Диспноэ - Юлия Арвер

Небо снова затянуло, и на Петроград следом за тяжелыми каплями обрушился целый ливень. Воронцов с трудом нашел место для парковки, но непогоду пришлось пережидать в машине. Лиза демонстративно смотрела в окно, тихонько вдыхая запах нового салона. А авто было новым, и она это видела. Папочка поздравил сынулю с незаслуженным назначением?

Воронцов и Ник тоже молчали, по всей видимости, не желая заводить разговор об убитом друге при ней. А вот Лиза с удовольствием обсудила бы предположение Бор Бора о неизвестном демоне, которому чем-то помешал Дмитрий Давыдов – аристократ из Золотого списка, наследник рода Давыдовых и, соответственно, их дара. Теперь магия перейдет к его младшей сестре, но по закону природы ослабнет, потому что передана не от родителя к ребенку, а от убитого наследника. Со временем она продолжит ослабевать, ведь из поколения в поколение разбавляется новой кровью, а кровосмешение у дворян не в почете. Если наследники начнут рождаться без дара, род Давыдовых пропадет из Золотого списка.

Лиза до нервной чесотки жаждала знать, чем Дмитрий насолил убийце и как к этому оказались причастны Гордий с ее матерью. При Лизе даже словом не упоминали Давыдова, хотя Ника подмывало – она видела. Она слишком хорошо знала Баркалова, и обычно он не тушевался перед людьми. Воронцов действовал на дурашливого Ника как ледяной душ, и это тоже не давало Лизе покоя. Она обожала копаться в том, чего не понимала.

– Думаю, нужно проговорить план действий, – наконец заговорил Воронцов.

– Да что там проговаривать? Если мара приходит к новым хозяевам по ночам, душит их и пугает, насылает кошмары о грабителях и пожарах, значит, хочет выкурить их из квартиры, – подхватил Ник.

– Ну да, все довольно очевидно. – Всего несколько слов, но сколько в них величия. Откуда в Воронцове столько? – Бабка всю жизнь проработала судьей, с мужем разошлась больше двадцати лет назад, дети давно живут отдельно. Все, что у нее оставалось, это квартира и воспоминания о громких делах. Бабуля умирает, а детки вступают в наследство и продают квартиру – ее последнюю крепость. Конечно, она возмущена.

– Нужно дождаться, пока бабка появится, и расспросить ее, – воодушевленно подхватил Ник. – Лизавета нам в этом поможет. Правда же?

Ну да, вспомнили, зачем взяли с собой демоническое отродье. Вот незадача для наследников магии волхвов, в каких-то лохматых веках поцелованных самими богами: контролировать нечисть могла только высшая нечисть. Демоны то есть. Да и убить демона под силу только демону, потому-то и томились они в Проклятом соборе.

Лиза лукаво ухмыльнулась, не отрывая взгляда от бесконечных капель на стекле. Дождь никак не ослабевал.

– Эй, вампирша, слышишь?

«Мстит за мальчика… или за очкарика», – мысленно хихикнула она, но сохранила каменное выражение лица.

– Кёлер! Я же знаю, что ты паясничаешь! – воскликнул Ник и раздраженно обернулся. Следом за ним повернулся и Воронцов.

– Почему паясничаю? Мне было велено молчать, пока не спросят. Уж простите, но на вампиршу не откликаюсь – это не мой вид. А если вам, Кирилл Алексеевич, не дают покоя фантазии о всякого рода… сосущих существах, то советую найти себе девушку. Можете даже попросить ее побыть вашей вампиршей.

– Нечисть меня не привлекает, так что оставлю прозвище тебе. С невестой мы играем в другие игры, – ответил Воронцов и самодовольно отвернулся.

Ник не сдержался и тихонько хихикнул. Похоже, его забавляли их перепалки.

– Призрака, ставшего марой, держит на этом свете какая-то навязчивая идея. Оттого она и вредит людям – на что-то намекает. Когда бабуля умерла, квартира еще не была продана, но она не отправилась в мир иной. Ее душа осталась неприкаянной. Почему? Потому что цель не достигнута, дело недоделано. Поэтому я бы, в первую очередь, проверила ее должников и детей. Может, украли что-нибудь у бабки, вот она и рассердилась. Или убили ее. Такое тоже бывает.

Воронцов бросил на нее короткий взгляд в зеркало заднего вида, и голубые глаза под очками смягчились.

– Вам бы с невестой «Большую книгу нечисти» почитать вместо игр. Знания – сила, – проворчала Лиза.

– Обязательно ей это предложу, – буркнул Воронцов и замолчал – о чем-то задумался.

Он открыл блокнот и набрал записанный там номер. Оказалось, что принадлежал он старшей дочери покойной. Воронцов попросил (практически приказал) приехать для разговора вот прямо сейчас. Тон нового начальника не терпел возражений, и даже дочь судьи не смогла ему противиться.

– Через полчаса будет, – сообщил им Воронцов, сбросив вызов. – Она-то нам и расскажет об отношениях с матерью, должниках и работе. Старуха уже больше десяти лет сидела в отставке, но, возможно, у нее остались дела, по которым она приняла неверное решение, или должники, не вернувшие деньги.

«Быстро учится», – подумала Лиза, припоминая случайно оброненные Бор Бором слова о работе в Министерстве иностранных дел.

– Ты работал в МИДе? – тут же с любопытством озвучила она свои мысли.

– Не ты, а вы.

– Ага, ну так что? Ты-вы там работал?

Воронцов закатил глаза, деловито поправил очки и нехотя ответил:

– Да, около года.

– Много где побывал?

– В Китае и Южной Корее, если ты о работе, – усмехнулся он.

Пожалуй, это единственный плюс, который Лиза видела в Воронцове. Ух, она ка-а-ак съездила бы в Корею, как посмотрела бы на айдолов хоть одним глазком, как окунулась бы в культуру, которую видела только в дорамах, но работа в Управлении закрыла все пути за границу. И к айдолам.

– Ты променял Азию на Первый отдел?

Сомнительный обмен. Для нее – просто кощунственный.

– Отец с детства готовил меня на эту должность. Она у нас семейная. Не знала, что ли?

Лиза задумалась. И вправду, Воронцов-старший в свое время служил начальником Первого отдела, а до него – его отец. Он-то и создал Управление по особым делам, изначально состоявшее лишь из Первого отдела, который в те года звался Особой службой. После падения империи, когда оказалось, что для защиты столицы и помощи регионам недостаточно пары десятков оперативников с демоническим даром, штат расширили. Добавили Второй и Третий отделы, отдел криминалистов, отдел судебной медицины, штат тренеров, канцелярию и снабжение. Так и получилось полноценное Управление. Возглавил его, конечно же, основатель, а следом – его сын, Алексей Воронцов. Значит, Кирилл, как сын монарха, пришел на место отца. Когда-то он встанет у руля