Боярский сын. Ратоборец. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин
— Что это означает? — не удержалась от вопроса Варвара Камышинская.
Пётр Васильевич снова вздохнул и помрачнел ещё сильнее:
— Это может означать только одно: Опасные земли и их хозяева подобрались к нам вплотную. Война перешла на новый уровень, если Госпожа рискует запускать воина такого запредельного ранга в сердце нашей Империи.
Я сжал губы. Ответ ветерана меня, прямо скажем, не порадовал, но отступать было не в моих правилах.
— То есть вы вообще не знаете, как с ним сражаться на практике? — уточнил я. — Совсем никаких зацепок?
Свободин задумался на несколько секунд, постукивая обломком мела по деревянной кафедре, а затем в нём снова проснулся военный тактик:
— Ну почему же совсем никаких? Абсолютно неуязвимых тварей в природе не существует, на каждую силу есть законы физики и магии. Давайте рассуждать логически. Его основная атакующая стихия — это Молния, то есть концентрированное электричество. Следовательно, в защите и экипировке против него нужно максимально использовать изолирующие материалы, не проводящие ток. А что это?
С этим вопросом он показал на Любаву.
— Что использовать против стихии Молнии? Толстую резину, сухое дерево, стекло или специальную керамику. А также применять заземляющие артефакты и цепи, способные увести разряд в почву в обход тела.
Я внимательно слушал, мотая на ус каждое слово и мысленно прикидывая, какие изменения нужно будет заказать оружейникам для наших боевых костюмов. Сделаю апгрейд, так сказать.
А что? Лишним точно не будет!
— Далее по тактике боя, — продолжил преподаватель, расхаживая вдоль доски. — Учитывая его чудовищную скорость и дальнобойность, атаковать его нужно непрерывно, сбивая прицел, и каждую секунду менять свою позицию! Ни в коем случае нельзя замирать на месте и уж тем более — двигаться по прямой линии!
Я усмехнулся и вставил:
— А может, тогда ради интереса попробовать заманить этого электрика куда-нибудь в глубокую воду? В реку или водохранилище, например? Ведь вода отлично проводит электрический ток! Если он начнёт там в воде по привычке кастовать свои разряды, то сам же первый и попадётся в собственную ловушку — поджарит себя заживо!
Свободин скептически покачал головой:
— Мысль смелая и нестандартная, господин Ярославский, хвалю за смекалку. Но вряд ли существо с боевым опытом окажется настолько глупым, чтобы полезть по пояс в воду и бить током под ноги. К тому же собственное тело наверняка имеет врождённый иммунитет к электрическим разрядам. Так что полагаться на воду я бы не советовал. Знаете… всё-таки, по мнению наших лучших теоретиков, лучше и надёжнее всего против такого противника использовать тяжёлую магию Земли! Каменные щиты, гранитные преграды, поглощающие разряд, и связывание песком!
И вот ровно на этих словах преподавателя про «магию Земли» мой взгляд случайно скользнул в сторону Долгополого.
Глеб Долгополый сегодня вообще был сам не свой. Он с самого начала пары сидел за партой неестественно выпрямившись, словно проглотил арматурный прут. Лицо наследника княжеского рода было землисто-серым, под воспалёнными глазами залегли глубокие чёрные тени, а взгляд был каким-то затравленным и отсутствующим.
Вот вообще на него не было похоже!
Однако, стоило только Свободину громко произнести фразу о том, что против Генерала Ночных Хищников лучше всего работает магия Земли… как Глеб вдруг резко вздрогнул!
Пальцы молодого княжича с такой силой впились в край столешницы, что побелели ногти, а по его искажённому лицу пробежала судорога!
«А вот это уже крайне любопытно, ядрёна медь… — прищурился я, фиксируя странную реакцию своего главного недруга. — С чего это нашего напыщенного индюка так перекорёжило при упоминании этого Генерала и земляной магии?»
— Спасибо большое за подробный разбор, Пётр Васильевич, — вежливо поблагодарил я преподавателя.
— Всегда пожалуйста, Елисей Святославович. И запомните ещё одно золотое правило на будущее, — наставительно поднял палец Свободин. — Если уж судьба снова сведёт вас с этим монстром и вы будете атаковать его группой, то ни при каких обстоятельствах не выстраивайтесь в одну линию друг за другом! Цепная молния Высшего порядка прошьёт строй насквозь по прямой. Используйте рельеф местности, массивные укрытия и бейте вразнобой с флангов!
Я ещё раз склонил голову и опустился на своё место под перешёптывания однокурсников.
Что ж, картина вырисовывалась мрачная, но вполне понятная. Даже здесь, в главной кузнице военных кадров Империи, седые профессора и ветераны Рубежа лишь беспомощно разводили руками и не знали наверняка, как именно убить этого чёртового Генерала.
Но унывать по этому поводу я точно не собирался.
Не знают они — значит, будем искать ключик сами! У меня в кармане теперь лежал сфотографированный секретный рецепт из блокнота покойного оборотня, за спиной стояли верные друзья и зубастая гвардия, а в голове варил котелок старого охотника на нечисть.
Будем думать, будем ставить опыты и стараться найти нестандартный выход из этого тупика. Ведь какую бы хитрую тень ни наводил на себя этот ублюдок в балахоне, он состоит из плоти и магии. А значит, слабое место у него обязательно есть, и рано или поздно оно проявится.
И вот тогда мы с ним поговорим совсем по-другому!
В этот момент в дверь постучали, после чего она приоткрылась и в проёме показался Морозов-старший. Он кашлянул, посмотрел на Свободина и произнёс:
— Пётр Васильевич, прошу вас отпустить с занятий Глеба Фроловича Долгополого. Он нужен в деканат по важному делу.
Глеб ещё раз вздрогнул. Поджал губы.
— Да-да, конечно, — кивнул Свободин. — Господин Долгополый, прошу вас…
Глеб вздохнул и начал собирать вещи. Остальные адепты начали переглядываться, гадая — зачем вызвали Долгополого в деканат?
Глава 15
Тусклая лампочка без абажура свисала с потрескавшегося потолка на перекрученном проводе. Она едва разгоняла полумрак тесной кухни.
В воздухе густо висел дух дешёвого табака, прокисших щей и перегара. Дух пьянства… По клеёнчатому столу, между пустых водочных бутылок, жестяной банки со слежавшимися бычками и надкусанного солёного огурца, деловито полз рыжий усатый таракан.
Князь Фрол Терентьевич Долгополый, глава одного из богатейших и влиятельнейших родов Российской Империи с омерзением покосился на