Отбор под прикрытием, или Берегись, Ваше Высочество! - Алианна Тод
Гусь Гаврюша поднялся, подошел к тумбочке, победно гоготнул и попытался клюнуть одну из монет. Тася со смехом спрятала деньги обратно под подушку. Королевский Отбор невест продолжался, и рыночная экономика Таси уверенно вела в счете.
Глава 8: Стихийное бедствие и укропный триумф
Утро второго дня Отбора началось с пронзительного трубного зова королевских герольдов, разнесшегося по всем галереям замка. Солнце еще не успело толком подняться над горизонтом, а тринадцать невест уже были собраны в подземном Святилище Стихий. Утренний воздух подземного Святилища Стихий был настолько холодным, что изо рта невест то и дело вырывались облачка белого пара. Пронзительный, чистый трубный зов королевских герольдов еще долго эхом отдавался от высоких сводов грота, выстроенного из древнего, иссиня-черного вулканического камня. В самом центре этой мрачной подземной залы, озаряя каменные стены неоновыми вспышками, бурлил, кипел и яростно переливался всеми цветами радуги Магический Источник Первозданных Стихий. Вода в нем вела себя совершенно непредсказуемо: то вздымалась огненными, шипящими протуберанцами, то в одно мгновение покрывалась толстой коркой прозрачного льда, подчиняясь капризным законам угасающей природной магии королевства.
Вдоль неровных гранитных стен, стараясь держаться на безопасном удалении от бушующей и искрящейся энергии, выстроились тринадцать невест. Каждая из девушек была облачена в специальный защитный колет из плотной кожи василиска, предназначенный для защиты от случайных магических ожогов. Герцогиня Аделаида фон Шнопс стояла во главе шеренги с таким невероятно высокомерным и гордым видом, словно она сама лично когда-то изобрела воду, огонь и законы всемирного тяготения. Впрочем, её вчерашний парадный корсет, наспех заштопанный испуганными горничными после дневной генеральной уборки, всё ещё подозрительно и громко пощелкивал при каждом её глубоком вздохе, выдавая внутреннее напряжение аристократки.
На почетном каменном возвышении, надежно защищенном от Источника мощным невидимым барьером, восседали Кронпринц Дариан, его отец-король Альберт и целая коллегия строгих верховных магов в парадных остроконечных шляпах. Дариан вопреки ожиданиям выглядел на удивление бодрым, свежим и собранным. Его проницательные серые глаза с явным, предвкушающим и весьма ехидным интересом сканировали шеренгу замерших невест, пока наконец полностью не остановились в самом её конце.
Тася стояла у дальней холодной скалы, лениво подпирая её плечом, и тихонько, со вкусом зевала в кулак, мысленно пересчитывая спрятанные под подушкой сто золотых монет леди Глафиры. За её широкими рабочими брюками-шароварами, идеально сливаясь с темным рельефом пола, бдительно и тихо затаился верный гусь Гаврюша, которого девушка умудрилась провести в Святилище контрабандой под видом «особого стихийного фамильяра земного заземления». Стражники на входе спорить с триумфатором вчерашнего мыльного поединка просто не решились.
— Леди! Время пришло! — зычно, на весь грот провозгласил верховный маг Элении, торжественно разворачивая длинный свиток из чешуйчатой драконьей кожи. — Сегодня вам предстоит пройти сложнейшее Испытание Стихийной Магии. Вы должны поочередно подойти к краю Источника и исключительно силой своей воли, концентрации и внутреннего благородства укротить одну из бушующих энергий, придав ей идеальную статичную форму — ледяной розы, огненной сферы или водяного щита. Любое нарушение баланса сил карается немедленной дисквалификацией с Отбора! Первой для прохождения ритуала вызывается леди Арабелла Наседкова!
Леди Арабелла, побледневшая до цвета ритуального мела, сделала нерешительный шаг вперед. Её колени заметно подкашивались. В этот самый момент из дальнего, самого темного угла грота, искусно замаскированная под каменную статую столетней горгульи, на нее неистово, выпучив глаза, таращилась любящая матушка — леди Глафира. Монументальная женщина активно жестикулировала, крутила массивными кулаками у груди, топала ногами и беззвучно, но крайне эмоционально шевелила губами, изо всех сил напоминая испуганной дочери детали ночной тайной инструкции.
Арабелла на негнущихся ногах подошла к самому краю бурлящего Источника. Вода в нем в эту секунду как раз вздыбилась яростными, кипящими и шипящими фиолетовыми волнами, готовыми выплеснуться наружу. Девушка судорожно сглотнула, задрожала всем телом, но потом вовремя вспомнила, что за этот великий секрет матушка тайно отвалила целое состояние в чистом золоте, и решила действовать решительно, без дворцовых колебаний.
Она глубоко запустила пухлую ручку в потайной карман своего кожаного колета и одним широким, драматичным театральным взмахом швырнула прямо в кипящий магический Источник Стихий… огромную горсть крупной серой соли, густо перемешанной с сушеным укропом.
Над древним Святилищем мгновенно, плотным облаком поплыл густой, ядреный, невероятно аппетитный и до боли знакомый каждому простолюдину аромат хорошего наваристого огуречного рассола.
Верховный маг Элении впал в глубочайший ступор, на полуслове выронив свои артефактные очки прямо на драконий свиток. Кронпринц Дариан, который в этот самый момент как раз делал вежливый глоток вина из золотого кубка, резко поперхнулся, оглушительно закашлялся на весь зал и уставился на Источник круглыми от шока глазами. Старый король Альберт шумно, с наслаждением втянул носом воздух, зажмурился и блаженно прошептал себе под нос: «Батюшки мои, настоящей закуской запахло… Наш повар так не умеет!»
Но леди Арабелла Наседкова не собиралась останавливаться на достигнутом. Помня строгий ночной наказ матери о том, что малейшая ошибка в ритуале грозит ей страшным несварением желудка и гневом духов, она резко, с вызовом закинула голову назад. Со всего размаху девушка трижды смачно и громко плюнула через левое плечо — прямо в лицо стоявшей позади нее и ничего не подозревающей герцогине Аделаиде фон Шнопс.
Сразу после этого Арабелла со всей дури топнула правой ногой по каменному полу грота. Острый каблук её туфли с сухим треском подломился, девушка покачнулась, но удержала равновесие и на всё Святилище Стихий истошным, сочным, многократно отрепетированным голосом проорала секретное «заклинание древнего ордена»:
— Грязь-брысь, под лавку брысь, хозяйка в доме, ну-ка отнимись!
В гроте повисла такая оглушительная, звенящая и мертвая тишина, что было отчетливо слышно, как в Источнике с тихим хлопком лопаются последние пузыри магического пара. Герцогиня Аделаида, судорожно утирая с лица и своего изумрудного платья укропные плевки Арабеллы, стояла с широко открытым ртом, полностью растеряв весь свой аристократический лоск и знания фэн-шуя.
Древний Магический Источник, который за последние пятьсот лет своей сознательной истории привык исключительно к высоким эльфийским заклинаниям, пафосным клятвам верности, рыцарским обетам и латинским гекзаметрам, от такой концентрированной рыночной простоты и бытового напора впал в глубокий системный шок. Бурлящая фиолетовая вода на секунду замерла, окрасилась в подозрительный зеленоватый цвет качественного маринада, а затем… с тихим,