Химик в мире алхимии - Артём Кочеровский
Никто из них не догадался бы бросить щепотку технической соли в нестабильный реактор.
Кан вернулся к столу. Снова посмотрел на папку. Сел и придвинул к себе телефонный аппарат. Снял трубку и набрал семизначный номер, указанный на первой странице анкеты абитуриента Реброва.
— Да, — прозвучал голос Реброва.
— Ребров?
— Слушаю вас, профессор Кан.
— У тебя деньги-то есть?
— Кхм-кхм… — произнес Ребров. — Простите, профессор… а вам сколько нужно?
— Да не мне, идиот! — рявкнул Кан, но тут же понизил тон. — Пять тысяч долларов. Сумма контракта за первый год обучения на коммерческой основе. Они у тебя есть?
— Я найду, — голос Реброва звучал ровно.
— Мне не нужны ваши поиски, Ребров. Слушайте предельно внимательно. Мне нужен четкий ответ. Никаких отсрочек. Никаких кредитных линий. Никаких поблажек. Оплата вносится наличными в кассу университета строго до момента зачисления. Либо полная сумма будет лежать на столе регистратора в назначенное время, либо наш разговор окончен прямо сейчас, и вы больше никогда не переступите порог моего корпуса. Я задаю вопрос в последний раз.
Кан сделал паузу.
— Хватит ли у вас средств оплатить обучение? Да или нет.
— Да, профессор, — ответил парень. — Деньги будут внесены в срок.
Кан не сказал больше ни слова, положил трубку и вышел из кабинета.
Секретарь сидела на своём месте. Услышав звук открывающейся двери, она подняла голову.
— Свяжитесь с секретариатом ректора, — скомандовал он. — И назначте мне встречу на сегодня. И как можно скорее.
Секретарь моргнула и открыла на компьютере календарь с расписанием.
— Профессор Кан, расписание господина ректора почти полностью заполнено до конца дня. Да и на неделе не так много окон. Идет активная подготовка к первому сентября. Назначена встреча с попечительским советом чеболей, утверждение бюджетов лабораторий, согласование списков первокурсников с Министерством…
— Найдите мне время на сегодня, — перебил ее Кан.
— Хорошо. Я передам ваш запрос немедленно. По какому вопросу планируется встреча?
— По вопросу зачисления студента вне утвержденных министерством квот.
* * *
Створка двери распахнулась, ударившись о стопор на полу. В кабинет вбежал независимый юридический эксперт, подлетел к столу Маркуса Кляйна и со смачным хлопком бросил папку на солешницу.
— Готово! — выкрикнул эксперт, улыбаясь.
Кляйн посмотрел на папку, затем он медленно перевел взгляд на эксперта.
— Вы вошли в мой кабинет без стука.
— И вы не будете меня за это ругать, господин Кляйн, — эксперт оперся о край стола и подался вперед, нарушая личное пространство Кляйна. — Я всё сделал. Я полностью вскрыл их схему!
Кляйн нахмурился.
— Откройте папку, — скомандовал юрист.
Кляйн подцепил край обложки и откинул ее влево. Внутри лежал пакет документов. На самом первом листе в левом верхнем углу стоял синий штамп канцелярии Министерства Алхимии Син-Хана. Это была заверенная копия регистрационной формы.
— Читайте третью строку сверху, — указал пальцем эксперт.
Кляйн опустил глаза на текст.
— Наименование продукта: «Хайзенберг-блю», — прочитал менеджер ровным голосом. — Идентификатор лицензии…
— Дальше, господин Кляйн. Читайте графу классификации.
— Категория продукта: Биологически активная добавка, — произнес Кляйн. Он сделал паузу. Глаза пробежались по следующим строкам. — Класс безопасности: Зеленый. Базовый состав: экстракт рыбьего жира, вытяжка из корня красного женьшеня, дистиллированная вода, пищевой краситель.
— Именно! — эксперт выпрямился и хлопнул в ладоши. — БАД! Обычная витаминная пустышка. Вот почему они получили бумаги на реализацию за одно утро.
Кляйн продолжал смотреть на бумагу.
— Временный патент на пищевые добавки выдается по упрощенной форме, — продолжал вещать эксперт, расхаживая перед столом. — Без прохождения многоэтапного лабораторного тестирования гильдии алхимиков. Заявитель просто подает письменную декларацию о составе.
Кляйн перевернул страницу.
Под копией патента лежал отчет из технической лаборатории «Аура-Фарм», составленный накануне ведущим специалистом корпорации.
— А теперь сравните их декларацию с реальным анализом состава, — юрист указал на лабораторный лист. — Хайзенберг-блю — это сложный энергетический катализатор. Высокоуровневая эссенция. В нем нет ни одной капли рыбьего жира или женьшеня.
— Подлог.
— Чистой воды! — эксперт ударил кулаком в ладонь. — Это уголовное преступление. Статья сто восемнадцать Алхимического Кодекса Син-Хана. Предоставление заведомо ложных данных при государственной сертификации алхимических продуктов. Они обманули Министерство!
Кляйн поднял взгляд на юриста.
— Вы зафиксировали данный факт официально?
— Я сделал гораздо больше, — эксперт сунул руку во карман пиджака, достал сложенный втрое лист бумаги и положил на стол. — Это официальная копия запроса в надзорный комитет Министерства Алхимии.
Кляйн взял лист двумя пальцами. Развернул.
— Запрос инициирован от лица независимого гражданского потребителя, — пояснил юрист. — Я приложил к нему наш подробный лабораторный анализ и запечатанный образец их зелья. Все передано в канцелярию.
Менеджер пробежался глазами по строкам. В правом нижнем углу стоял входящий номер регистратуры Министерства. Дата и точное время принятия документа.
Его губы дрогнули.
Лицо Кляйна потеряло свое привычное каменное, отстраненное выражение. В глазах появился блеск. Кляйн резко отодвинул кресло назад. Колесики скрипнули по паркету. Менеджер вскочил на ноги.
— Отличная работа! — голос Кляйна сорвался на крик. — Отлично!
Эксперт улыбнулся ещё шире, принимая заслуженную похвалу. Кляйн обошел стол, сделал три быстрых шага по свободному пространству кабинета, резко развернулся на каблуках и посмотрел на юриста.
— И когда будет проверка?! Сегодня? Мы может там присутствовать?! Я лично хочу видеть лица этого старого неудачника Джун-хо и его наглого щенка, когда комиссия будет опечатывать их магазин.
Юрист переступил с ноги на ногу. Его улыбка стала чуть менее широкой.
— Господин Кляйн.
— А?
— Комиссия не поедет туда сегодня.
— В смысле? А когда?
— Ну-у-у-у… у них есть регламент, — эксперт развел руками, словно извиняясь за законы физики. — Я подал запрос со статусом наивысшей важности. Я прямо указал на критическую угрозу здоровью потребителей. Но это Министерство Алхимии. У них есть строго утвержденный протокол работы с жалобами.
— Ближе к делу.
— Запрос регистрируется. Затем он передается в отдел технического контроля. Там формируется приказ. Назначается свободный государственный инспектор. Утверждается состав проверяющей комиссии. Выписывается ордер на изъятие.
— Сроки, — ледяным тоном отрезал Кляйн.
— Четырнадцать рабочих дней.
В кабинете повисла тишина.
— Две недели? — очень тихо переспросил Кляйн.
— Около того, — эксперт кивнул. — Может быть, двенадцать дней, если нам повезет с графиком распределения инспекторов. Но финальный результат гарантирован на сто процентов.
Кляйн стоял неподвижно.
— Как только они придут с проверкой, — продолжал юрист бодрым голосом, — как только они возьмут первую же пробу из их перегонного куба, лавка будет мгновенно