Придворный Медик. Том 4 - Алексей Аржанов

— Надо ускориться, — пробубнил себе под нос он. — Нельзя, чтобы орден лекарей обратил на это внимание.

Но он понимал, что впереди его ждёт бессонная ночь. И утро. И, возможно, даже первая половина дня.

И всё благодаря Павлу Булгакову, который переиграл его. Заставил сидеть перед монитором и унижаться лишь за счёт того, что ему работа медицинской информационной системы была известна лучше, чем Платонову.

— Ну ты дождёшься, Булгаков, — бешено строча ответы на уведомления, шипел Платонов. — Хочешь войны? Хорошо, ты своего добился. Будет тебе война!

* * *

— Хм… — протянул императорский лекарь Пётр Вениаминович Захарьин. — Любопытно получается.

— Вы это о чём, господин Захарьин? — обратился к лекарю старший дворецкий Аркадий.

Он как раз закончил готовить для Захарьина чай. Хотя в его обязанности это не входило.

— Да я тут подумал, что мои прошлые шаги в борьбе с Булгаковым — сущая ерунда, — усмехнулся Захарьин. — Только сейчас понял. Что мы там с тобой делали? Жучок ему прицепили? Тьфу! А что я потом сделал? Знаешь?

— Откуда я могу знать, господин Захарьин? — пожал плечами Аркадий.

— Я всего лишь обманул главного лекаря, — рассмеялся Пётр Вениаминович. — Попытался загнать Булгакова в клинику на целую неделю, без отдыха, без выходных. Глупо же, ну согласись?

— Не могу согласиться, что вы глупы, господин Захарьин, — дворецкий вытер платком пот со своего лба.

— Аркадий, я повёл себя очень глупо. Использовал такие банальные методы… Но вот сейчас меня посетила одна мысль. Есть один закон двора, которому Булгаков должен подчиниться. И если у него ничего не выйдет, его репутация тут же рухнет.

— На что вы намекаете?

— Скоро увидишь. Сегодня ночью Булгакову будет не до сна. Его ждёт очень неприятный сюрприз, — улыбнулся Захарьин. — А когда он допустит неудачу… Ох, как же быстро падёт его репутация! Врачебные ошибки волнуют людей куда сильнее, чем их успехи. Читал когда-нибудь исследование на эту тему?

— Нет, господин Захарьин.

Императорский лекарь раздражённо вздохнул. Ему не нравилось, что дворецкий отвечает односложно. Даже побеседовать с ним не о чем!

— Смотри. Допустим, у нас есть два лекаря. Один излечил тысячи или даже десятки тысяч пациентов. Но люди знают, что однажды по его вине погиб больной, — Захарьин закинул ноги на свой стол. — А теперь представь! Есть второй лекарь. Он вылечил всего лишь пять сотен человек и не допустил при этом ни единой ошибки. К кому охотнее пойдут люди? К опытному гению, который один раз ошибся, или к новичку, пока что не допустившему ни одной ошибки?

— Наверное… к опытному? — предположил Захарьин.

— Да нет же, идиот! — не сдержался императорский лекарь. — В том то и смысл, чёрт возьми! Статистика показывает, что большинство людей открестится от первого лекаря. Плохие новости распространяются лучше, чем хорошие. С этого момента он известен только своей ошибкой!

— Простите, господин Захарьин, я не подумал, — кивнул Аркадий.

— Так я к чему всё это клоню? — усмехнулся Пётр Вениаминович. — Булгакову просто нужно убить одного пациента. И тогда это тут же перекроет новость о том, как он спас Екатерину Романову. Ятрогенное убийство. Врачебная ошибка. И к этой ошибке… его лишь нужно подтолкнуть. И это толчок случится уже сегодня ночью!

* * *

Вечером мы, как и обычно, встретились с Киммо. Скоро он уже должен покинуть Российскую Империю. До отъезда принца осталось всего лишь несколько дней.

Однако я уже забросил удочку. Предложил Киммо посетить одно место.

Остров Елагина.

Будет здорово, если мы вдвоём пообщаемся с Валерием Бражниковым. Легендарный лекарь может дать дельные советы. И мне, и Киммо. Причём он и сам не против этой встречи. Валерий Николаевич попросил, чтобы я привёл на остров и Дарью Зорину, и Киммо. С первой задачей я справился. Осталось осуществить вторую.

Но этим вечером мы просидели недолго. Потренировались медитировать. Обменялись опытом в накоплении жизненной энергии. И проводить Киммо мне пришлось раньше времени.

А всё потому, что ко мне должен был прийти Михаил Романов. На этот раз мы договорились встретиться у меня. И на то была причина.

— Простите, что планы изменились, — войдя в мои покои, произнёс Михаил Сергеевич. — У меня есть подозрения, что за моим жилищем следят вражеские агенты. Пока что я ещё их не вычислил, но… точно знаю, что рядом с вашими покоями этих гадов нет.

— Пуф, — я сложил ладонь в кулак, выставил вперёд два пальца — указательный и средний. Изобразил пистолет, наставил его на Михаила Сергеевича. «Выстрелил» из пальцев, как это обычно делают мальчишки во дворе, когда играют в войнушку.

— Эм… — замялся Романов. — С вами всё в порядке, господин Булгаков?

— Я вас только что убил, Михаил Сергеевич. Попробуйте догадаться, к чему я клоню, — усмехнулся я и опустил руку.

— Ой, да ладно? — улыбнулся он. — Кто-то предложил вам покончить со мной?

— Именно так. Я вычислил двух предателей. В малом совете их как минимум двое. И теперь я один из них. Почти что один из них. Как вы того и хотели.

— Так это же прекрасные новости! — обрадовался Романов. — И что? Эти сволочи решили проверить вас? Хотят, чтобы вы убили меня? Дайте угадаю… Это проверка, да?

— Да, так и есть. Только, к великому сожалению, Михаил Сергеевич, эта сволочь, что стоит за предателями, ваш брат. Константин.

Я решил больше это не скрывать. Мне уже давно известен этот факт. Владыкин признался, Громов с Мельниковым это тоже не скрывают. Пора сообщить Михаилу, что мне удалось нарыть.

Улыбка моментально сползла с лица с Романова.

— Если вы сейчас шутите, Павел Андреевич, отмечу сразу: мне такой юмор не по душе, — произнёс он.

— К сожалению, не шучу. Вы спросите о доказательствах. У меня их нет. Но скоро они будут. Скажу честно, я уже давно знаю, что ваш брат стоит за восстанием. Мне просто не хотелось бросаться столь резкими заявлениями раньше времени.

— Нет… Этого быть не может. Чтобы Константин желал смерти мне или Александру? — Михаил промчался мимо меня к камину.

Я заметил, что огонь всегда его успокаивает. Во время наших бесед он всегда старается смотреть на пламя, тлеющие угли или же огонь магического кристалла.

—