Влад Поляков - Возвращение

Такой зомбак был не единичным, на прочих представителях мертвячьей породы также попадались отлично сохранившиеся комбезы. Оружие… Без него зомби тоже не расхаживали. Грибница отличалась если и не умом, то хорошо развитыми инстинктами. Понимала, зараза, что именно оружие является наиболее опасным оружием ее марионеток.

Да уж, прямо клондайк оружия и амуниции. Кстати, местные мертвяки действительно отличались относительным миролюбием. Это в других территориях Грибницы они нападали на любое существо, порой даже на мутантов. Но было одно «но». Стоило сюда прийти очередному халявщику с целью поживиться добром в рюкзаках и карманах зомби, как тут же начинался армагеддец местного масштаба. Зомби мигом снимали оружие с предохранителей оружие и стремились уничтожить противника. Немногочисленная часть, оставшаяся безоружной часть попросту бросалась с кулаками или камнями и арматуринами, пытаясь банально проткнуть или размножить голову. А то и просто загрызть… Это я и рассказал напарнику.

— А если шлепнуть из «бесшумки», а потом по — тихому утащить труп или раздеть его на месте? — поинтересовался он. — Вон у того кадра на поясе висит какой‑то ствол, явно улучшенный здешними умельцами. Наверняка эксклюзивный, если не себе, так сменять на что‑то очень полезное.

Я спокойно проводил ковыляющий мимо труп в простом искательском комбезе без наворотов с перекинутым через шею коротким «калашом», осмотрел пояс с действительно необычным пистолем и после этого ответил спутнику:

— Не получится. Убить его с одного выстрела даже в голову не факт, что выйдет. А после первой же пули зомбак задергается и посеет панику. И потом, если все же свалить его удастся, до вещей не доберешься — прочие зомби утащат его в дома. А туда лучше не заходить — право частной собственности, жилища в данном случае, эти мертвые горожане блюдут строго. Да и могут начать рыскать, стрелков отыскивая. Найдут — амбец. Вот и получается, что добраться до их сокровищ можно только перебив всех их полностью. Только реально ли это?

— А почему нет?

— Да потому, Хват, что никто не знает, на какие фокусы способна Грибница. Были случаи, когда психоизлучение от нее становилось не просто сильнее, а буквально зашкаливало за все мыслимые пределы. Тогда всем кисло становилось. Ну а если даже оставить в покое загадочного мутанта, то представляешь какой шум тут поднимется, если кто‑то начнет зачищать территорию?

— Шум тут поднимется такой, что соберутся все окрестные бандиты, «искупители», случайно проходящие отряды иных кланов, да и разнообразные вольные стрелки. Часть присоединится, а другая сама встрянет в эту войнушку, чтобы ухватить кусочек пожирнее, — ответил вместо Хвата Леший. — Да, интересная картина вырисовывается… Ни фига себе! Вы только посмотрите вон на того парня. Наверное в булочную съездить хочет.

Леший ткнул пальцем вперед, указывая на зомби в комбезе «хранителей», правда, изрядно покоцанном пулями. Тот подошел от ближайшего подъезда к ржавой «ниве» и дернул дверку со стороны водителя. Та с громким скрежетом подалась навстречу, открывая доступ к внутренностям салона. Мы с интересом наблюдали, как он уселся на сиденье и положил одну руку на руль, а второй стал елозить слева напротив замка зажигания. Не найдя ключи, «водитель» вышел наружу, прикрыл дверь и скрылся в подъезде.

— Бедолага, — усмехнулся Хват, — Жена ключи забрала, чтобы мужик не умотал на рыбалку или охоту. Сейчас он ей выдаст люлей, заберет их и поедет со спокойной совестью и друзьями — товарищами. Кстати, а тут женщины есть? Ты писал в отчете, что их среди искателей много. Правда что ли? Мы в Песочнице видели, а вот в Остроге почти нет. И вообще, они тут откуда такие рискованные?

— Люди, они разные, в том числе и прекрасная их половина. Так что искатели — женщины тут совсем не в диковинку. Я уж не говорю об «обслуживающем» и техническом персонале на базах кланов. Всегда найдутся и одержимые романтикой и почуявшие запах больших денег. А вот бороздящие просторы Мутагена… тех меньше. Единственный минус — часто они не слишком симпатичны, так как выживают в этой опасной местности только сильные и крепкие личности, которые модельным сложением и симпатичным личиком не блещут. Правда, встречаются исключения.

На этой фразе я замолчал, вспомнив темную, погибшую едва ли не по моей вине и с которой меня связывали не только дружеские отношения.

— А зомби — бабы попадаются? — не заметив моей паузы, задал вопрос Хват. — Здесь же на улице только мужики одни…

— Попадаются… Только тут срабатывает какой‑то нюанс в «алгоритме» Грибницы. Загадочное мутантское отродье приказывает этой категории марионеток сидеть в домах и выходить крайне редко и только по делу.

— Это какие же дела могут быть у мертвецов, — удивился Леший, — Неужели на лавочке сидят и перемывают косточки соседям, а заодно делятся последними сплетнями?

— А что, — спросил я его, — Все твои знакомые подруги только и делают, что треплются постоянно?

— Ну — у, — задумчиво произнес тот, — Еще и обед готовят и вещи стирают…

— Вот и эти вещи стирают, а потом выносят их на просушку на улицу, — пояснил я действия местных домохозяек. — Только сдается мне, что эти вещи, в основном куртки и штаны искателей, они стягивают с трупов, что уносят в дома. В общем, мерзость полная, лучше не вдаваться в подробности.

Наконец, кошмарная улица со своими обывателями осталась позади — мы вышли на окраину сектора, чтобы в ближайшее время в него не возвращаться. Тьфу три раза, чтобы не сглазить. Мутаген, он такой, очень сильно не любит категорические утверждения.

Уже переходя придорожный кювет шоссейки, выходящей из сектора, Хват обернулся в последний раз и тихо произнес:

— Неприятное местечко. Думал, что ничего хуже атаки мутантов — попрыгунчиков не смогу увидеть. Ан нет — увидел. По мне, так лучше сразу башку гранатой размозжить, чем ходить в таком виде и выполнять забытые действия, всплывающие в гнилых мозгах, да еще и подконтрольных. Страшное местечко и жуткое… все равно что заболеть раком и побывать в морге, куда тебя отправят через пару месяцев.

— Не поможет, Хват. Грибница усовершенствовалась, сам же должен знать. Теперь и отсутствие головы не проблема — все равно материал использован будет, а прореху биоматериалом зарастят.

— Б…

— Ты еще не бывал в центральном логове Грибницы. — произнес я. — Вот где ужасы, так ужасы. Сильно впечатлился увиденной улицей? Так это еще полураскрывшиеся цветочки. В центре этой паутины с такими зомбаками пара кварталов, причем не самых маленьких. Их там несколько тысяч и есть среди них не только искатели, но и гражданские — женщины, старики, дети… И чем ближе к центру всего безумия, тем более опасно. По крайней мере, до сердца никто не дошел. Или не говорят, что дошли, опасаясь, что от одного воспоминания окончательно крышу снесет.