Системный боец 2 - Сергей Харченко

— Ты и меня удивил, — хлопнул меня по плечу Жерар, нервно хохотнув. — Четырёх «золотых» завалил, с ума сойти.

— А вы на чьей стороне⁈ — бросил я оставшимся четырём воинам из «Золотой дюжины», который замерли в стороне.

— Мы не против млечников! — бросил нам Неро, крупный бородатый мечник. — Так ведь?

Троица рядом с ним кивнула, пряча оружие.

— Ну вот, — хрипло усмехнулся ветеран. — Одним ублюдком меньше.

— Да и те трое не отличались кротким нравом, — заметил Жерар, встречаясь со мной взглядом. — Что такое?

Я кивнул на его подмышку, в которой он сжимал потускневший Нимиус, поблёскивая матовыми стальными гранями.

— А, это, — хохотнул весельчак. — Я ж как раз и подобрал его, чтобы не потерялся.

— Это хорошо, теперь верни его, — услышал я голос Астрид. Она протянула руку, и Жерар вернул ей реликвию, провожая её цепким жадным взглядом.

— Разумеется, это ведь не моё, — пробормотал воин. — Я уже увидел, что бывает с теми, кто тянет руки к чужой магии.

Астрид спрятала Нимиус в своей сумке. Волшебница перевела взгляд на дымящиеся останки мутировавшего ярла. Из кожных потемневших складок того, что раньше было ярлом, начала сочиться кислотная жижа, грозя прожечь палубу.

— Рохли, командуй, — блондинка махнула своему помощнику. — Пусть маги уберут всю эту дрянь.

Три млечника в длинных серых туниках, которые чуть ли не стелились по палубе, подошли к останкам Альфа-особи. Затем они синхронно протянули ладони к залитым Скверной доскам. Воздух вокруг трупа замерцал. Не знаю, что это были за потоки энергии, которые сформировались перед ними, но они врезались в останки Сигурда и те начали стремительно распадаться, превращаясь в густую, безвредную грязь.

Маги быстро и безжалостно растворяли плоть, кости, чешую мутанта, а мы принялись смывать вёдрами, наполненные морской водой, получившуюся зловонную жижу за борт.

Спустя несколько минут палуба была очищена. Лишь изъеденные доски напоминали о недавнем ужасе.

Ветер окончательно стих, парус обвис на мачте тряпкой. «Мурена», лишенная магической тяги, медленно и тяжело качалась на волнах, поскрипывая корпусом.

Астрид замерла на корме, задумчиво вертя в руках Нимиус. Реликвия Древних выглядела совсем иначе. На её матовой серебристой поверхности больше не пульсировали яркие прожилки. Не исходил от неё и тот низкий, давящий гул, который заставлял мои скулы сжиматься от тонких вибраций.

Артефакт превратился в обычный кусок металла.

Волшебница тяжело вздохнула и повернулась к нам с Дереком. Её лицо оставалось бледным, а под глазами пролегали еще более глубокие тени.

— Плохие новости, — мрачно объявила Астрид, повысив голос, чтобы ее слышали все на палубе. — Артефакт истощён. Полностью.

— Как истощен? — нахмурился Дерек. — Ты же говорила, что эта штуковина может привести нас в Талассир!

— Могла бы, — Астрид с отвращением посмотрела на место, где еще недавно лежали останки ярла. — Благодарите вашего ярла. Теперь мы страдаем из-за его алчности. Он вытянул из Нимиуса почти всё, что было.

Среди млечников, сгрудившихся на корме, поднялся тревожный ропот. Люди, только что поверившие в чудесное спасение, вновь оказались перед неизвестностью. Они перешёптывались, бросая испуганные взгляды на бескрайнюю водную гладь.

— Где мы сейчас находимся? И сколько нам осталось до Талассира? — сухо спросил я, переходя к сути.

Блондинка махнула рукой в сторону едва заметной тёмной полоски на горизонте.

— Мы легли в дрейф. А там — побережье Южных земель. До бухты Талассира более пятисот морских миль вдоль берега.

Она замолчала, болезненно прикусив губу.

— Но ты сам знаешь, Ворон. Проблема во времени, — уже тише произнесла волшебница. — Если мы высадимся на берег и пойдём по суше, нам потребуется не меньше недели, чтобы добраться до южной столицы. До Праздника Огня, на котором инквизиция сожжёт мою мать и наших братьев и сестёр, осталось всего лишь два с половиной дня. Без Нимиуса мы не успеем. Наших сил не хватит, чтобы разогнать драккар.

Астрид понизила голос и добавила шёпотом, обращаясь ко мне:

— И ты сам понимаешь, что будет. Инга умрёт, а ты… ты навсегда останешься рабом своей Системы.

— Если меня не прикончат раньше, — добавил я, понимая, что нас никто не ждёт на берегу с распростёртыми объятьями. Наоборот, теперь мы враги для любого жителя земель, как северных, так и южных.

Слова Астрид как млечники так и воины встретили тяжёлым молчанием.

— Но не отчаивайтесь! — воскликнула Астрид. — Мы вырвались с островов! Многие из нас выжили, и так просто не сдадимся! Мы обязательно доберёмся до Южного порта!

— Мы верим в тебя, староста! — воскликнул один из рослых млечников. — И будем с тобой до конца!

— Он наступит очень нескоро, брат мой! — улыбнулась ему волшебница. — Мне нужно время, чтобы всё обдумать. А пока отдыхайте и набирайтесь сил! Они нам уже скоро понадобятся.

Млечники разбрелись кто куда. Некоторые спустились в трюм, кто-то уселся между ящиков, решив перекусить и доставая нехитрый скарб: сухари, воду, вяленую рыбу.

Я также решил обдумывать варианты спасения, но пока ничего на ум не приходило. Краем глаза я уловил движение на носу корабля. Четверо уцелевших дружинников, вставших на нашу сторону после смерти Сварта и его трёх подельников, уже сбились в тесную кучку. Они о чём-то напряженно говорили, а затем к ним неспешно подошёл Жерар.

Я сделал знак Ульфи, и щуплый парень, стараясь не привлекать внимания, скользнул вдоль фальшборта поближе к этой компании, прячась за бочками с водой. Через несколько минут он вернулся ко мне с побелевшим лицом.

— Они там вроде бунт затевают, Ворон, — зашептал Ульфи, нервно озираясь. — Говорят, что в Талассире их могут запросто вздёрнуть на воротах за измену и смерть ярла.

— И что предлагают? — я скрестил руки на груди, не сводя взгляда с Жерара.

— Они обрабатывают Жерара, — затараторил Ульфи. — Давят на его благородную кровь. Говорят, что он может стать их ярлом. Вроде того, что им не по пути с грязными сектантами.

— Хотят свалить на лодках? — хмыкнул я.

— Это были их следующие слова, — вздохнул Ульфи. — Взять лодки, погрузить в них припасы и добраться до суши. А потом уйти на север, домой.

— И что Жерар? — удивился Дерек.

— А он… он молчит, — Ульфи нервно сглотнул. — Хмурится, слушает их, смотрит то в вашу сторону, то на Астрид… Вон, опять смотрит…

— Значит, наш высокородный болтун растерян, — натянуто улыбнулся я. — И обдумывает их слова.

— Я никогда не доверял Жерару, но также не доверяю этой ведьме, — процедил Дерек. — Куда она нас заведёт? Как