Рунный Страж 4 - Ринат Тактарин

Бой был закончен, все противники, кроме одного, повержены, натужно дыша, я стал осматривать себя. Моя куртка порвана в трёх местах, из правого бедра торчит болт, это стало для меня сюрпризом, сразу пришла боль, благо он застрял в мягких тканях. Никлас ранен в руку, у Дарко рассечена скула, все живы и почти здоровы.

— Давай выдернем и залечим, предложил Дарко, глядя на моё бедро, — звучало дико, но деваться некуда.

Никлас отломал кусок ветки, показал, что я должен с ней сделать — вставить меж зубами. Только я это сделал, как почувствовал резкую боль в ноге, Дарко исхитрился присесть и выдернуть болт. Мне хотелось орать и материться, я еле сдержал порыв. Помог раненый в задницу, отвлёк.

Он пришёл в себя и начал ныть, пытаясь перевернуться, во мне проснулась злость, им занялся Дарко, а я взялся за лечебный браслет. Он уже был на руке, осталось только вставить камень. Втыкая одну за другой серые эфирки, те быстро разрушались. Я наблюдал за тем, как затягивается рана и слушал, о чём говорят Дарко и пленный.

— Как звать?

— А-а, не могу болит! А-а, Сано не помогает, кости сломаны, а-а…

Хрясь…

— А-а, не бей меня, всё скажу… Дай артефакт лечебный, всё скажу… У меня изумрудка припрятана…

Хрясь…

— Дорбо, Дорбо меня звать, не бей!

— Кто послал за нами? Говори!

— Никто не посылал, мы сами… Гридо подсадил следящую руну мальчишке… А-а, больно…

Хрясь…

— Он сорил деньгами, как графский сынок… А-а… я сейчас сдохну…

Прибежал Свидо, осмотрел поле боя, испуганным он не выглядел, скорее обеспокоенный.

— Михас ранен, лечебная руна не помогает…

— Антуан, помоги, пожалуйста, — обратился ко мне Дарко. — Мы тут пока разберёмся, — я кивнул и поспешил за Свидо.

Потратил шесть серых камней, рана почти не беспокоила, потому бежал я быстро.

Михас лежал в телеге, над ним склонился староста и двое селян, правая сторона груди бедолаги сочилась кровью, губы тоже были в крови, я понял, что произошло.

— А, Антуан, — Грегос бросил на меня быстрый взгляд. — Болт мы выдернули, похоже, кровь внутри растекается. К Сальме его надо, да не довезём.

Раненый находился в сознании, хотел что-то сказать, да закашлялся кровью.

— У него жена на сносях, двое детишек, что ж это делается-то, — заголосил один из селян.

— Замолчи, как баба базарная! — заткнул его староста.

Я снял браслет, застегнул его на руке Михаса, селяне смотрели с интересом, как я вставил в слот белый камень. Свидо ахнул, когда тот рассыпался в пыль, я вставил второй, тот тоже рассыпался, но уже медленнее, тогда я использовал третий. Он продержался с десяток секунд.

— Горячо в груди, — Михас откашлялся, приподнимая голову. — Есть хочется, жуть!

— Это хорошо, значит, заживает, — констатировал староста. — Хороший артефакт Антуан, вставь ещё один камень, вернём всё в селении.

Я и так собирался это сделать, камень продержался почти минуту и тоже рассыпался, но кризис уже миновал, теперь и Сано поможет.

— Его надо хорошо накормить, побольше мяса, — я и сам проголодался, терпеть пока можно. Выслушав слова благодарности от исцелённого и селян, я поспешил к охотникам.

Раненый оказался мёртвым, а Дарко с Никласом занимались банальным мародёрством, я к ним присоединился. Нашёл того типа в тюбетейке, он сменил её на кожаный шлем, кишки и другие внутренности вывалились на ноги так он и сдох.

— Засветился ты малость, Антуан! Нельзя золото при лихих людях показывать, — пожурил меня Дарко, я пожал плечами.

— С конями, что делать будем? — я посмотрел на привязанных животных, те на удивление вели себя смирно.

— Как что? С собой заберём, шесть коней, они золота стоят, придётся поговорить с прокуратором, может, трёх и заберёт. Тебе, в любом случае, самый лучший скакун достанется, — обрадовал меня Никлас.

Кто хотел коня? Я хотел, но не так быстро!

Пока мы с Никласом занимались мародёрством на трупах, Дарко умудрился надеть намордники на лошадей. Да, такие вот лошадки, без намордника никак.

Мы вывели животных из леса, обоз к тому времени уже был готов. Кроме Михаса имелся ещё один раненый, но этому повезло, болт прошёл по касательной, распорол плечо. Селяне уже разделали убитую лошадь, непригодное для еды, скинули в придорожные кусты на радость местным хищникам. Они всё сожрут, и трупы в лесу тоже.

Обоз тронулся, но далеко мы не уехали, пришлось остановиться за поворотом, метров через триста.

— Тернис всемогущий! Что здесь произошло? — староста уставился на впереди лежащую дорогу.

Это был тот самый обоз, что рано утром проехал мимо тёплого стана. Три телеги, четвёртая что-то типа фургона, видно жилая зона. Трупы лежали там, где их застала смерть, болт в голове, болт в груди или спине. Полтора десятка мертвецов, подобная сцена приводила в уныние, я уже не раз убивал, но там было за что. А этих людей убили, чтобы тупо ограбить.

— Кожевенники или торговцы, телеги загружены кожей, — доложил Никлас.

— Хорошо хоть кони целы, — порадовался староста. — Только одну лошадь убили.

Так и было. У стоящего на обочине обоза бандиты вскрыли часть груза, проверяя содержимое. Рабочие лошадки тихонько всхрапывали, глядя на творящееся кругом безобразие.

А убитую значит, как приманку оставили⁈

Мне ничего не нужно было придумывать, а тем более решать, этим занялся староста.

— Сложите покойников на телеги, отвезём их в Приболотное. Гордо обещался завтра приехать, вот и пусть прокураторы разбираются.

В опустевшую телегу запрягли одну из свободных лошадей, собрали всё, что нашли, в том числе трупы и продолжили путь.

Дарко вновь был с нами в первой телеге, я решил задать пару вопросов.

— Так это братство воров?

— Нет, Антуан, просто мелкая банда. Зарабатывали всем подряд: грабежи, убийства, воровство, думаю, они даже долю в общую суму не платили. У братства воров не будет к нам претензий.

— Наверное, кто-то в Вольном поле остался⁈ — спросил я. Охотник пожал плечами.

— Если и так, то мелочь, не стоит из-за них переживать, — у Дарко, судя по взгляду, тоже были вопросы. Я кивнул, косясь на