Вечно голодный студент 8 - RedDetonator
— Существует сатрапия на северо-западе, — сообщил мне евнух. — Ею управляет младший брат шахиншаха, который даровал ему покорённый Багдад. Но, в последний год, сатрап Ария чрезмерно усилился и, по слухам, претендует на престол шахиншаха. Наши обычаи запрещают братоубийственную войну, поэтому найден способ улаживания противоречий — поединки между пахлаванами.
— Он что, так сильно в меня верит, что готов выставить меня против сильнейшего бойца своего брата? — уточнил я.
— Ты доказал в деле, что являешься сильнейшим пахлаваном из когда-либо встреченных нами, — сообщил мне Бабак.
— Слушай, может, мне штаны снять? — спросил я. — Так будет гораздо удобнее лизать мне жопу…
— Я не восхваляю тебя, а озвучиваю реальное положение дел, — покачав головой, ответил евнух. — У шахиншаха очень много пахлаванов, но настолько сильных нет. А в противостоянии с его братом численность пахлаванов не имеет никакого значения.
— Окей, понятно, — сказал я. — Замочу этого хера, кем бы он ни был. Тогда ещё передай своему боссу, что мне надо отожраться перед поединком, если он хочет, чтобы я показал свою пиковую форму.
— Хорошо, Студик, — сказал Бабак. — Твои слова будут переданы ему.
Глава двенадцатая
Дух воина
*Исламская Республика Иран, остан Хузестан, город Ахваз, карцер, 1 марта 2028 года*
Ломаю берцовую кость барана-мутанта и с удовольствием высасываю из обеих её частей отлично проваренный костный мозг.
Мельком смотрю на груду уже обглоданных и переломанных костей бедного барашка — с них уже нечего взять, поэтому осталось не так уж и много еды.
За вчерашний день и сегодняшнее утро я отыгрался за все недели голодания — наел 231 982 килокалории сверх имевшихся. Это просто отлично, так как продлевает мою жизнь на длительный срок, даже если после поединка меня вообще не будут кормить.
«Ну, воду дают — и то хорошо», — подумал я. — «А вода мне нужна очень сильно — с выживанием в условиях засухи особых проблем нет, но есть проблемы со связыванием ультрагликогена, который без воды вообще не вяжется…»
— Тридцать минут! — предупредил меня Кеша.
— Понял тебя, Кеша! — ответил я и усилил натиск на оставшиеся блюда. — Ускоряюсь!
Плов пусть мне и нравится, но содержит в себе слишком мало калорий, поэтому основной мой рацион состоит из кебабов, а также варёного и жареного мяса зверей-мутантов.
Нарядный хуй не стал жадничать и выделил мне разумный максимум продовольствия, чтобы я пришёл в форму, близкую к идеальной. Но моя идеальная форма — это шар, а для такого нужно несколько миллионов килокалорий…
Берусь за кебабы из мутантской говядины и закусываю их сырой печенью кабана. Персы не едят свинину, но свиней мочат систематически, поэтому, ради меня, во дворец шахиншаха были доставлены вырезанные из свиней печёнки, которые я с удовольствием хрумкаю.
Отмеренные полчаса прошли незаметно, и я уложился в этот срок — за это время мною было усвоено 39 137 килокалорий, но на подходе ещё не усвоенное мясо, стремительно истаивающее у меня в кишках.
Дверь карцера отворилась и я, на ходу вытирая рот полотенцем, пошёл навстречу своей судьбе.
«Эта сука редко улыбается мне», — подумал я с недовольством. — «Но ради таких её улыбок я и живу — вкусный и калорийный завтрак, крепкий и продолжительный сон, а затем и битва насмерть против оппонента, о котором я ничего не знаю. Наверное, я живу свою лучшую жизнь…»
По сути, я ведь примерно так и жил до попадания в плен — жрал, как не в себя, нормально спал, а иногда бился против зверей и людей.
Теперь мне хотят навязать ёблю с подневольными женщинами, которых низвели до статуса инструмента для воспроизводства, что, конечно, недостаток, но остальные признаки моего обычного образа жизни сохранены.
— Без шуточек, — предупредил меня Кеша.
— Какие ещё шуточки, Иннокентий? — с усмешкой спросил я. — Всё предельно серьёзно…
Меня заводят в техническое помещение — «предбанник» арены, где стоят пустые ящики. Я ожидал, что мне дадут хотя бы ножик, но нарядный хуй сказал правду и биться мне придётся только тем, что имею…
Из-за стальных врат доносился едва слышный гул — думаю, это зрители шумят в предвкушении зарубы.
«Наверное, дела у шахиншаха идут не очень, раз он устраивает так много „спортивных“ событий», — подумалось мне. — «Хлеб и зрелища нужны исключительно для того, чтобы отвлекать народ от его хуёвой жизни и бесконечных проблем, преследующих не очень состоявшееся государство».
Древние римляне юзали гонки и гладиаторские бои именно для этого — пусть там у всех организаторов были свои шкурняки, но все вместе они работали на стабилизацию общества. А древнеримскому обществу, для стабилизации, было надо немного — хлеба и зрелищ…
Пинаю ближайший ко мне пустой ящик, из-за чего один из охранников испуганно вздрагивает и хватается за свой HK G3.
— Не ссы, — попросил я его. — Солдат ребёнка не обидит.
Ранее не виденный мною челик нажал на кнопку на пульте, после чего Кеша снял с меня ошейник. Это что-то новенькое…
Но не успел я начать это обдумывать, как гидравлические приводы пришли в движение и стальные ворота, отделяющие меня от арены, медленно раскрылись.
Выхожу под свет софитов и осматриваюсь.
Сегодня арена выглядит чуть иначе: да, всё тот же жёлтый песок, всё та же латаная-перелатаная стальная клетка, но за пределами клетки находится толстое и высокое защитное стекло.
«К чему бы они это?» — задумался я. — «С какой стати такая забота о зрителях? Сделали выводы из моей схватки с тигром?»
Ещё можно отметить, что КПВ стало два, а также появились дополнительные снайперы с навороченными винтовками. Ну и я вижу много КДшников в полном боевом облачении, при оружии — похоже, что событию придают огромное значение, поэтому уровень охраны сильно повышен.
Чтобы не позориться, мне выдали новую одежду — почти такую же нателку, какая была у меня изначально, но местного производства.
Моя предыдущая нателка пришла в полную негодность, потому что её обильно залило моей и чужой кровью, а потом её ещё и потрепало пулями.
Я всё ещё выгляжу, как военнопленный, но теперь в чистой одежде — нарядный хуй, как я понимаю, не хочет, чтобы зрители забывали, кто я такой и каково моё место во всём этом шоу.
— … Хун-ашам!!! — разорялся жирный хуесос.
Сегодня