"Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум
— А ты как предпочитаешь?
— Я — с тобой.
— Тогда спальня будет одна, — решила она и отправилась в наш дом.
Именно в наш дом — это здание теперь станет нашим основным местом жительства. Разве что пока мы учимся, больше времени придется проводить в Святославске, чем в Камнеграде, который нынче производил впечатление кладбища, хотя разрушенных домов было не так уж много. Но жизни в городе не было. Пока.
Поужинали мы вместе с Наташей. На ночь она ушла в дом, а я устроился в спальнике около реликвии. Митя бдел и разбудит меня сразу же при малейшей опасности. Правда, я и без того спал вполглаза. От соседства с реликвией было некомфортно. Невольно приходила в голову мысль: насколько лучше та сторона, которая отвечает за людей, если питается жертвами. Иллюзий по поводу того, кому идет часть энергии с реликвии, я не питал и до слов Валерона о том, что божок не пришел потому, что обожрался. Почему они вообще должны жрать нашу энергию? Пусть тянут ее друг из друга. Не боги, а клещи какие-то. Присасываются к миру — и жрут, ничего хорошего для него не делая.
В результате утром я встал невыспавшийся и злой. Валерона не было, и появился он только через три часа.
— Всё, — гордо тявкнул он. — Симукова арестовали.
Признаться, ему удалось поставить меня в тупик. Потому что я ждал отчета совсем не про это.
— За несоответствующее содержание щенков?
— За убийство императорского кузена.
— При чем тут Симуков?
— Как это при чем? — удивился Валерон. — Я уже почти вывалил трупы в Святославске, но сообразил, как можно совместить красивое и полезное. В симуковский склеп пробраться очень даже легко. Я ему там даже рисунок на полу изобразил полузатертый, чтобы похоже было на проведение ритуала. Щенков тоже проверил. Навыки они не растеряли. Если их недокармливают — то они свое берут сами. Но докармливают. Кругленькие такие стали, — неодобрительно сказал он. — Прыгают тяжело. Ничего серьезного не поручить. А еще меня увидели — лизаться полезли. Тьфу. Всё воспитание испортил Симуков. Разве что не забыли, что колбасу нужно первым делом притаскивать мне.
Валерон вздохнул, печально и гулко.
— Мы же договаривались, что ты трупы под Святославском выгрузишь и так, чтобы их быстро нашли.
— Их и без того быстро нашли, — не согласился он. — Я подумал: императорского кузена всё равно станут искать магией, так пусть найдут так, чтобы доставить неприятности нашим врагам. Еще думал к Болдыреву наведаться, но там нас могли бы притянуть. А с Симуковым никакой связи нет. Только по щенкам. Но до этого еще додуматься надо.
— Но нашли же только этим утром, я правильно понимаю? А могли бы и вовсе не найти.
— Как это? — возмутился он. — Императорский кузен. На его поиски лучших магов бросили. Это они поначалу затупили немного, а потом всё быстро завертелось. Архив я изъял, когда они бумаги решили просмотреть после обнаружения трупов. Еще ряд книг по магии изъял, ну и по мелочам там, что подвернулось. Подсвечники, например, красивые. Нам пригодятся.
Он выплюнул пару толстеньких подсвечников, по виду золотых, ну а что там по составу, знал только Симуков, на принадлежность к роду которого указывал изящный вензель на основании.
— Я планирую электрическое освещение. И использовать чужие подсвечники с вензелями — дурной тон даже для князей.
— Переплавишь. Там кусок золота хороший, — оскорбленно ответил он и убрал в себя, чтобы меня не травмировать. Не пес, а дракон какой-то, собирающий золото для своей сокровищницы. — И кроме подсвечников, всякого хватает. Не оставлять же это императорским службам? Они тоже прихватывали всё, что плохо лежало, если были уверены, что за ними никто не наблюдает. Когда сейф открыли, я подсуетился первым. Денег они не получат, разве что фамильные драгоценности, и то не все — я оставил несколько предметов, чтобы не слишком подозрительно было. Короче говоря, я не позволил им украсть ничего ценного. Только ерунду всякую. Ерунду я бы тоже не оставлял, но это было бы подозрительно, понимаешь?
— Понимаю, — вздохнул я. — Что нам придется как-то избавляться от вещей с симуковскими гербами.
— Зачем? Они наверняка появятся на аукционах, когда Симукова осудят и его имущество пустят с молотка для компенсации императору. Следователи настроены серьезно. Императорского кузена в ритуале использовать — это вам не воровать несчастных собачек для разведения. Злоумышление против короны — не хухры-мухры.
— Крови ему попортят, — согласился я. — Но уверен, Симуков сможет доказать свою непричастность.
— Даже если докажет, вещей ему это не вернет, — философски заметил Валерон. — Там такая вороватая компания прошлась, ты не представляешь. Один в свой саквояж письменный прибор из кабинета запихал. Вот этот.
Валерон выплюнул резной малахитовый набор, отделанный золотом. Полюбовался, склонив голову набок, протер лапой, мечтательно вздохнул и опять убрал.
— Ворюги же, — убежденно сказал он. — А еще государственные служащие. Там после них уже брать нечего. Разве что мебель…
— Мебели нам не надо, — сразу открестился я от чужого плохо ликвидного имущества.
— Вот и я так решил. Разве что для себя новую корзинку взял. Симуков как раз закупил для своих собачек. Я выбрал помягче. А то у меня в Святославске есть, а здесь нет. Это же неправильно, правда?
— Правда, — согласился я и перевел разговор на тему, волнующую меня куда больше. — То есть кузена императора убили, а Симукова задержали?
— Задержали, хотя он пытался поначалу сопротивляться, но потом понял, что нападавших слишком много. А еще он был убежден в своей невиновности. Ничего, там такие умельцы, живо его переубедят. А нечего на нас злоумышлять, правда, Петя?