Хлоя Нейл - Магия огня
«Ты можешь создавать заклинания?»
«В каком-то роде, да», — сказала она также обыденно, как если бы я спросила ее о серьге в носу, — «Меня называют заклинателем».
Я выжидающе посмотрела на Джейсона и Майкла, они только тряхнули головами. «Это только вводный инструктаж. О нас расскажем позже», — Майкл перевел взгляд на Скаут, — «Продолжай».
«Магическая сила обычно появляется в период полового созревания. При наступлении переходного возраста».
«Растет грудь и землетрясения?» — спросила я, — «Хороши перемены».
«Серьезно», — Скаут кивнула в знак согласия, — «Это довольно странно. Однажды утром ты просыпаешься — и вдруг у тебя уже второй размер груди и мистический дар управлять предметами или ты плетешь чары и воюешь со Жнецами за власть над Чикаго. Сериал «Сплетница» по сравнению с этим отдыхает».
Я задумалась, пытаясь представить, на что похожа такая жизнь. Нет, не о том, как ходить со вторым размером груди, хотя это было бы хорошим дополнением. Я глянула на свою грудную клетку. Да уж, не плохое дополнение, однако…
«Ты еще с нами?»
Я подняла глаза, в лицо бросилась краска. Я смущенно улыбнулась.
«Я тоже об этом подумала», — сказала Скаут, подмигнув мне.
«Пока вы совсем не перешли на девичьи темы», — вмешался Джейсон, — «Лучше скажи ей о подвохе».
«О подвохе?» — переспросила я.
«Вот всегда так…», — сухо заметила Скаут, — «Положение вещей таково, что магия не постоянна. Она не может длиться вечно, по крайней мере, даром. Пока мы молоды — подростки, или лет до двадцати пяти — магия делает нас сильнее. Она действует в согласии с нашим телом, разумом, душой. Пока мы молоды, это как особое чувство, которое помогает нам по-новому узнавать мир, управлять им. Мы получаем доступ к тому, что человечество забыло, испугавшись пробных попыток в чародействе. Страх заставляет многих забыть о своем даре».
«А когда вы становитесь старше?»
«Сила обретает свою цену», — сказал Джейсон, — «И как нам кажется, цену неприемлемую».
«Слишком высокую», — добавил Майкл.
Я удивленно посмотрела на них.
«Цену? Такую как разум? Она сводит с ума или типа того?»
«И такое бывает», — ответила Скаут, — «Она разрушает тело и душу изнутри».
Я удивленно приподняла бровь.
«Ты хочешь сказать, она разрушает тело и может убить?»
Она кивнула: «Чем старше ты становишься, тем сильнее магия требует подпитки от тебя. Она поглощает тебя, трансформирует. Магические способности действуют, как паразит. Чтобы остаться в живых, приходится постоянно утолять жажду этой силы, подпитывать ее».
«Чем?» — мой голос был спокойным, поэтому Скаут ответила также спокойно.
«Энергией других. Те, кто поддерживает свою силу, должны научиться питаться сущностью других — как вампиры, только высасывающие душу. Мы зовем их Жнецами».
«Пожинающими жизни», — подумала я вслух.
«Несущими смерть», — подтвердила она, — «Если жить надоело, зови этих типов».
«Ты сказала, они забирают энергию у других», — повторила я, — «Что это значит?»
Джейсон сделал шаг вперед: «Ты встречала людей, из которых будто выкачали энергию, подавленных и вялых. Например, как ученики, которые постоянно спят на занятиях?»
«Я же подросток. Это обычное дело», — уныло заметила я.
«Да, это минусы переходного возраста», — согласилась Скаут, — «Но гормоны не единственная причина. Жнецы выбирают в жертвы людей, у которых проблемы с уверенностью в себе, не находящих свое место в обществе. И медленно, так чтобы не привлекать внимания, они поглощают их энергию. Можно назвать это аурой, душой или волей к жизни. Эта та искра, которая делает нас теми, кто мы есть, которая отличает нас от ходячих роботов».
«Те ребята с огнем и землетрясением, которые преследовали вас, то есть нас, под монастырем. Это были Жнецы?»
Скаут кивнула.
«Официальное знакомство запоздало, но представляю тебе Алекс и Себастьяна. Она — старшеклассница средней школы. Он — второкурсник Северо-Западного университета. Вообще-то сейчас у них нет необходимости собирать энергию, они молоды. Но они помогают находить жертвы для старших. Это путь Жнецов. Делай все, чтобы удержать магию, невзирая на то, что это может кому-то навредить, или даже убить».
«Значит, эти Жнецы высасывают у людей душу, чтобы не стать ходячими мертвецами. А как же остальные из вас?» — я посмотрела на каждого по очереди, — «Я полагаю, вы не собираетесь в будущем вытягивать души?»
Прежде чем они смогли ответить, раздался стук в дверь. Не дожидаясь ответа, вошла медсестра в белом халате с подносом в руках.
«Добрый день!» — сказала она, — «Как вы себя чувствуете?»
Согнав Скаут с кровати, она поставила поднос, на котором стояли пластиковый стаканчик с водой, небольшой пластиковый кувшин и упаковка шоколадного пудинга.
«Что ж, посмотрим», — она подошла к кровати и измерила мой пульс. Затем взяла конец трубки от аппарата, присоединенного к стене, и протянула его мне.
«Покажите язык», — она положила мне под язык холодную пластиковую палочку и стала смотреть данные на мониторе, — «Разве вы не должны быть сейчас в школе?» — спросила она, не поднимая глаз.
«У нас есть разрешение», — сказала Скаут.
«Ммм…», — протянула она. Когда аппарат запищал, она вытащила и отложила термометр, затем отошла к спинке кровати и нацарапала что-то на моей истории болезни. Покончив с этим, она посмотрела на меня.
«Время посещений заканчивается через час».
«Конечно», — откликнулась я.
Бросив последний предупредительный взгляд на Скаут, Джейсона и Майкла, она снова исчезла за дверью.
Неожиданно обнаружив, что проголодалась, я поставила поднос на край кровати. «Передай мне, пожалуйста, пудинг и можешь продолжать рассказ», — обратилась я к Скаут. Она оторвала фольгированную крышку и протянула мне стаканчик пудинга и ложку, слизывая с фольги остатки шоколадного пудинга. Я с жадностью принялась есть.
«Никакого поглощения душ», — продолжил Майкл, — «С нашей точки зрения, магия не стоит того, чтобы подпитываться за счет других. Мы не желаем платить такую цену и забирать жизни. Мы можем поэтично рассуждать, как прекрасно быть Посвященным».
Я проглотила огромную ложку пудинга — магия способствует хорошему аппетиту — и удивленно посмотрела на него.
«Посвященные?»
«Те из нас, кто владеет магией, но предпочитает от нее отказаться. Вот к кому мы себя относим. Наша философия состоит в том, что когда нам исполнится двадцать пять, мы вернем нашу магическую силу обратно во вселенную. Мы прекратим ею пользоваться. Мы дадим клятву».