"Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум
— Молодец.
— А значит, мы немедленно делаем зелье и летим снимать компенсацию на месте.
— Думаешь, там будет что снимать? — засомневался я.
— Ты же лыжи видишь? Кстати, их прибрать нужно. Незачем, чтобы по салону посторонние предметы валялись, — озабоченно сказал он, всасывая в себя лыжи. Смотрелось это странно: они словно проваливались в Валерона, который оставался собачкой размером с крепления лыж. После окончания процесса он сказал: — Маренину отдам. Так вот, возвращаясь к нашим врагам. Экипировка у них хорошая, дорогая, без опознавательных знаков. Нам бы пригодилась, если бы ее всю не изрезали. Втык надо сделать этому пилоту.
Он запрыгнул на соседнее кресло и поднял морду к потолку, надеясь достучаться до совести механизма. Но пилот не отреагировал никак.
— Как он мог быть аккуратным? — спросил Митя. — Спуститься ниже и резать лазером строго параллельно земле?
— Причем исключительно бегущих людей, — добавил Яша. — Чтобы отрезанные головы не пачкали одежду.
Они говорили с ехидцей, но поскольку эмоции у них не отражались, Валерон принял всё за чистую монету.
— Вот. Уже рабочий способ буквально на ходу придумали. Значит, и пилот мог сообразить. Сколько денег потеряли, а?
— У пилота на борту были люди, которые могли пострадать. И если бы они пострадали, то это очень нехорошо отразилось бы на нас. Так что он нашу репутацию защищал, — заметил я. — А она стоит куда дороже, чем любая экипировка.
— Разве что… — Валерон вздохнул и перебрался с соседнего кресла на мои колени. — Можно было еще покараулить, вдруг бы пришел за своей рукой. Выращивать заново долго и дорого, пришить — дешевле и проще. А там еще срез такой аккуратный, идеальный практически.
— Артефактом найти надежней.
— Может, и не надежней — сколько ты Долгина ищешь, а? Я про засаду сразу подумал, там и мест подходящих много было. Если бы я только знал, что трупы так быстро сопрут, я бы наплевал на холод и героически подождал бы. Но раньше на трупы нас не обкрадывали. Это вообще ни в какие рамки — воровать трупы, честно нами убитые.
Он пыхтел от злости, хотя я его не понимал: сам же вот только сказал, что там всё полезное было изрезано, да и не настолько мы бедные, чтобы раздевать трупы ради экипировки, пусть хорошей и дорогой.
— Валерон, сразу как приедем — сварим зелье и найдем трупного вора, — пообещал я.
— Сначала разведи здесь контур отопления, — сказал он. — Ты князь, а летаешь в этом морозильнике. Непорядок.
— Мы на Птосе будем отслеживать.
— А на него отопление вообще нельзя установить, — он так тяжело вздохнул, что я расстегнул свой комбинезон, чтобы он мог забраться внутрь, что Валерон сразу же и сделал и уже оттуда удовлетворенно тявкнул: — И за все эти наши страдания должен кто-то ответить. Уже и проценты накопились.
Вскоре он пригрелся и уснул, но даже во сне бормотал про компенсацию и злобных воров, которые должны сидеть в тюрьме полностью лишенные имущества. Полет получился тихий и скучный. Нужно хоть музыку будет сюда завести в каком-нибудь виде. Здесь сейчас она существует только в виде пластинок, а граммофон здесь будет смотреться не на своем месте. Есть же магические способы записи звука — так почему их здесь не использовать? И в автомобиль можно будет ставить…
Я пожалел, что не взял с собой бумагу — сейчас вычерчивал бы схему. Да что там бумагу — я мог взять учебник и сидел бы себе спокойно, читал, просвещался. Пауки наверняка общались между собой, не включая меня в свою беседу, так что я прикрыл глаза и тоже постарался уснуть. Сон не приходился — сиденье было не слишком удобным. И мысли появились о том, как его можно улучшить или вообще сделать раскладным, чтобы можно было спать во время длинных перелетов. В голове сама собой появилась схема, и я опять пожалел, что не взял бумагу.
Мы уже летели по моему княжеству, когда со мной по артефакту связалась Наташа.
— Звонила мама. Отец пропал.
— В смысле пропал? — испугался я.
Не просто испугался, а покрылся холодным потом, сразу вспомнив про изрезанные лазером трупы напавших на Молчановского. Экипировка для Куликова была слишком хорошей, но вдруг он завел себе элитную группу со Скверной и пошел на дело, возглавив ее лично.
— После Совета сел на дирижабль, но никто не видел, чтобы он сходил ни на конечной своего маршрута, ни по дороге. Мама просит, чтобы мы приехали.
— Честно говоря, я не вижу в этом смысла, но скоро прилечу и мы сможем обсудить.
— Я тоже не хотела бы ехать, но это шанс наладить отношения…
Она не договорила: «Если отец пропал окончательно», но я это и без уточнений понимал. Я пообещал подумать по дороге, и мы попрощались — теперь уже точно ненадолго.
Подумать мне было над чем. И это вовсе не ехать или нет к Куликовым. Мысли поневоле сворачивали к нападению на Молчановского. Я отмел Куликова, но что, если это не так и Куликов решил убить двух зайцев разом? Молчановского он терпеть не мог, а мне, убедившись в невозможности меня убить, решил испортить репутацию?
Да, пропажа на дирижабле была похожа на то, как проворачивают свои делишки Черное Солнце, но не исключала и того, что Куликов тайно сошел с дирижабля, чтобы мне нагадить. Уж сойти так, чтобы его не заметили, он был способен. И всё же в голове постоянно крутилась мысль: если среди нападавших был Куликов, который решил всё проконтролировать лично, то будет ли считаться, что я покушался на родную кровь? Вообще, насколько он мне в принципе родная кровь? И почему я не выяснил это у божка во время посещения Лабиринта? Может, проще Куликова было бы тихо