Кровавый урожай в Тенистой Лощине - Джуно Блэк
– Спасибо, что остались, – поблагодарил Веру мистер Фэллоу. – Боюсь, что это событие помешало нам закончить наше дело. Простите, но мне придется ненадолго вас оставить. Я свяжусь с вами и все сделаю, как только смогу.
Вера поняла, что адвокат на самом деле страшно расстроен, и сказала, чтобы занимался более срочными делами и не беспокоился о ней. Но у Веры уже дергался нос – она почуяла материал для статьи.
До того как толпа разошлась, Вера взяла интервью у нескольких соседей для статьи в газету. Большинство заявили, что, хотя Дотти все любят, она также славится своей эксцентричностью. Все с этим согласились. Дотти верила в призраков и гороскопы, что нетипично для крыс, отличающихся рациональностью и скептицизмом. Они обычно даже не допускают такой мысли.
Что касается Эдварда, все, похоже, на самом деле расстроились, что ему пришлось пережить такую сцену. Его в городе любили. Он был милым и дружелюбным со всеми и не поддерживал большинство безумных идей своей жены. (Он также входил в совет директоров ассоциации домовладельцев – занимался этой неблагодарной работой.)
Вера быстро строчила в блокноте, записывая то, что говорили жители Зеркального Озера, и уже собралась закончить с интервью, когда выступила еще одна крыса.
– Знаете, а ведь Адора Спрингфилд была очень богата, – заметила она. – Теперь, после ее смерти, Эдвард и Дотти получат кругленькую сумму.
Вера не знала об этом.
– О, вы не в курсе? – воскликнула та же крыса. – Спрингфилды заработали состояние на добыче серебра более ста лет назад. Когда Дотти и Эдвард унаследуют имущество Адоры Спрингфилд, они станут очень и очень обеспеченными – то есть еще более обеспеченными, чем сейчас. Это сгладит все нервные срывы и выплески эмоций Дотти перед соседями.
Вера захлопнула блокнот и поблагодарила всех стоявших рядом крыс за помощь. Это было очень странное утро, и лисе требовалось подумать.
Она направилась назад в Тенистую Лощину, там прогулялась по Главной улице, прошла по центру города. Пока Вера не знала, что делать, и временно пребывала в растерянности. Лапы привели ее к ряду густых зеленых бамбуковых зарослей. Пока пожелтели только несколько листочков, и ресторан с другой стороны живой стены был полностью скрыт, как и хотел владелец.
Вера пошла по посыпанной гравием петляющей тропинке, думая, что переезд Сунь Ли в Тенистую Лощину был удачным событием. Панда не только предлагал самые восхитительные блюда в регионе, но и само его присутствие показало нечто новое давним обитателям этих мест с устоявшимися взглядами. Они ворчали из-за «странных деревьев», которые он посадил, когда только открыл ресторан несколько лет назад. Но теперь жители города любили собираться в этом заведении и считали Сунь Ли неотъемлемой частью Тенистой Лощины.
Панда улыбнулся при виде Веры:
– Ну, добрый день, Вера. Проголодалась? У меня есть маринованные грибы, которые тебе понравятся.
– Пока просто чай, – ответила лиса, дружелюбно улыбаясь в ответ. – Я в слишком большом возбуждении, чтобы что-то есть.
– Что случилось?
– О, одна странная вещь.
Вера рассказала Сунь Ли про весьма необычное обвинение со стороны Дотти и недоумение и озадаченность соседей, которых видела у дома Спрингфилдов.
– Вероятно, она ошиблась, – заключила поставленная в тупик лиса. – То есть я хочу сказать, что Эдвард буквально стоял рядом с ней! С другой стороны, она ведь тоже его видела… но все равно настаивала, что это не ее муж, а ее мужа убили. Это сбивает с толку. Ты когда-нибудь слышал о чем-то подобном? Чтобы кто-то отказался верить, что его партнер жив?
– Хм. Не могу сказать, что слышал. Но, судя по всему, она очень напугана, – заметил панда. Типичным для Сунь Ли (который работал хирургом до того, как стать шеф-поваром) было в первую очередь обратить внимание на чувства Дотти, а уже после этого – на остальные факты.
– Это было сразу видно, – согласилась Вера. – Она чуть не потеряла сознание! Но ей нужен врач, а не полиция. Убийство просто невозможно.
Сунь Ли неторопливо сделал глоток чая, затем заговорил снова:
– Я много путешествовал и за свою жизнь видел немало вещей, которые другие животные описали бы как невозможные.
– Что ты хочешь этим сказать? – Вере стало любопытно.
– Если ты планируешь взяться за расследование – а это дело достаточно интригующее и как раз по твоей части, – я предлагаю начать с предположения, что Дороти права и ее словам можно верить. Похоже, все остальные считают, что она ошиблась. Если ты тоже так думаешь, то и обнаружишь то же, что и все остальные. Попробуй другой подход.
Это был хороший совет, и Вера поблагодарила Сунь Ли.
После перерыва на чай она отправилась в редакцию газеты. Все еще немного подмораживало, и стояла ясная погода, но по пути Вера не могла думать об окружающей красоте, а только о том, свидетельницей чего стала. Как странно считать, что твоего мужа убили, если он стоит рядом с тобой. Это совсем не укладывалось у нее в голове. Где логика?
Вера ненадолго остановилась у своего письменного стола прямо в центре редакционного зала, самого оживленного места в здании, где находилась редакция «Вестника». Она напечатала статью на своей любимой трещащей пишущей машинке и один раз прочитала текст перед тем, как встать и сдать в печать. Затем лиса решила, что ей не помешает какой-нибудь тонизирующий напиток, и направилась в кофейню «За кружечкой у Джо». Местное кафе было сердцем Тенистой Лощины – уютное место, где любой житель города чувствовал себя как дома и мог с удовольствием съесть и выпить что-то из тех прекрасных блюд и напитков, которые предлагал Джо.
Зайдя в кафе, Вера обрадовалась, что там не так много посетителей. За стойкой работала Эсмеральда фон Биверпелт – она разговаривала с покупательницей, которая казалась точной ее копией.
Бобрихи были сестрами – и невероятно похожими друг на друга. Не так давно они и одевались, и вели себя одинаково. Они были богатыми наследницами одной из самых обеспеченных семей в Тенистой Лощине. Но после постигшей фон Биверпелтов трагедии их мир пошатнулся, и Эсмеральда сделала немыслимое – отправилась зарабатывать на жизнь.
Она шокировала свою семью, устроившись на работу официанткой в скромное кафе. Город бобриха шокировала тем, что у нее это очень хорошо получалось.
Тем временем ее сестра Анастасия судорожно хваталась за прошлое, как испорченный ребенок, и пыталась поддерживать образ богачки, ведущей праздную жизнь. Судя по весьма потрепанному виду ее когда-то шикарного наряда, дела шли не очень здорово.
Однако сестры оставались в хороших отношениях. Они одинаково засмеялись и помахали друг другу, когда Анастасия взяла обед навынос и направилась к двери.
Но поскольку