Коллекционер - Александр Варго

В любом случае дальше так продолжаться не может, иначе он окажется в психушке.

Долину было невдомек, что некие важные микросхемы в его мозгу, ответственные за «нормальность», уже давно начали выходить из строя. И сейчас, когда он смотрел остекленевшим взглядом на пустые полки, внутри него, коротко вспыхнув, сгорел последний предохранитель.

«Ты уже знаешь, что делать, да?» — c усмешкой сказал голос.

— Да. Ищите, да обрящете, — прошептал Максим, проведя пальцами по гладким дверцам. У него снова начало дергаться веко, но он не замечал этого.

В этот темный поздний вечер Долин вдруг осознал, что у него есть шанс все вернуть. И даже больше, чем было раньше.

Он украдет коллекцию у Павла.

Так-то.

Бог дал, Бог взял? «Посмотрим, как ты запоешь, оказавшись на моем месте», — злорадно подумал Максим, и на душе сразу стало легко и радостно.

Он в два глотка допил водку и улегся в кровать.

Долин погружался в сон, чувствуя, как плывет в зыбком тумане несвязных воспоминаний. На этот раз он уснул быстро и спал крепко, без сновидений. Потому что теперь у него появилась конкретная цель.

* * *

Павел дописывал очередной пост на форуме, когда в комнату заглянула супруга:

— Паш, стол давно накрыт! Зову, зову тебя…

— Две минуты, Ленусь, — сказал Павел, не отрываясь от текста. Сделав кое-какие правки, он навел курсор мыши на окошко «Ок» и нажал кнопку. После этого закрыл все страницы и выключил компьютер.

— Очередной раритет обсуждаешь c братьями по оружию? — улыбаясь, спросила Лена, поцеловав мужа в макушку.

— В том числе и раритет, — уклончиво ответил он и погладил жену по руке.

— А я как раз сегодня видела короткий отрывок в новостях, там рассказывали о пожаре в Доме художника.

— Вот как раз примерно это мы и обсуждали, — сказал Павел.

— Ты же как-то обмолвился, что один из ваших выставлял там коллекцию и у него все сгорело?

Он кивнул:

— Выставлял. Только он уже фактически не один из наших.

Елена прищурилась:

— То есть если человек лишился коллекции, вы его автоматически выкидываете из своего клуба?

Похоже, вопрос супруги застал Павла врасплох, но он раздумывал недолго:

— Ленусь, дело не в коллекции. Этот парень, Старлей, всегда был каким-то странным и держался особняком. Его прямолинейность порою зашкаливала. Все он как-то делал c надрывом. Если ко мне солдатики сами шли, я на любой барахолке находил редкости, то ему по жизни не везло. На аукционах он вечно проигрывал, и все редкие позиции Старлею приходилось покупать за бешеные бабки, он переплачивал втрое! И хотя его многие отговаривали, мол, не спеши, еще всплывет твой раритет, он был упрямым как осел и все делал по-своему. Влезал в кредиты, даже у нас одалживал деньги, когда нужно было выкупить тот или иной набор… Это было похоже на дурдом, где собрались одни мазохисты. Коллекция далась ему тяжело. А теперь, когда у него ничего нет… собственно, и общая тема потеряна. Нас ведь объединяло коллекционирование. Думаю, вряд ли Максим начнет c нуля, у него другой характер.

Лена обвела задумчивым взором комнату, сплошь заставленную высоченными шкафами c солдатиками. Они стояли так близко друг к другу, что, казалось, открой дверцу — и посыпятся на пол, как горох.

— Старлей, то есть Макс, вообще по жизни неудачник, — добавил Павел.

— Жаль его, — вздохнула Лена. — Кстати, ведь на его месте мог бы оказаться и ты! Я помню, как ты хотел принять участие в этой выставке!

Павел пожал плечами:

— Ну, жизнь сама расставила все по своим местам. Значит, что-то спасло меня в последний момент.

Он решил не говорить любимой жене, что, как только узнал о пожаре в Доме художника, его пронизал жуткий страх, аж ноги подкосились. О том, что на месте Максима мог оказаться он, не хотелось даже думать.

— А он, если честно, самонадеянный дурак, — снова заговорил Павел. — Нужно было застраховать свою коллекцию, хоть деньги получил бы…

— А ты свою застраховал?

— А мне-то что? — c нарочитой небрежностью ответил он. — Если еще подвернется какая-нибудь выставка, тогда можно об этом говорить…

— Ладно, идем за стол, — поторопила его Лена. — Твоя мама и так ворчит, что все остынет.

Когда они вошли в гостиную, мама Павла двигала тарелки на столе, чтобы разместить овальный лоток c холодцом. Татьяне Ивановне в прошлом месяце исполнилось семьдесят четыре, но, невзирая на почтенный возраст, она всегда была бодрой и активной.

— А Игорь где? — спросил Павел, усаживаясь за стол. — Разве наш сын не хочет отметить c семьей повышение отца на работе?

— Он c девочкой по телефону разговаривает, — c заговорщическим видом сообщила Татьяна Ивановна. — Сказал, скоро придет…

— Ну, тогда вздрогнули, — сказал Павел, откупоривая вино. Наполнив бокалы матери и супруги, он плеснул себе в рюмку коньяка.

— Желаем тебе дальнейшего роста, — c улыбкой произнесла Лена. Чокнувшись, все выпили, и она спросила:

— И как теперь твоя должность называется?

— Директор департамента, — отозвался Павел, подцепляя вилкой кусок красной рыбы. — Я давно ждал этого места, и вот наконец…

Татьяна Ивановна аккуратно вытерла уголки губ салфеткой и сказала:

— Я, если честно, даже боюсь сглазить, ребята. Так у вас все замечательно! Паша, ты посмотри, у тебя все есть! И жена красавица, и сын умница, спортсмен, и работа отличная… И даже любимое занятие есть — солдатики! Правда, я все время боюсь задеть какую-нибудь фигурку, когда к тебе в комнату вхожу…

— Не бойся, — последовал невозмутимый ответ. — Редкие и дорогие я держу в шкафах. То, что снаружи, может падать, там ломаться нечему. Тем более на полу ковер.

— Интересно, а сколько сейчас стоит твоя коллекция? — полюбопытствовала Лена.

Павел, прожевав рыбу, наморщил лоб:

— Такой вопрос коллекционеру задавать некорректно.

— Ну, бука ты такая, — надулась она. — Мне-то уж можно признаться? Слава богу, мы не бедствуем, так что тебе на твое хобби хватает! Я же знаю, что некоторые солдатики за двадцать-тридцать тысяч уходят c аукционов!

— Это верно. Ну…. Точной цифры не назову, но миллионов двадцать все это хозяйство точно стоит, — проговорил он.

Татьяна Ивановна ахнула:

— Боже, квартиру купить можно! Даже две!

— Квартиру на эти деньги можно купить, — согласился Павел. — Но вот такую коллекцию, как у меня, — никогда и ни у кого не приобретешь. Это я гарантирую.

— Давайте выпьем за счастливую семью! — предложила Лена, и Павел потянулся за вином.

Он шутил и смеялся, даже не подозревая, какие тучи сгущаются над головой. И не только над ним, а над всей его семьей.

* * *

Утром Максим