Суккубо личное дело. Том 4 - Елена Свободная

— Мы видим, господин Наместник, — пряча улыбку, кивнул Аст. — Мы не слепые…

— Тьма и Бездна! Я чуть не рехнулся от счастья, когда моя маленькая захотела разделить со мной вечность… А тут… еще и такое… До сих пор не могу понять, почему она вообще… выбрала меня!

— Так и никто не может, — хохотнул Мирамиал тоже наливая себе коньяка, но тут же поправился: — Но тем не менее!.. Поверь мнению целых двух демонов любви и страсти, тело, душа и сердце леди Гроттернбергской принадлежат тебе настолько, насколько это в принципе возможно в этом мире!

— Спасибо, успокоил, — язвительно проскрежетал магистр в еще более омерзительной тональности, взлохмачивая и без того растрепанные волосы. — Я это и сам знаю! Я понять не могу…

— Слушай, а может, тебе и не надо это понимать? — вкрадчиво предположила я. — Вместо этого займись чем-нибудь более полезным. Например, разберись, чем ты можешь ей помочь… беременность и роды у эльфов, насколько мне известно, не слишком легкое дело. А Араннис с удовольствием даст тебе доступ не только к библиотеке Тарран-кариса, но и к архивам Королевской лечебницы…

— Точно! — прищелкнул костлявыми пальцами он, быстро поднимаясь и решительно покидая гостиную.

Через несколько мгновений мы услышали, как хлопнула входная дверь и с облегчением рассмеялись. Концентрированная аура смерти, которой фонил магистр постепенно рассеивалась и в комнате снова запахло белыми эльфийскими цветами, название которых я никак не могла запомнить…

— На самом деле, у Алиниэль беременность протекает идеально даже по нашим критериям, — хмыкнул Мир. — Айвери говорит, что это тот случай, когда «работает — не трогай».

— А как у Рен? — магессу земли я давно не видела, но судя по всему, волнений своему мужу она доставляла гораздо меньше.

— Крошка все еще ненавидит меня по утрам, но с тех пор, как к нам переехала Дамайа, стало попроще…

— Правда? Чем же?

— Ну, когда ненавидят не только тебя, не так обидно, — хмыкнул целитель. — Слышала бы ты какими эпитетами леди Гридли награждает своего супруга! Блестящая фантазия!

— Не боишься, что она научит леди Риапал плохому? — сквозь смех поинтересовалась я, прекрасно представляя, на что способна воздушница.

— Не боюсь, — отмахнулся Мир, — Моя крошка уже прошлась по всем элементам моей физиологии, так что я заслужил как минимум на три эпитета больше, чем профессор.

— То есть, ты лидируешь? — восхитилась я.

Вообще-то, Айвери и Мирамиал честно поделили между собой наблюдение за беременными ангелами, но постоянно находились на связи, то и дело консультируя друг друга и сравнивая результаты наблюдений. Ситуация на самом деле во многом была уникальной — мало того, что все дети, готовящиеся прийти в этот мир, были полукровками, из-за чего предсказать, как пойдет процесс, было практически невозможно, так еще и нервные папаши… На их фоне личный целитель Властелина Бездны казался просто оплотом спокойствия и сдержанности!

* * *

Из-за причудливой разницы временных потоков между Бездной и поверхностью и видового разнообразия, малыши ангелов должны были прийти в этот мир практически одновременно. И постарались подстраховаться со всех сторон, включая личное присутствие Асталадо в Вечности.

Да, это было еще одно нарушение закона, причем, совершенно неоправданное, но спокойствие любимой женщины конкретно этому демону было важнее всего. «В конце концов, почему бы и не воспользоваться подаренным мне твоей любовью могуществом в личных целях», — невесомо поцеловав меня в губы, успокаивающе пророкотала рогатая громадина, прежде, чем буквально раствориться в воздухе, пройдя насквозь ткань реальности…

И именно поэтому я первой узнала, что ситуация в Тарран-карисе вышла из-под контроля. Аттиль была права, решение Ирмы подарить наследника Верховному Жрецу нарушило один из основополагающих пунктов договора о присутствии эльфов в нашем мире, и он просто начал разрушать мою девочку, а следом — и себя…

Сколько времени Аши боролась, благодаря поддержке и любви Алиниэль? Сколько лекари держали ее над Гранью, благодаря силе Кридана? Сколько моя малышка парила над Вечностью, благодаря вмешательству Асталадо? Я узнала об этом из первых рук…

Дом окутал холодный предрассветный туман, залепив белесыми клочьями широкие окна, пряча очертания Горы, притупляя чувства, путая мысли… Все, что я могла сделать, это нарезать круги по гостиной, бессильно сжимая в кулаке путеводную звезду и думая о том, что мы вышли на тот самый слепой перекресток, на котором сами демиурги не знают, куда свернуть… Кусая губы, я думала о том, что если Аши развоплотится, Кридан отправит этот мир в Бездну куда эффективнее любых войн, но, возможно, в таком конце будет хоть какой-то смысл…

Глухой стук в парадную дверь заставил меня вздрогнуть и прислушаться. Когда я уже решила, что мне показалось, стук повторился, в нем послышался какой-то смутно знакомый ритм.

А распахнув дверь, я тут же встретилась с насмешливо прищуренным взглядом… в котором мерцали разноцветные искры неведомого Дара! Устало привалившись плечом к колонне, на верхней ступеньке парадного крыльца стоял остроухий тип с неправильными чертами лица в заляпанной кровью, а местами прожженной до дыр, униформе лекаря без знаков отличия. Криво улыбнувшись, он заговорщически подмигнул мне:

— Малыш, я тут подумал… такое шоу просто обязано продолжаться!

Прошло десять лет…

То, что жизнь в Бездне никогда уже не будет прежней, мне стало понятно сразу. Потому что там, где появляется Игрок, всегда начинается что-то новое и интересное… по крайней мере, ему — точно!

* * *

— Выпьешь бокальчик с героем дня? — фыркнул Лекс, отлепляясь от колонны и делая шаг вперед. — Я все-таки твою внучку и правнука спас, между прочим, рискуя получить за такое самоуправство по шее от Мильта!

Его слова еще только доходили до сознания, а мои губы уже расплывались в счастливой улыбке. Тьма и Бездна, неужели… получилось?.. У него получилось провести этот мир по краю… Но что опять затеял неугомонный Игрок?.. Да какая разница, если сейчас я была безумно рада его видеть! Так и стояла, не в силах пошевелиться, смеясь неизвестно чему…

— Малыш, — демиург неожиданно оказался очень близко и, обняв меня за плечи, ласково погладил по щеке. — У меня совсем немного