Эра цепей - Антон Гудой

глаз прожигая его. Он же, не говоря ни слова, коснулся ветви, на которой сидел, и она стала расти дальше, потянулась над столом, на котором были хаотично разбросаны какие-то наспех выцарапанные чертежи. Сквозь зеленые листья стал продираться небольшой бутон, который за несколько секунд набух, превратился в светло-голубой цветок. Но не успела Харита удивиться, как он засох, опал, а на его месте стал быстро расти, набухая, зеленый фрукт, каких она еще не видела.

Наконец, когда фрукт стал размером с кулак, юноша сорвал его и протянул своей новой знакомой. Она лишь недоуменно уставилась на протянутое угощение, с недоверием разглядывая поблескивающую на свету гладкую кожуру, но все-таки приняла подарок.

— Не бойся. Если бы мне был смысл тебя отравить, я бы сделал это еще вечером.

— Успокоил так успокоил, — усмехнулась Харита и впилась зубами во фрукт, громко вздохнула. — О, похоже на..! Сделай чуть более водянистым и менее сладким. И по форме во-о-от такое вот.

Быстрым движением руки она начертила на свободном клочке бумаги грушу. Юноша наклонился вперед, чтобы рассмотреть рисунок, и случайно стукнулся лбами с девушкой, сидящей напротив.

— Прости, прости! — неловко улыбнулся он.

— Это у вас местная традиция такая? — улыбнулась Харита в ответ.

Вдруг, юноша нахмурился.

— Да, матушка?

Харита резко обернулась. В дверях стояла хозяйка дома в сопровождении командира стражи, усатого мужчины лет пятидесяти. Взгляд у нее был такой, будто она вот-вот набросится на незваную гостью, готовая растерзать ее голыми руками. Взгляд командира был не легче — по густым бровям, почти полностью скрывающими глаза, можно было понять, что ему внезапно нагрянувшая дочь дома Артанитов тоже не по душе.

— Арестовать ее! — сквозь зубы процедила Фарталин. — Вырвать ей язык и передать кардийцам!

Командир ворвался в комнату, держа руку на мече. Юноша запрыгнул в окно следом, вставая между Харитой и вооруженным мужчиной. Снаружи, в коридоре, поджидали еще несколько.

— Ты думала что можешь прийти в мой дом и командовать мной, маленькая дрянь?! — зло зашипела женщина, чувствуя свое превосходство. — Думала, можешь забрать у меня моего единственного сына?! Что покрутишь задом перед его носом и заберешь все, что у нас есть?!

— Ваша благость, прошу вас отойти, — командир был все так же хмур, не убирал руку с меча. — Я не хочу применять силу.

— Я не хочу применять магию, — ответил юноша, медленно кивнув, и правой рукой надавил на что-то на своем левом запястье, под длинным рукавом рубашки. — Но если вы угрожаете моей гостье, я буду ее защищать.

— Господин Ин, я снова прошу вас, — жестче, громче повторил мужчина. — Я подчиняюсь вашей матери, не вам.

— Ты же видишь, что творится вокруг! — взмолился Ин. — Гарт, убери оружие и отойди! Это дело, которое я должен сам решить с моей дрожайшей матушкой.

Мужчина недовольно прохрипел. Его рука медленно обнажила меч. Тут вперед бросилась уже глава семейства, хватая воина за руку.

— Не смей вредить Ину! А ты, бестолочь, уйди! Ты ничего не понимаешь!

Вены на шее и руках юноши стали набухать, темнеть, отчетливо проступая под кожей. Женщине пришлось отступить на шаг назад из опасения за свою жизнь, а