Андрей Посняков - Драконы моря

Посланцы хевдинга обследовали весь остров довольно быстро. Он был небольшим, управились часа за полтора. Скалы, галечный пляж, лагуна, небольшая рощица раскидистой средиземноморской сосны, орешник. На скалах имелось множество птичьих гнезд, в ручье должна была водиться рыба, так что, если бы пришлось здесь задержаться надолго, пиратам не грозила бы голодная смерть. Если б пришлось задержаться… Кто б только позволил?!

Уязвленный Хильперик наверняка не собирался так просто сдаваться. Когда разведчики вернулись, уже стемнело и в небе зажглись огоньки… Нет, не в небе, на скалах, в кустах… Слишком яркие, слишком низко, чтобы быть звездами… Светлячки!

— Светлячки… — негромко произнес Александр. — Вот что, парни. На корабле найдутся корзины или мешки?

— Найдутся.

— Тогда наловите их… Ну, вот этих самых, светящихся…

— Но…

— А с Тибальдом я сейчас поговорю.

Услыхав предложенный недавно освобожденным пленником план, Орестус Тибальд сначала расхохотался, а потом призадумался. Подозвав какого-то высокого воина, поинтересовался, насколько затянется ремонт судна, и, получив ответ, удовлетворенно кивнул.

Ремонтники уже зажгли факелы и теперь деловито стучали топорами. Двое ныряльщиков заводили под дно концы крепких канатов, стягивая треснувший ют. Уйти бы хоть так, а потом можно будет отремонтироваться как следует.

— Кто пойдет? — поджав губы, негромко поинтересовался хевдинг, — Опасное дело: камни скользкие, волны бушуют…

— Я пойду, — быстро кивнул Александр.

— И я! — Ингульф встал рядом.

Рыжий Эрлоин улыбнулся:

— И я, пожалуй, тоже. Клянусь Иисусом Христом и Тюром — это дело как раз по мне!

— Тогда да поможет вам Иисус и все наши древние боги!

Все трое вернулись уже ближе к ночи, мокрые, Усталые, но довольные, а самое главное — с чувством исполненного долга. Снова пошел дождь, но сквозь прорехи черных бархатных облаков там и сям уже проблескивали желтые холодные звезды.

Что и говорить, погода благоприятствовала задуманному.

Поднявшись на корабль, хевдинг взмахнул рукой с зажатой в ней плетенкой, наполненной светлячками. Гребцы взялись за весла, меняя темп гребли по этим световым знакам. Александр взялся за румпель, или как здесь назывался длинный, упирающийся в рулевое весло рычаг, Тибальд стоял рядом, у мачты, а Ингульф пристроился на носу, до боли в глазах вглядываясь в ночную темень.

«Золотой бык» двигался по лагуне мягко и осторожно, как волк, крадущийся к овечьей отаре. Казалось, весла едва касались воды, и судно скользило по волнам, словно гигантский жук-плавунец.

— Влево!

Светлячки в левой руке хевдинга плавно качнулись, и корабль, быстро сработав веслами и рулем, изящно обогнул скалу, на вершине которой, в плетеной корзине, горели точно такие же светляки! Светлячками были помечены все представляющие опасность камни! В этом и заключалась безумная идея Саши… и она срабатывала!

Неслышно вынырнув из лагуны, никем не замеченный «Золотой бык» взял курс в открытое море и, как только небо очистилось от туч, повернул на юг, к Африке. Ветер постепенно стихал, волны становились все меньше и меньше.

На судне подняли оба паруса: квадратный, главный, — велум и треугольный акатий. Корабль резко прибавил ход, но гребцы не отходили от весел, готовые в любой момент исполнить приказ кормчего — Александра.

Небо на востоке светлело, голубело, рыжело. Уже совсем скоро должно было встать солнце. Вот, показалось! Ударило по глазам сверкающим шаром, зажгло мерцающей бирюзой волны, отразилось в шлемах и металлических накладках щитов.

— Ушли! — подойдя к Саше, усмехнулся Тибальд — А ты приносишь нам счастье, Рус!

Город вставал из воды чудесным голубовато-зеленовато-белым садом. Мощные зубчатые стены, холм с базиликой и цитаделью, красные крыши домов, мраморные колоннады храмов. Порт и сотни кораблей, от совсем уж мелких челнов до огромных грузовых зерновозов, водоизмещением в триста тысяч тонн. Южное косматое солнце пылало над городом сверкающим шаром, гул разноязыкой толпы был слышен даже здесь, у причала.

— Гиппон! — с улыбкой произнес Тибальд — Гиппон Регий! Город короля Гейзериха, столица. Пока столица. Пока не взят Карфаген!

— Он будет взят, я уверен! — ухмыльнулся в рыжие усы Эрлоин, — А в Гиппоне нам некого опасаться, разве только таких же, как мы!

— Что ж, — Хевдинг повел плечом, — В трюмах еще осталось немного серебра, а это что значит, парни?

Это значит — надо сегодня же прокутить все в портовых тавернах! — радостно осклабился здоровяк Видибальд, — Все, до последней монеты! Иначе не видать нам удачи.

— Верно, есть такая примета, — расхохотался Ингульф.

Пираты Тибальда гуляли в портовых тавернах Гиппона три дня, после чего хевдинг сказал: «Хватит пить, пора и делом заняться».

— Сезон мореплавания заканчивается, — собрав опухших от пьянства соратников в одной из харчевен, напомнил Тибальд, — А у нас пока только один корабль, который скоро не сможет вместить всех наших людей. Эрлоин, ты говорил о каких-то лихих парнях?

— Да-да, — приосанился парень, — Мои родичи готовы хоть сейчас влиться в наши ряды. Только свистни!

— Вот видите? А вы пустились в загул! — мягко укорил хевдинг.

Видибальд хохотнул:

— Да не на что особо гулять-то, вождь! Разве что немного расслабиться после всего.

— Некогда расслабляться, — Предводитель шайки нахмурился, поправив на голове серебряный обруч, сдерживающий буйную шевелюру, — Надо искать купцов! И как можно быстрее. Эрлоин, Видибальд, Герульф!

— Да, вождь?

— Пойдете сегодня в порт. Оденетесь в лохмотья, попытаетесь наняться грузчиками, — Хевдинг задумчиво погладил бороду, — Походите так от корабля к кораблю, вызнайте — кто, когда и куда отправляется, какой груз, сколько на борту воинов, ну все, как обычно. Эрлоин — старший. Да-да! Именно Эрлоин! Слишком уж тонкое дело. Вот если б надо было набить кому-нибудь морду, я бы полностью доверил это дело тебе, Видибальд! Так… — Пиратский вождь хлебнул из кубка вина и, утерев рукой усы, продолжил: — Теперь вы… Винегар и все остальные — займитесь наконец кораблем! Все, кроме тебя, Рус. Я заметил, ты умеешь пить, не пьянея, — похвальное качество.

— Просто напитки не те! — Александр ухмыльнулся, — Какое-то кислое винишко — тьфу!

— Поэтому ты и продолжишь пьянствовать на ту толику серебра, что еще осталось.