодым людям в подобной мелочи.

Дядя в плаще соглашался с ним, сетовал на плохую погоду, мешавшую цветению первовестников, жаловался на недостаточное внимание помидорного бога. Да Славик и сам понимал, что бог очень хороший и добрый. Особенно если выступает вместе с другими: богом огурцов, богом чеснока и богами различной зелени. Бог рукколы, например. Если всё это сверху подсолнечным маслом полить... М-м-м-м... А бога картошки он не очень уважает. Хороших богов колорадские жуки не едят.

А потом дядя сообщил ему радостную новость. Он, Славик, выиграл в лотерею сто миллионов долларов, и что дядя специально ехал на зелёной змее к нему сюда. И что Славик должен немедленно забрать свои деньги.

— Да где же они? — изумился тот.

Дядя в плаще прямо перед ним раздвинул старые доски забора, и Славик испытал настоящий восторг. На чистой заасфальтированной улице перед ним стоял красавец «Bentley», и вежливый шофёр уже приглашающе открывал перед Славиком дверь, а внутри салона сидели длинноногие смеющиеся красавицы. Они звали Славика к себе, манили шампанским и слали ему воздушные поцелуи.

«Моя мечта сбылась», — подумал Славик и шагнул навстречу прекрасному будущему.

*****

Машка всегда знала, что её парень Антоха — мужчина ветреный и необязательный. Но чтобы настолько?!

Она ждала его честно на втором этаже, постелила бельё на диване, так как не хотела заниматься любовью в скотских условиях, но он всё не шёл и не шёл. Время понеслось с ужасающей скоростью. Она то и дело вскакивала с дивана, чтобы посмотреть в окно, не идёт ли любимый, а там, за окном, был то день, то ночь. Она своими глазами увидела, как менялась погода, и вот уже наступило лето. Приехали огородные жрецы, они строили алтари огуречных и капустных богов, повсюду красиво зацвели вишни. А Антохи всё не было.

Машке казалось, что прошли месяцы и годы, а тот мужчина в брезентовом плаще, который приходил её навещать, действительно достоин внимания. Она сама уже не помнила, когда он пришёл к ней в первый раз, она даже не помнила, как его зовут, но знала: он очень надёжный и добрый. Он никогда её не бросит. Не то что этот козёл Антоха. Они так много разговаривали, и он всегда её внимательно слушал. В последний раз, когда он к ней пришёл, Машка не выдержала и призналась ему в любви, и он не отверг её.

О, как сладко заскрипел под ними диван! Он так страстно шептал ей на ухо про помидорного бога. О том, какой у него красный цвет. Цвет настоящего закатного солнца. Не то что эти ничтожные сельдерейные и луковые божки. Он вжимал её в диван всё сильнее и сильнее. Машка вскрикнула. Ржавая стальная пружина пронзила насквозь её руку. Она попыталась оттолкнуть своего нового любовника. Ей было очень больно, но тот и не думал останавливаться. Обивка дивана затрещала и разошлась. Машка завизжала, увидев, как из её прекрасного тела торчат десятки пружин. Славься, славься помидорный бог ибо спелая плоть твоя брызжет соком томатным...

*****

После бани Петруха, Анфиса и Димон отдыхали на первом этаже в доме соседей. Анфиса включила музыку и танцевала на столе, а на парней напала странная расслабленность. Они просто сидели, любовались своей подругой и болтали о жизни с их новым другом в брезентовом плаще. Хороший дядька. Кажется, это был его дом, хотя он был совсем не против, что они без разрешения решили переночевать тут. Тем более Петруха пообещал шашлыки. Они выпивали все вместе.

— Скучно! Как же скучно! — кричала Анфиса.

Парни не обращали на неё внимания. Они обсуждали важную тему: кто сильнее, бог огурцов или бог картошки?

— Картошка — всему голова! — утверждал Петруха.

— Огурец хрустящий и лучшая закуска к столу! — возражал Димон.

Их друг в плаще молчал и только улыбался. Он знал, что лучший бог — это бог помидоров. Скоро, очень скоро жрецы привезут первовестников.

— Огурец — в жопе не жилец! — заявил Петруха.

— Чё ты сказал? За базаром следи! Вся твоя картошка на говне растёт!

— Да как ты смеешь! Ты оскорбил моего бога, сударь! Я требую сатисфакции!

— Согласен! Только кровь смоет такой позор!

— К барьеру, сударь!

— Только после вас, сударь! Не