Инженер среди ходячих - Lex Nov

Он пожал плечами.

— Ну как знаешь...

Лили взяла резак, её лицо было немного бледным, но решительным. Марк лишь кивнул, привычно оценивая расстояние.

Они подняли оружие. Первые выстрелы ушли в молоко. Сгустки плазмы с пронзительным визгом просвистели мимо, взрывая пыль на дороге далеко позади ходячих, которые даже не обратили внимания. Лили вздрогнула от отдачи и звука. Марк стиснул зубы, целясь снова.

— Дышите, — сказал я спокойно, стоя сзади. — Не дёргайте. Плавный спуск. Цельтесь в сустав. У вас есть для этого много времени.

Второй залп был точнее. Выстрел Лили снёс кисть, а потом и предплечье одному из ходячих. Марк попал второму в плечо, почти отсекая руку. Они не убили никого, но сделали первую, самую важную часть работы — нейтрализовали угрозу, ведь сейчас мы пока тренируемся на ходячих, хотя в последующем возможно мы встретим и выживших, которые будут к нам не очень дружелюбны. Остальное было делом техники и хладнокровия, которым они научатся. Надеюсь...

Мы продолжаем методично отрабатывать весь мой учебный материал, выстрелы становятся точнее, а Лили уже не дёргает рукой, просто ведёт луч плавно, словно чертит линию по цели. Марк работает чётко, почти автоматически: выстрел, смещение, новый выстрел.

Из кустов и из-за поворота дороги начинают выползать новые фигуры. Не толпой, а по одному, по двое. Классический «рояль» — идеально для отработки.

— Спокойно, — говорю я, не повышая голоса. — Видите? Выходят поодиночке. Сначала обездвиживаем ближних, потом дальних. И помните: в следующий раз перед вами могут оказаться не мертвецы. А живые. Мародёры. И кому-то из них, возможно, понадобится задать вопросы. Умение стрелять не чтобы убить, а чтобы остановить — бесценно.

Лили кивает, стиснув зубы, и переводит прицел на свежего ходячего. Выстрел бьёт ему в колено — тот рухнул. Марк, действуя слаженно, тут же сносит второму ногу по бедру.

Когда новая дюжина обездвижена — одни ползают, другие сидят, беспомощно щёлкая челюстями, — отдаю команду:

— Теперь — головы по порядку. И без спешки.

Раздаются короткие, хлёсткие звуки. Один за другим ходячие затихают. Остаётся один — тот самый, что первым выполз из кустов, теперь лежащий без конечностей.

— Этому повезло больше, — указываю на него подбородком. — Эдвину нужен ещё один экземпляр.

Весь наш местный «зверинец» у забора уже перебит лично мной. А здесь… здесь гости периодически наведываются. Будем пополнять... коллекцию по мере необходимости. Хех.

Окидываю взглядом поле, усеянное телами. Учебная программа прошла успешно. Страх в глазах Лили сменился холодной, уставшей концентрацией. Марк перезаряжает резак, его движения уже увереннее, что меня искренне радует, ведь стоило ему раз показать как он запомнил.

— Неплохо, — говорю я. — Теперь знаете, что можете. Убираем «учебный материал» с помощью модуля и возвращаемся. Завтра новая тема: работа в паре и прикрытие флангов.

Путь назад проделываем молча, но их плечи расправлены иначе. Они не просто выживают. Они учатся контролировать хаос. И это — первый, самый важный урок.

Я подошёл к тому, что осталось от ходячего. Он лежал, безрукий и безногий, и тихо шипел, водя головой. Эдвину нужен был целый образец, но лишний шум ни к чему. Резким, точным ударом каблука в нижнюю челюсть я снёс ему её, вместе с шестью почерневшими зубами. Шипение тут же прекратилось, сменившись лишь слабым хрипом. Теперь он был идеально тихим "пациентом".

Пришлось брать его за воротник гниющей рубашки и тащить по земле. Жаль, что модуль здесь бесполезен. Эти твари, хоть и примитивные, но тоже обладают своим слабым биомагнитным полем — отголоском нервной активности. Оно конфликтует с полем кинезиса, создавая отторжение.

Мы двинулись обратно к лагерю. Они несли резаки, я — свой тихий, обездвиженный "груз". Ещё один пазл для нашей коллекции ужасов.

Следующее утро.

Я вышел из своей комнаты в полной экипировке. Армейские штаны, поношенная, но прочная куртка, на рукавах , коленях и плечах — дополнительные нашивки из плотной, жёсткой кожи. Не броня конечно, но от случайного укуса или царапины — защита вполне приличная. В критический момент можно подставить руку, не боясь, что зубы дойдут до плоти.

Во дворе уже все были в сборе и, похоже, ждали только меня. Возле трейлера за большим столом сидели почти все взрослые. Чуть дальше, на импровизированном барбекю из старой бочки, Карли разогревала в кастрюле макароны с тушёнкой — запах простой, но дразнящий, да причём настолько что я чуть не подавился собственной слюной. Дети тоже были тут. Сын Кенни, Дак, что-то увлечённо рисовал мелом на асфальте — какие-то палки-человечки и квадратные дома. Дуэйн пытался набивать мячик на ноге, получалось неловко и даже комично, но он старался.

И Клементина... Она сидела за общим столом, склонившись над своим альбомом, и что-то выводила карандашом.

Нужно было перекусить и выдвигаться. Я направился к столу и, проходя мимо, невольно заглянул через её плечо.

И обомлел.

Это были не рисунки, это была целая попытка сделать чертёж. Пусть и неумелая, линии дрожали, масштаб прыгал, но узнавалась структура. Пересекающиеся направляющие, обозначение силовых линий, контур... Это был один из моих чертежей. Тот самый, что я делал для её. Чертёж ЭМКи — электромагнитной катапульты (уменьшенная и облегчённая копия которая сейчас находится в руках Ли, так как сейчас он на дежурстве). Я начал этот проект специально для неё. Чтобы у неё было своё, по-настоящему эффективное оружие, которое не вырвет плечо при отдаче и которое она сможет освоить, а главное пользоваться им из-за малого веса.

Я думал, что она его не видела. Оказалось, видела, да ещё как. И не просто видела — пыталась понять и воспроизвести, но в её детских, корявых линиях читалось не просто срисовывание, а попытка осмыслить. Она хотела не просто получить готовое. Она хотела понять, как оно работает... И сказать по правде это пиздец как восхищает.

Я поставил руку на спинку её стула.

— Углы нужно вымерять точнее, — сказал я тихо, так, чтобы слышала только она. — И здесь, — я указал на узел крепления медной катушки, — толщина стенки должна быть не менее трёх