Крепость - Артем Каменистый
Столь убойный козырь следует применять наверняка.
Высота зала в этом месте под десяток метров, так что шлёпнулся я оттуда знатно. Игнорирований не осталось, стихийные щиты в откате, а сгруппироваться толком не успел по причине изрядного ошеломления.
Нечасто мною в футбол играют.
Не привык.
Перевернулся на спину, раскидывая руки, и тут же ощутил, как их сковала неведомая сила, прижимая к камню с такой силой, что лишь повышенная крепость костей спасла от переломов. Дёрнулся, и понял, что голени тоже потеряли свободу.
Надо мной замерла вся троица. Окружили, встали, смотрят сверху вниз: Сэшш холодно, как змеюка подколодная; Айхон с любопытством учёного, изучающего перспективы полёта мухи после обрывания крылышек; ну а Хлокас уставился даже не презрительно, а с отвращением.
Будто на кучу гниющего навоза.
— Господин Гедар, ваши три минуты истекли, — равнодушно заметил Айхон.
— Какое жалкое зрелище… — скривился Хлокас.
— Ну не скажи, не скажи, — возразил его сводный брат, зажигая яркий осветительный артефакт. — Ты видел, как сильно он бьёт стихиями? Странно для его уровня, с боевыми навыками явно проделано что-то интересное.
— Если это бонусы за какие-то достижения, захватить их вряд ли получится, — сказал Хлокас.
— Да, тут ты прав. Но разве дело только в этом? Ты разве не оценил его защитный навык? Очень и очень любопытный. Чем-то похож на Высшую преграду Земли, но без нежелательных эффектов и явно надёжнее.
— А что если это семейный талант? — мрачно спросил Хлокас.
— Исключено, — возразил Айхон. — Навык хоть и без эффектов, но достаточно заметен, Кроу не могли скрывать такую прекрасную защиту. В списке их предполагаемых родовых талантов ничего подобного нет, так что господин Гедар приобрёл его естественным способом. А это значит, что он пусть и неохотно, но, конечно же, готов им поделиться. Прекрасное приобретение, не зря мы время потеряли на выяснение его возможностей. Если и тебе и мне достанется по знаку, это многократно окупит все наши хлопоты, не считая награды от старших за всё остальное. Наивные… до сих пор уверены, что полностью нас контролируют, хотя чем дальше, тем больше мы их используем. Ладно, хватит уже развлекаться, давай, ставь формацию.
Хлокас шагнул назад, поднимая руки. И ци вокруг меня взбесилась, выстраиваясь в невообразимо-сложные узоры.
— Господин Гедар, вам выпала большая честь. Вы сейчас увидите, скажем так, большой клановый секрет, позволяющий получать с побеждённых противников много чего интересного и без лишних ограничений передавать это нужным людям, — любезно пояснил Айхон. — Жаль, что метод обременён множеством неудобных условий, но, как видите, если хорошо подготовиться, вполне работает. Вы слабы, господин Гедар, но всё же изрядно нас позабавили за эти три минуты, так что, пожалуй, действительно заслужили лёгкую смерть. От имени новых владельцев ваших замечательных навыков благодарю вас. Не сомневайтесь, вашему наследию найдётся достойное применение. Прощайте.
Увидев, как сужаются глаза Айхона, я понял, что, похоже, отсрочки закончились.
Пора.
Последний козырь. Тот самый, что я ещё в Мудавии приготовил для таких вот ситуаций, когда всё прочее бесполезно, и союзников или нейтралов поблизости нет.
Глубоко в недрах моего Скрытого вместилища хранится особый бочонок, набитый отборным взрывным составом и оснащённый специальным механизмом. Я спрятал его уже не просто во взведённом состоянии, а в активированном. До срабатывания осталось не больше трёх секунд.
Да-да, если вытащу его из стазиса вместилища и за отведённые мгновения не успею провернуть механизм назад, в безопасное положение, бочонок рванёт так, что эта пирамида содрогнётся, зал заполнится жарким пламенем, а ударная волна многократно пройдётся по нему туда-сюда, отражаясь от стен, свода и пола. Какими бы ни были монстрами эти два брата, у них тоже есть свой предел.
Надеюсь, столь интересный бочонок — чересчур даже для них.
Выживу ли я сам при таком взрыве? Надеюсь, что да. Я уже успел повесить на себя пару откатившихся Игнорирований и, кроме того, оба навыка абсолютной защиты до сих пор не использовал. Те самые, что я получил на далёком севере, когда пытался усилиться всеми способами, неразумно перегружая Баланс. Подобные умения, как ни странно, считаются величайшей редкостью, известные источники таких трофеев наперечёт, а искать новые без моей запредельной Меры порядка почти бессмысленно. Так что даже самые сильные альфы очень редко могут похвастать чем-то эдаким.
И от меня эти твари такого сюрприза не ждут.
Даже одного навыка должно хватить, чтобы пережить взрыв и последующее кратковременное повышение температуры. Ну а если после этого здесь кто-то уцелеет, я использую второй экстремальный козырь — Растворение Жизни.
Его тоже придется пережидать под абсолютной защитой, ну а там…
А там, надеюсь, живых здесь не останется.
И мёртвых, увы, тоже. То есть я не смогу продемонстрировать три тела, а это означает, что у меня не получится разорвать репутацию Меннай в мелкие клочья.
А ведь они это заслужили. Сначала врагом семьи назначили меня просто так, на ровном месте, а сейчас вот до совсем уж подлейшей подлости дошли.
Почему я сразу не использовал столь ультимативное оружие? Ну… умные люди ответ знают, а всем прочим коротко намекну на некоторые более чем очевидные обстоятельства.
Древняя пирамида, сильно пострадавшая от жадности искателей древности.
Зал в её недрах, устроенный «чёрными археологами» как попало, без оглядки на безопасность.
Тысячи и тысячи тонн камня, нависающие над головой.
Причём надёжность этого камня под большим вопросом.
Мощный взрыв в таких условиях — верный способ устроить грандиозный обвал. Растворения Жизни, что в какой-то мере даже некоторые горные породы в серую пыль способны переработать — тоже неплохая вероятность устроить себе грандиозные похороны.
Да я даже Громом грозовых небес или Чёрным солнцем юга рискую обрушить на себя всё сооружение, потому и не применяю.
Однажды мне уже доводилось попадать под серьёзный обвал, и я считаю тот опыт совершенно лишним. При всех своих параметрах горя тогда хлебнул.
Но выбора, похоже, не осталось. Или умереть прямо сейчас, радуя врагов какими-то дополнительными трофеями, что эти твари получают загадочным способом, либо позволить себя раздавить многотонному каменному прессу чуть позже.
К тому же во втором варианте у меня есть шанс выкарабкаться, а в первом не вижу его вообще.
Я уже почти извлёк адский бочонок, как вдруг послышался странный звук. Будто тончайшая струна завибрировала и тут же лопнула.
Глаза Айхона в тот же миг широко распахнулись, и из них исчезла жизнь.
По женскому пискнул Сэшш, краем глаза я увидел, как