Неверная жена ректора - Ольга Геннадьевна Росса

Над головой появился ящер.

— Воздух! — крикнула я, присев. Герард пригнулся, и шипастый хвост умертвия пролетел над нами, не задев.

— Откуда тут дарнахи?! — возмутился он и наконец-то отрубил ногу орку. Тот рухнул на землю, неистово рыча. — Спасибо, Джесси!

— Там Бретар! — крикнула я, указав в сторону.

— Знаю, но до него ещё нужно добраться! — герард уже отбивался от какого-то зверя. — Слишком много умертвий!

Я замиранием сердца наблюдала за происходящим. Любимый легко отбивал атаки дракона. Золотой ящер в очередной раз кинулся на него, выставив когтистые лапы, намереваясь схватить. Бретар высоко подпрыгнул и вонзил меч в грудь дракона по самую рукоять, распоров брюхо, словно это было масло, а не плоть, покрытая крепкой чешуёй. Золотой дракон взвыл и рухнул на землю, истекая кровью.

Из какой же стали создан меч? Но об этом я не успела подумать. Артефакт в руках Бретара засветился, впитывая драконью кровь, словно жадный вампир. Любимый сжал рукоять и попытался вынуть клинок из ящера, но не смог. Меч словно прирос к телу умирающего дракона, вытягивая из него магию вместе с кровью. Когда сердце ящера остановилось, мой защитник смог наконец-то вынуть клинок. И тут до меня дошло: древний артефакт пробудился и нашёл себе нового хозяина — Бретара!

— Нет! — крик отчаяния вырвался из моей груди. Любимый обернулся, увидев меня. Его глаза пылали алыми всполохами. У меня чуть сердце не остановилось от его жуткого взгляда.

Бретар с силой воткнул меч в заснеженную землю, его губы зашевелились, а потом земля дрогнула так, что я не удержалась на ногах и упала на колени. Мощная волна магии прокатилась по полю, и умертвия разом превратились в прах, развеявшись по ветру. Вот это мощь в мече!

— Поглоти меня тьма! — раздался за спиной голос герарда. — Он всё же сделал это!

— Что именно? Стал хозяином меча? — Мужчина помог мне подняться.

— Да, — его голос потонул в победном кличе.

— Свет с нами! — хором орали солдаты, подняв мечи.

— Уносите убитых и раненых! — над нами пролетел скайлан.

— Бретар! — ахнула я и со всех ног рванула к любимому, проваливаясь по щиколотку в снег.

Противники постепенно приходили в себя. Мой защитник стоял, смотря с ненавистью на тех, кто остался жив. Костяшки его пальцев побелели, крепко сжимая рукоять оружия, глаза горели алым, клинок в руках полыхал огнём. Казалось, Бретар вот-вот кинется на раненых с диким желанием кромсать всех без разбора.

— Бретар, не смей! Держи себя в руках! — заорал герард, обгоняя меня. Он понял, что происходит с сыном. — Меч получил слишком много крови золотого дракона! Не поддавайся, иначе сойдёшь с ума!

Медальон на моей груди превратился в кусок льда, обжигая холодом кожу. Я вот-вот потеряю любимого!

Джессалин

Бретар сопротивлялся той силе, что захватила его, и стоял, замерев на месте. Но куда перевесят его внутренние весы, никто не знал.

— Стой! Бретар! Не делай этого! — кричала я от ужаса, что не успею. — Ради меня! Ради Глэнис!

Герард опередил меня и кинулся на сына, в тот момент, когда Бретар сделал шаг вперёд. Он, развернувшись, ударил локтём отца, и тот отлетел на несколько метров, рухнув в снег. Теоррен поднялся, вытирая лицо рукавом, но не решился приблизиться снова.

Мне оставалось пару шагов, как я запнулась, упав прямо к ногам любимого.

— Остановись, прошу тебя, — взмолилась я, схватив его за колено и пытаясь удержать на месте. И он действительно остановился, замерев, но руки по-прежнему сжимали меч, поняв его. — Бретар, любимый, услышь меня.

Горячие слёзы текли по моим щекам.

— Джесси… — донёсся до меня еле слышный шёпот. Он услышал меня.

Осторожно я начала подниматься, цепляясь за латы любимого, чтобы не упасть. От страха ноги отказывались меня держать, пальцы замерзали от ледяной стали.

— Положи меч, — прошептала я, прильнув к широкой груди, скованной латами, руки обвили шею мужчины.

Приподняв голову, я посмотрела в пылающие глаза любимого, его взгляд был направлен в сторону. Я осторожно повернулась туда же. Бандиты медленно уползали подальше от костров, чтобы не спровоцировать Бретара резкими движениями. Они уже поняли, что им не одолеть его и лучше бежать подальше.

— Это я, Джесси. Прошу тебя, положи меч, — повторила я дрожащим голосом, снова смотря в жуткие глаза любимого. — Наша дочь ждёт тебя.

От железных лат веяло морозом, меня трясло от страха и от холода. Я боялась, что не достучусь до Бретара и он проткнёт меня мечом, как того дракона.

“Мама, поцелуй его!” — всплыли слова дочери в голове. Я тут же прильнула к губам любимого, вложив в поцелуй все свои чувства к нему.

Бретар попытался меня оттолкнуть, но я вцепилась в него мертвой хваткой и не позволяла губам расстаться.

Он обнял меня сначала одной рукой, а потом стиснул обеими, выронив меч на снег. Оружие недовольно звякнуло, упав.

Любимый с жаром ответил на мой поцелуй, его магия окутала меня коконом, защищая от возможного удара со стороны. Амулет на груди стремительно нагревался. У меня получилось!

— Джесси, любимая, — прошептал Бретар в мои губы, и его ладонь легла мне на скулу, слегка поглаживая. — Прости. Я напугал тебя.

— Очень, — закивала я, тряся головой, — но ты смог остановиться.

— Это всё меч, — он покосился под ноги, где лежал артефакт в образовавшейся проталине. Огонь потух, но выгравированный узор на клинке продолжал светиться магией. — В нём заключена спятившая душа древнего воина. Он пытался завладеть моим разумом, как только получил кровь золотого дракона. Магия многократно усилила жажду души убивать. Я сопротивлялся изо всех сил и едва не проиграл ему, если бы не ты. Спасибо тебе, родная, что не побоялась.

— Ты не способен на безжалостное кровопролитие, — вздох облегчения вырвался из моей груди. Глаза любимого обрели прежний цвет, и безумный огонь исчез. — Пойдём домой. Глэнис ждёт нас.

— Сын, я рад, что ты справился, — раздался рядом голос герарда.

Звуки боя снова послышались за