Эрик Гарднер - Око Эль-Аргара

Маг заметил тщательно скрываемую тревогу в глазах никийского вождя.

— Что-то беспокоит тебя, — произнес Гарлин. — Рассказывай уже.

— Дурные вести доходят до меня всегда быстрее вестей приятных. Пока это больше слухи. Но такие слухи я всегда предпочитаю несколько раз проверить... Говорят, карфаги вновь собирают армию, строят военные корабли. И что они поплывут на запад...

— Ты боишься, что тебя втянут в войну?

— Пока мне неизвестны их цели, — Ульпиан пожал плечами. — Но нам гораздо выгоднее сдаться без боя и продолжать торговлю.

— И платить дань, позабыть о чести?

— Что такое честь, Гарлин? Ты предпочтешь, чтобы твои воины погибли в неравной битве или чтобы они жили? Таких отважных, как мои люди, еще надо поискать. Но в их силах — охранять торговые суда от пиратов, а никак не вступать в бой с огромным войском.

— И когда, по слухам, это должно произойти?

— Не так скоро, но, сам знаешь, время пролетает незаметно. Может быть, лет пять, может, больше...

— В любом случае, ты вряд ли сможешь рассчитывать на мою помощь. Мы со Стормом скоро собираемся отправиться в Тартесс. Он уже прочел все книги, а ему надо учиться дальше. Только в библиотеке города я смогу найти необходимое.

— Ну что ж, может, мы как-нибудь свидимся и в Тартессе, — улыбнулся Ульпиан и протянул Сторму меч. — Не отказывайся от подарка.

Сторм посмотрел на Гарлина, и тот, сдавшись, кивнул.

— Спасибо, — Сторм принял меч, а слуга Ульпиана протянул ему деревянные ножны.

— К сожалению, клинок пришел мне в руки без ножен. Мой оружейник сделал новые из кедра. Нам пора, почтенный Гарлин!

Никийцы ушли. А Сторм воззрился на мага.

— Вы ведь обучите меня, учитель? И мы действительно поедем в Тартесс?

Гарлин задумчиво кивнул. Он немного слукавил, говоря Ульпиану, что они скоро поедут в Тартесс. Сторм освоил только врачевание, а Гарлин понемногу обучал его магии. Точнее с осторожностью, потому что Сторм подозрительно легко все усваивал. И Гарлин, памятуя о знаке Хаоса, отметившего его ученика, не спешил в обучении опасной магией. И непрочитанных Стормом книг в действительности оставалось достаточно.

Но проходило время, и Гарлин все чаще отметал иногда всплывающие в его мыслях сомнения. Сторм всюду следовал за своим учителем, помогая во врачевании. А скоро Гарлин уже мог доверить Сторму самому ходить к никийцам — в рыбацкую деревню и замок-маяк. Из замка Сторм обычно возвращался особенно довольным. Ульпиан, оставшийся когда-то давно из-за шторма без семьи и едва не потерявший собственную жизнь, видел в Сторме своего сына — занимался с ним на мечах, потчевал необычной дичью и фруктами, показывал всякие заморские диковины, делился историями о дальних землях.

Так пролетело пять лет. Их вновь посетил Ульпиан.

— Вот видишь, почтенный Гарлин, я почти оказался прав, — с вымученной улыбкой произнес Ульпиан, выпив с дороги освежающего напитка, поднесенного ему Стормом. — Карфаги построили свой флот и движутся на запад. Мне донесли, что они уже отбили у иберов свой старый город Картаго.

— Тем быстрее нам надо уезжать, — произнес Гарлин.

— Если ты собираешься в Тартесс, то только не туда, — покачал головой никиец. — Самый большой город на побережье и самый богатый. Кто владеет им, тот будет господствовать и над всем югом Иберии.

— Именно туда, — возразил маг. — Если карфаги его захватят, мы никогда не сможем воспользоваться библиотекой.

— Как знаешь, но помни, что у вас остается не больше полугода. Слава Хедину, их корабли медлительны и не скоро достигнут Столбов Атлантов[2]. Хотя там они могут попасть в сезон штормов и тогда застрянут еще месяца на два. Но я бы на это не рассчитывал.

— Спасибо, почтенный Ульпиан. Я все же надеюсь скоро увидеть тебя в добром здравии.

— В Тартессе? — засмеялся никиец и обнял мага на прощанье. — Все может быть.

Когда никийцы уехали, Гарлин достал с самой высокой полки увесистый том.

— Похоже, пришло время для боевой магии, — произнес Гарлин, а у Сторма загорелись глаза. — Давно я этим не занимался, признаться... Да и собираться в дорогу пора.

— Когда ты хочешь уйти, учитель?

— Трех дней на сборы хватит с лихвой.

— А через пять дней? — спросил Сторм.

— Для чего медлить? — удивился Гарлин.

— В селе Идо пройдет большой праздник, что-то вроде ярмарки, куда съедутся со всей окрестности. Будут бои... А нам пригодились бы лошади, чтобы добраться до Тартесса побыстрее.

— Бои? Это ты о состязании на кинжалах, победителю которых достается лучший жеребец из табуна Идо? — Гарлин покачал головой. — Это худшая идея, которую я слышал от тебя, Сторм.

— Почему? — юноша нахмурился.

— Тебе напомнить, как за глаза звали тебя иберы? Как они сжимали камни в кулаках, но не смели кидать только потому, что ты был со мной?

— Это было давно, — отмахнулся Сторм. — Я же помогал лечить их, они теперь говорят мне слова благодарности. Даже старый Идо перестал сверлить меня взглядом.

Сторм улыбнулся, вспомнив злобного старика-ибера, каким ему представлялся старейшина деревни.

— Но их кони — это самое ценное, что у них есть, — возразил Гарлин. — А люди всегда вспоминают самое плохое и забывают хорошее, когда у них это ценное собираются забрать...

— В честном бою. В соревновании может принять участие кто угодно.

— В честном бою, — повторил Гарлин с сомнением. — Ты гораздо выше своих иберских сверстников. Но это не преимущество. Увернуться им будет проще, чем тебе.

— Поэтому я не буду драться со сверстниками. Если я одержу победу над старшими, нам достанутся сразу две лошади — по их правилам.

— Сторм!... — Гарлин хотел сказать, что запрещает участвовать, но юноша обратил на него тот самый упрямый взгляд, от которого Гарлину всегда становилось несколько не по себе. — И ты не умеешь драться на кинжалах!

— Умею, — непреклонно заявил Сторм. — Меня Ульпиан научил — сказал, что если мы имеем дело с иберами, это обязательно пригодится.

— Старый прохвост, — выругался Гарлин. — Чему он тебя еще научил?

— Ничему, — ответил Сторм, но в глазах его плясали смешливые огоньки.

— Хедин знает что! — возмутился Гарлин и бросил Сторму увесистый том. — Прочесть три главы, и приходи за мной, займемся практикой.

— Да, учитель!

Спустя отведенное время они спустились в каменистый овраг. Гарлин специально выбрал это место, лишенное иссушенных за лето трав, чтобы избежать пожара. И здесь Гарлин показывал свое мастерство. Он вытянул руку с развернутой кверху ладонью, шепнул короткое заклятие. В центре ладони вспыхнул маленький огонек, разгорелся. Пламенные лепестки разрослись, переплетаясь, свиваясь в причудливый огненный клубок. Легким пасом Гарлин отправил пламенный шар в скалу. Глухо бухнуло. А на скале остался ровный круг сажи. Сторм потер переносицу. Гарлин нахмурился, зная, что этот жест ученика выражает сомнения.