Губернатор мусорного острова 2 - Дмитрий Яковлевич Парсиев

— Управимся, — подтвердил я, — Главное, материала хватает.

— Надо бы еще оборудовать рынок прилавками, — напомнил он.

— Нет проблем. Прилавки сделаем из тех же панелей. У них высота ноль пять метра. Две панельки одна на другую ставим, получаем как раз метровую высоту. Мы с Аристотелем прикинули уже, ряд прилавков пускаем по периметру вдоль стены и еще остров вот так посередине.

— Тогда доделывай, Вик, а я возьму на себя рекламу. Плакаты и буклеты уже печатаем, развесим по всему городу и раздадим по торговым точкам.

— Санни, есть просьба.

— Слушаю.

— Раз уж вы делаете плакаты, неплохо бы разместить на них информацию, что ярмарка будет проводится от моего общественного движения.

— Это само собой, Вик, — успокоил меня Санни Красный, — Твой портрет крупным планом… кстати, Бенджи договорился с областным телевидением, скоро подъедут снимать репортаж.

— Ну вот, а я в рабочей одежде. Надо съездить, переодеться в костюмчик.

— В костюмчик не надо, — возразил Санни, — Пуст люди видят, что ты из народа. Не забывай, наш электорат — пригород.

Вскоре приехала репортерша со съемочной группой. Оператор заснял само возводящееся здание и крупным планом рабочих, приступивших к монтажу кровли. Затем взялись за меня, попросив встать на фоне рынка.

— Вик, вы могли бы взять в руки ваше знаменитое кайло? — попросила репортерша так запросто, как будто речь шла о чем-то обыденном.

Я криво усмехнулся. Что уж теперь, кайло в мешке не утаишь. Какой смысл отнекиваться, если мое кайло получило эпитет «знаменитое». Активировал кайло в правой руке. Оператор тут же навел на него объектив. Репортерша начала задавать вопросы:

— Как вы пришли к мысли выдвинуть свою кандидатуру в мэры города? — спросила она для затравки.

— Ногами пришел, — ответил я грубовато, — Надоело ходить по мусорным кучам. От мусора надо избавляться.

— С чего вы собираетесь начать?

— С главного источника мусора.

— Вы имеете ввиду сухогрузы, которые вываливают мусор на побережье?

— Сухогрузы — это следствие. Самый вредный мусор не в сухогрузах, а в головах, — сообщил я, вольно истолковав классика, — А самая главная голова — это голова мэра. Вот с него и надо начинать, иначе от мусора не избавиться.

Аристотель украдкой из-за спины репортерши глотнул из фуфырика и показал мне большой палец.

— Почему вы решили организовать ярмарку? — репортерша сменила тему, — В городе работает современный оборудованный рынок.

— Все знают, что служба сан-эпид-сертификации не справляется. Ее давно нужно реформировать. А пока я хочу дать людям возможность покупать хорошие свежие недорогие фермерские продукты.

Репортерша задала еще несколько вопросов про рынок и про стройку. Я рассказал, что материалы, из которых строится рынок, на сто процентов изготовлены из вторичного сырья.

— Спасибо за ваши ответы, Вик, — дежурно поблагодарила репортерша и дала оператору отмашку сматывать аппаратуру.

— Это все интервью? — возмутился Аристотель.

— Мне сказали сделать трехминутный ролик, — пояснила репортерша, — На него материала достаточно.

Когда машина с логотипом областного канала укатила, поднимая тучи пыли, к нам подошел Санни Красный.

— Бенджи смог пробить только минирепортаж, — пояснил он, — В преддверии выборов на главного редактора канала жестко давят. Так что, Вик, сделали что могли.

— Спасибо, Санни. Я вообще не рассчитывал попасть в телевизор. Мне и это подспорье.

Санни Красный уехал вслед за съемочной группой, а я остался на стройке, твердо нацелившись сегодня все закончить, чтобы завтра с утра открыть рынок без недостроек. До темноты не успели, докручивать кровельные саморезы пришлось при свете фонариков, но мы справились. Полностью возведенное здание крытого рынка сверкало под светом звезд алюминием и цинком словно новенький цельнометаллический ангар.

Взяв за правило вести учет через бухгалтерию, сообщил работникам, что деньги они смогут получить завтра утром у дяди Гриши. Я бы мог, конечно, расплатиться сам, наличка с собой имелась, но предприятие вышло за рамки простой бригады.

Отныне все должно проводиться через бухгалтерию, чтобы я мог предоставлять соучредителям в лице Санни Красного и Санни Черного всю первичную документацию, включая нормальные платежные ведомости, а не сделанные в уме подсчеты. Финансовую дисциплину надо налаживать.

Вместе с работниками поехали обратно в Ривьеру на двух грузовиках, предоставив сторожить рынок парням Санни Черного и Санни Красного.

— Скучно быть бандитом, — доверительно сказал Аристотель, когда грузовики выехали на грунтовку.

— Это почему же? — удивился я.

— Посуди сам, Вик. Эти парни, пока мы работали, весь день ходили по пустырю и балду пинали, — пояснил Аристотель, — Теперь мы едем отдыхать, а они еще и ночью будут там торчать и тоже будут балду пинать.

— Ну… кому-то нравится такая работа… балду пинать. Тем более они за это неплохо получают.

Грузовики высадили нас у Ривьеры и укатили, пованивая из выхлопной трубы недогоревшим дизтопливом. Ждать расчета до утра работникам не пришлось. Дядя Гриша сидел у костерка с папочкой под мышкой. Я выделил ему средства на зарплатный фонд, и тот занялся выдачей денег. Куся тоже была здесь. Увидев вернувшихся с работы мужиков, вместе с Мотькой они подвесили разогреваться над огнем ведро с похлебкой.

— Куся, ты целый день в столовке еду готовишь, и потом еще здесь на костре, — пожалел я Кусю, — Ты хоть отдыхать успеваешь?

— Успеваю, — отмахнулась Куся, — В столовке еду поварихи готовят.

— Как там в столовке? Справляетесь?

— Если честно, халявщики утомили. Вся портовая пьянь к нам с утра до вечера идет за бесплатным супом. Нормальным людям поесть не дают. У меня обе поварихи в ночь остались, чтобы наварить супа на завтра. Только толку… им сколько не свари, все слопают.

— Тогда надо что-то решать с этим супом. Коммерция страдать не должна.

— Вик, может, отменим этот бесплатный суп, будь он неладен?

— Отменять до выборов не будем. Вся эта портовая пьянь — мой законный электорат. Сделаем по-другому. Раздавать суп будем два раза в день по одному часу: утром и вечером. В остальное время столовка пусть работает как нормальное коммерческое заведение.

— Тогда с десяти до одиннадцати утром и с семи до восьми вечером, — решила Куся, — В это время людей поменьше. И знаешь, Вик, лучше вообще этот суп разливать перед крыльцом, чтобы алкашня внутрь не заходила и перегаром в столовой не дышала. А то амбре от них…

— Отличная мысль. Надо будет сделать возле входа что-то вроде прилавка, чтоб удобней разливать, и лавки им поставить. Чтобы хлебали по-быстрому и уходили.

Порешав оргвопросы, поужинал и ушел спать в палатку. Мотька сопел, видя десятый сон. Я укрылся спальником и тоже уснул.

Следующим утром после завтрака