Рубеж - Инди Видум

— Быстро, — скомандовал я.

Отчим, явно волнуясь, выпрыгнул из вертолета с реликвией в одной руке и контейнером в другой. Я опасался, что, несмотря на свои уверения, он не сможет вогнать реликвию в живого человека. Но это оказалось не так: отчим даже не задумался перед тем, как вонзить реликвию в тело. Вошла она как в мягкое масло — легко и без сопротивления и сразу же засветилась, разгоняя тварей.

Наконец очередная жертва просто умерла, не мумифицировавшись, и я сказал:

— Юрий Владимирович, пора привязывать реликвию к себе.

Он кивнул, порезал руку заготовленным кинжалом и приложил к грани повисшего в воздухе светящегося кристалла.

— А как реликвия определяет, к кому привязываться? — заинтересовался Лёня.

Я было удивился, что его даже не стошнило от вида трупов, но вспомнил, что он нынче не изнеженный папиными деньгами мальчик, а суровый охотник на тварей зоны. Он наверняка и не на такое насмотрелся.

— Добровольная кровь, скорее всего, — ответил я.

А вот отчим оказался не столь силен духом, как сын. Как только привязка завершилась и в его руки упали княжеские регалии, он отошел в сторону и его вывернуло — думаю, сказалось всё разом: и собственноручное убийство людей, и волнение.

Я отправил вертолет за его дружиной, а сам быстро прибрал неэстетично выглядящие трупы. Под реликвией оставалось огромное пятно крови, но тут уж отработал Лёня, попросту испепелив всё, и теперь под реликвией было выжженное пятно, что смотрелось куда эстетичнее кровавого.

— Это что получается? — спросил Лёня. — Отец теперь князь?

— А ты княжич, — подтвердил я. — И у вас есть собственное княжество, свободное от тварей зоны, в отличие от Щепкиных. Так что они теперь за тобой будут бегать и уговаривать, чтобы ты взял Анастасию в жены.

— В этом меня уговаривать точно не надо, — хохотнул он. — Куда это твои пауки направились? Проверять окрестности на врагов?

— Окрестности на врагов я проверил до того, как вас сюда тащить, — возразил я. — А они отправились собирать кристаллы.

В доказательство моих слов Яша извлек собирающий артефакт, куда сразу же полетели кристаллы от не успевших убежать с площади тварей.

— Эй, — возмутился Лёня. — Это наше княжество и наши кристаллы. У тебя своё есть.

— Кто не успел — тот опоздал, — хохотнул я. — Все кристаллы, которые соберут мои помощники, — мои. Разве что потом с вами поделюсь, но это не точно.

— Ах ты! — Лёня сделал вид, что собирается меня ударить, но неожиданно сграбастал в объятия и сказал: — Спасибо, брат. Ты не представляешь, что для меня сделал.

— Кто о чем, а Лёня об Анастасии, — фыркнул я. — Я, вообще-то, больше о себе переживал: не хотелось заполучить в соседи кого попало.

Пока мы с Лёней болтали, отчим окончательно пришел в себя и встречал своих, теперь уже абсолютно точно княжеских, дружинников, стоя с высоко поднятой головой рядом с реликвией.

Фактически от княжеского особняка остались только стены. И несколько внутренних дверей, которые не были закрыты на момент прихода зоны. Еще в отдельных окнах сохранилась часть стекол. Внутри же было всё очень печально. Сразу стало понятно, что взрыв был похож на взрыв у Щепкиных — тоже случился внутри сейфа, пройдя через все линии защиты. Но не такой большой силы, как у Молчановских: дом не разрушен, а все имеющиеся повреждения — следствие нападения тварей. Почему на княжеском особняке не хватило защиты — вопрос, на который ответа, скорее всего, не будет получено. Разве что удастся найти исполнителя?

Бродили мы по дому с Лёней. Отчим оставался на улице, а сыну поручил подобрать помещение для ночевки и для хранения реликвии. Для последнего идеально подходило то же, где она хранилась раньше. Там даже мебель оказалась практически целой, хотя и присыпанной всяческим мусором. Замены требовал разве что развороченный сейф, разбитое и порванное содержимое которого валялось на полу.

А вот большая часть остальных помещений пострадала намного сильнее. Наверняка в них были люди, пытавшиеся отбиваться. Темных пятен, которые мне казались засохшей кровью, хватало. Других указаний на то, что здесь умирали люди, не находилось — твари сожрали всё, не было даже осколков костей.

— Предлагаю расчистить вот эту комнату под Юрия Владимировича, — указал я на помещение, которое раньше явно было княжеской спальней.

— В смысле всё вытащить? Но спать отцу будет не на чем.

— Я ему свою палатку дам. У меня есть для ночевки на улице. Она и с подогревом, и вообще удобная. Только нужно будет помощника за ней отправить.

Отправлять я никого не собирался — палатка была в Валероне, но его еще нужно найти будет, потому что сейчас он в бесплотном виде обшаривал всё и не только на предмет затаившихся скверников.

— У меня спальник с собой.

— Тебя я могу в Камнеград забрать на ночь. Тебе после зоны помыться необходимо, заодно сделаешь ряд важных звонков.

— Это каких?

— Мачехе и Анастасии, — ответил я. — Маменька должна узнать о том, что она княгиня, не из газет, иначе она вам этого не простит.

— Это нужно будет звонить в контору и просить за ней съездить, потому что в кабинет отца в доме без него никто не входит.

— А пока за ней будут ездить, ты поговоришь с Анастасией, потому что поддержка Щепкиных нам понадобится. Княжество вы взяли, но его еще надо удержать. Поэтому предлагаю придерживаться легенды о вручении реликвии божьим помощником.

— Это нехорошо.

— Врать?

— Использовать имя Бога всуе. И врать в таком серьезном деле — тоже.

— Не совсем всуе. Я тоже в некоторой степени божий помощник и исполняю его поручения. Конечно, вручать реликвию именно вам он мне не поручал, но мы же этого и не говорим. Мы говорим, что вручал божий помощник. Ни слова неправды.

Лёня хмыкнул.

— Разве что так…

— Так что, разгребем эту комнату и рванем в Камнеград?

— На ночь я бы хотел сюда вернуться. И