Дэвид Вебер - Марш через джунгли

— У них, должно быть, чудовищная детская смертность, — сказала она с зевком.

— Почему? — спросил Роджер.

Будучи главным героем праздника, он восседал на почетном месте — под навесом у входа в хижину Делкры. Он взял с широкого листа, служившего ему тарелкой, обугленный кусочек неизвестной еды и бросил ящеренку, изводившему его умильным взглядом. Тот набросился было на лакомый кусочек, но его тут же отпихнула в сторону ящерица покрупнее. Сожрав подачку, эта ящерина — красно-коричневая, с ороговевшей, как у зверя флара, шкурой, шестью, естественно, ногами и коротким толстым хвостом — подсунулась ближе, принюхиваясь к тарелке принца. Роджер пинком отогнал ее в сторону.

— То есть, — поправился он, по-прежнему наблюдая за маленьким ящеренком, — что заставило вас сделать такой вывод?

«Забавная зверюшка», — думал он. Лапы у нее были не растопырены, как у обычных ящериц, а расположены точно под телом, как у млекопитающих. И взгляд был куда более осмысленный, чем у любой земной ящерицы.

Правда, от этого она, хоть тресни, не переставала быть шестиногой ящерицей.

— Как раз эти самые дети, — ответила О'Кейси, захлопывая планшет. — В репродуктивном возрасте каждый взрослый производит на свет не меньше шести детей. Теперь сравните с людьми и поймете: у мардуканцев должен быть либо очень быстрый рост населения, либо высокая детская смертность. Никаких признаков быстрого роста населения я не вижу, так что...

— А что может быть причиной смерти? — рассеянно спросил Роджер, протягивая ящеренку еще один обгорелый кусочек.

Шестиногий поспешно подбежал поближе, обнюхал угощение и боязливо огляделся по сторонам. Уверившись в отсутствии соперников, звереныш обнажил двухсантиметровые клыки, зашипел и стремительно бросился вперед. Он нанес исключительно точный укус: в руке Роджера остался крохотный кусочек мяса, аккуратно срезанный едва ли в миллиметре от кончиков пальцев.

— Ой-йё, — сказал он, стряхивая угольную крошку.

— Да что угодно. Но, полагаю, определяющим фактором является варварское состояние общества, — ответила О'Кейси, удобно откинувшись на мягкий рюкзак Мацуги.

Камердинер, заинтересовавшийся кулинарными достижениями аборигенов, оставил свою поклажу на попечение ученой и ушел прогуляться по деревне. Как раз сейчас он оживленно спорил с местной женщиной, которая вынесла из хижины какую-то вязкую гадость и собиралась обмазать ящерицу на вертеле.

— Народ, развившийся до состояния варварства, обычно надолго в нем и застревает. Малые цивилизации, лишь только возникнув, рушатся под напором варваров. — Она зевнула, мысленно перелистывая страницы истории Земли и первых звездных колоний, основанных плохо подготовленными экспедициями, отправленными на тихоходных старинных кораблях. — Порой кажется, что варварство, при всех его ужасах, которым несть числа, — естественное состояние разумных существ. То здесь, то там, то на отдельной планете, то просто на обширной территории человечество вновь и вновь соскальзывает в одно и то же. Собственно, во время Войны Кинжалов мы и сами едва не рухнули в него, и я думаю, на краю пропасти нас удержала только ваша невообразимо великая бабушка. Вряд ли она, конечно, об этом думала...

Ее речь прервал очередной зевок, она выпрямилась и заморгала.

— Боже, как все болит, — пробормотала она, откинулась в прежнюю позу и прикрыла глаза. — Кстати, вот вам и еще один фактор, влияющий на смертность: жить в джунглях очень нелегко. Конкуренция в борьбе за выживание исключительно высока. Тебя все время пытается кто-то съесть, а найти, что съесть самому, не так-то просто.

Она приоткрыла глаза и посмотрела на Роджера. В этот момент снова начался дождь. Сквозь соломенную крышу гром звучал не слишком грозно, и Элеонора позволила себе зевнуть еще раз.

— Поймите, Роджер, мы в джунглях, — заговорила она странным тоном. — Джунгли изо всех сил стараются вас убить. И они никогда не оставляют этих попыток. — Она сделала небольшую паузу и улыбнулась. — Я знаю, вам давно надоело это слушать, но мне придется повторить еще раз. Держите в узде свой язык. Держите в узде свой характер. Учитесь у Панэ и не пытайтесь его унизить, понимаете?

Он собрался спорить, но Элеонора остановила его легким взмахом руки.

— От вас требуется только одно: время от времени вспоминайте, что язык лучше прикусить, чем пустить в ход. Вот и все, о чем я прошу.

Два дня постоянного запредельного напряжения выпили все ее силы; она старалась не позволить себе заснуть, но чувствовала, что потихоньку уплывает в сон. Как некстати! Ей представилась редчайшая возможность изучать собственными глазами любопытнейшее социальное устройство примитивной культуры аборигенов — и еще более редкая возможность научить чему-то Роджера, в кои-то веки заинтересовавшегося не спортом и не охотой. Но глаза просто закрывались, и она ничего не могла с этим поделать.

— Джунгли прекрасны, — сонно пробормотала она, — если только тебе не приходится в них жить.

Ее веки сомкнулись, и, несмотря на жару, мошкару и невообразимый шум деревенского праздника, она крепко уснула.

— Ты подарил мне гордость, брат, — сказал Корд, наблюдая за праздничным пиршеством.

За проявленную щедрость племени придется заплатить высокую цену, но зато они доказали, что занимают высокое положение. Этому Роджеру не помешает запомнить, с кем он имеет дело.

— Самое меньшее, что я мог сделать для брата, — ответил Делкра. — Айя! И для этих странных пришельцев. — Он замолк на секунду, затем издал хрюкающий смешок. — Знаешь, они очень похожи на базиков.

Корд с кислой миной прищелкнул зубами.

— Премного благодарю, брат, что указал мне на это. Я сделал тот же вывод несколько раньше.

Маленькие базики часто встречались в джунглях на широких полянах. Средние ноги у этих зверьков были укорочены, и когда базики пугались — а увидеть ненапутанного базика редко кому удавалось, — они удирали на задних ногах, свободно размахивая верхними конечностями. Лучшего зверя для обучения детей охоте и представить себе невозможно: маленькие, безвредные, трусливые и глупые.

Феноменально глупые.

— Что поделать, брат, — хрюкнул Делкра. — Остальные наверняка подумают точно так же.

— Да уж, — смирился Корд. — Демоны свидетели, в джунглях чужаки ведут себя не умнее, чем базики. Но хотя я видел их оружие в действии только дважды, я знаю, что его следует опасаться. Еще скажу: на моем веку мне редко доводилось видеть, чтобы телохранителей для важного лица выбирали из тупых солдат. Нет, недооценивать их не следует.