Тактик. Том 9 - Сергей Шиленко

Я усмехнулся. Вожак стаи в ненавистном лесу. Это мне подходило куда больше, чем шёлковые штаны придворного.

— Значит, Лес Шершней, — подвел я итог. — Звучит охрененно. А сами Шершни, которые графы?

— Лес убил и их, — легко ответил эльф.

Территория абсолютного Хаоса в сердце Порядка. Системная ошибка на карте королевства. Мне нравится.

— Информация принята, деньги на счету. Сделка по продаже новых трофеев в силе? — подвёл итог он.

— Всё так, — кивнул я.

Я смотрел на него, и в моей голове уже крутились схемы переброски войск, планы переговоров с вождями кланов и списки необходимого снаряжения для выживания в лесу. Лес Шершней. Новая локация.

Вопросы логистики

— Леголас, — окликнул я его, когда он уже сделал шаг назад, собираясь раствориться в тенях.

Эльф остановился, но не обернулся.

— А как ты прошёл?

Вопрос неловко повис в сыром воздухе переулка.

— Мои маги сканируют периметр. Мои орки чуют чужаков за версту. На стенах тройные дозоры. На воротах посты.

Леголас медленно повернул голову. Он накинул капюшон, который теперь скрывал его лицо, но я чувствовал его усмешку:

— У всех есть свои секреты. Когда мне нужно — я пройду.

— Ну… Я рад, что мы с тобой не враги, Леголас.

Я моргнул. Секунду назад он стоял здесь. Теперь тут только пустая стена и куча мусора. Ни звука шагов, ни шелеста плаща. Исчез.

Я остался один (не считая Иртыка за моей спиной) в грязном тупике. С кашлем, раздирающим лёгкие, с состоянием за пазухой и с пониманием, что любая моя неприступная крепость — проходной двор для долбанных профессионалов.

* * *

Меня собирались лечить. Усадили на стул прямо посреди заднего двора ратуши. Фомир сосредоточенно что-то вспоминал, Бреггонида готовила какие-то снадобья и в процессе мистики дуэтом ворчали на меня, ворчали, ворчали.

Наконец-то с подготовкой закончили и взялись за восстановление моего здоровья. Ведьма вытягивала из моих лёгких слизь, какую-то неприятную, белую, мутную. Тем временем маг вгонял в меня сложное заклинание, едва слышно ругаясь. Ведь он не мог применить свою лечебную магию полностью, так как её отвергала моя божественная защита.

Ну блин. Божественная защита — не антивирус на компе, не выключишь щелчком.

Сумерки опускались на Эклатий медленно и тяжело, словно кто-то убавлял яркость на мониторе. За стенами ратуши не стихал вечерний шум.

Грохот колёс и выкрики сержантов сменились запахами готовящейся еды и дымом сотен костров. Армия заняла пустыри и становилась внутри них лагерем.

Сапёры-гномы поворчали промеж собой и стали ставить стационарные укрепления вокруг лагеря. Да, привычные уже полевые, собирать ежей, вкапывать колья и наваливать из мусора и камней небольшие насыпи-валы, но укрепляли…

Гномы определённо не чувствовали себя внутри города Эклатий в безопасности.

Армия переходила в режим гибернации, восстанавливая «стамину» перед завтрашним днем, каким бы он ни был.

Маг и ведьма, которые традиционно продолжали ворчать друг на друга и подкалывать, тем не менее отлично работали вместе.

Я отплевался, трижды пропотел, ведьма зачем-то помыла мне голову какой-то штукой с запахом хвои (по ощущениям, я словно голову в ёлку засунул). На это лечение не закончилось, меня завели в помещение и бабки-коллеги Бреггониды обтёрли какой-то дурно пахнущей дрянью, которую потом, к счастью, смыли. Мне было холодно, но, действительно полегче, чем было с утра.

Магия Фомира прочистила мне мозги, хотя теперь они почему-то побаливали как с похмелья.

В общем, в мире, где нет антибиотиков, жилось довольно тяжко.

Однако помереть они мне не дали, всё же целых два колдунатора со своими путями. Пусть у Бреггониды и не было статуса офицера, а большую часть своей непростой жизни она занималась скорее вредительством, чем лечением, это она тоже умела.

Судя по обрывкам фраз, а Фомир и Бреггонида в традициях советской медицины не объясняли примерно ничего по поводу моего состояния, ситуация была серьёзной. Подхватил я какую-то там гоблинскую бледную лихорадку и до лечения имел довольно приличный шанс умереть.

Однако болезнь не успела во мне глубоко прорасти.

Из хороших новостей — у меня теперь будет на эту хрень иммунитет.

Потом меня переместили с Дом Бургомистра и напоили какой-то сладковатой дрянью.

Теперь я был в кабинете губернатора, притихший и полностью переодетый заботливыми руками собственной охраны. Конкретнее, орком Иртыком, который заботился обо мне с трепетом бабули, хотя и до попадания в Штатгаль был налётчиком-разбойником.

Я сидел в глубоком кресле, обитом бархатом, и чувствовал себя пришибленным и чужеродным элементом в этой пышущей здоровьем и лоском роскоши.

Я всех выгнал, хотя Иртык и занял привычное место в кресле за дверью кабинета, на короткое время осталвшись один.

Пока меня сюда перевели сюда, натоптали. Сапоги оставили грязные следы на дорогом ковре, а на полированном столе красного дерева лежала карта, прижатая кинжалом и куском чёрствого хлеба, забытого моим телохранителем.

Тело всё ещё сотрясала остаточная мелкая дрожь, но тело медленно и мучительно исцелялось.

Я было потянулся к кувшину с водой, чтобы смочить пересохшее горло, но рука замерла на полпути.

В моём сознании, в той его части, где жил Рой, вспыхнул сигнал. Это не было похоже на тревогу при атаке. Это был зелёный спокойный сигнал, всегда означающий, что прибывают «свои».

Кто там нахрен прибывает?

Я нахмурился. Мои расчёты говорили, что основная часть Штатгаля под командованием Мурранга зашла в город полностью, остался только Новак. Но ему топать даже форсированным маршем дня четыре. Даже с учётом что того, что он пару дней как извещён о том, что Эклатий под нашим флагом, ему всё равно оставалось пара дней.

Пехота не ходит так быстро. Как бы не вульгарно это ни звучало, но у прямоходящих двуногих юнитов есть предел скорости передвижения по пересечённой местности. По моему разумению этот предел нельзя взломать без магии или конницы. И даже если Новак где-до добудет коней, не всё так просто. Нельзя просто посадить бойцов верхом и крикнуть: «Скачите, мои кони!».

Это так не работает. Пехота бродит пешком в том числе потому, что там у большей части нет хороших (а чаще и вовсе никаких) навыков верховой езды. И это, не говоря уже о том, что не всякий конь предназначен для того, чтобы таскать седока, многие были тягловыми. Кроме того, для того, чтобы посадить батальон на коней, нужны не только кони,