Дмитрий Манасыпов - Степь
— Так, оболтусы. — Бирюк положил на еще не вытертое временем и задницами сиденье свою чудо-громыхалку. — Ваши места по соседству. Располагайтесь, полчаса на отдых. Потом по одному в оба конца вагона. Наружу старайтесь не выходить, есть возможность смотреть в амбразуры.
— Зачем? — Змей вздохнул.
— Чтобы доехать целым куда нам надо, балбес, — проворчал Бирюк. — Или ты чего другое себе придумал?
— Тоже подежурю. — Семерка встала. — С Енотом. А ты со Змеем, хорошо?
— Да. — Бирюк лег на диван, не снимая сапог, накрыл лицо кепкой и засопел.
— Вот и хорошо. — Семерка сняла с начищенного бронзового светильника свое основное оружие — легкий автоматический карабин. — Пошли, Енот, нечего тут тянуть. Змей, ляг и поспи. У тебя вид очень невыспавшийся почему-то. Спать, я сказала!
Змей шандарахнул дверью в купе, заставив испуганно обернуться женщину в длиннополом легком пальто, вышедшую в коридор. Высокая, худющая, с вытертым мехом воротника и в шляпке с вуалью. Енот извиняясь пожал плечами, мол, как-то так. Та лишь фыркнула и прошествовала дальше. Блеснувшие через сетку глаза, поджатые губы и разворот плеч сразу показал все, что она думает по поводу непонятного полуоборванца и его друзей, шумящих в таком солидном месте. И тут в проходе появилась Семерка. Тетка застыла, глядя на ее кокарду, и прыснула дальше чуть ли не бегом.
— Даже обидно, да? — Семерка покачала головой. — Понятно, сторожить себя будем, но и эта цаца если чего — успеет выжить. А как посмотрела-то? Королева, не иначе.
— Да ну ее. — Енот подошел к амбразуре щита, закрывающего окно. — Нападения действительно стоит ожидать?
— Скорее всего. — Семерка протянула ему свою шляпу и начала заплетать волосы в косу. — Смотря какое. Могут просто обстрелять, могут пути развалить, все, что угодно. Пока степняки стараются не разрушать сами рельсы. Кто хочет лишаться кормушки, которая сама к тебе катит? Налетят, постараются поезд захватить. А там как выйдет. Дорогое предприятие, такая перевозка, а что делать?
— Да уж… — Енот попытался понять логику кочевников и просто бандитов. Действительно, казалось бы — пусти паровоз под откос, долго ли? А с другой стороны?.. Пустил один, два, три состава и все, приплыли. Плюнут и прекратят. Справиться с автоперевозками все-таки в чем-то сложнее. Даже транспорт с людьми, длинный и тяжелый, маневренней паровоза с вагонами и уйти сможет, отбиться. — Мне с какого конца лучше встать?
— Я буду рядом с конями. — Семерка забрала у него шляпу. — Гляди вокруг внимательно. Не расслабляйся, смотри мне!
Енот кивнул в ответ и пошел на площадку. Стоявший на ней кондуктор покосился на него, но ничего не сказал. Поезд, грохоча на повороте, выкатывался из Сороки. Позади него остался небольшой блокпост, защищающий железнодорожный въезд в город. Катки стучали по рельсам, чуть скрипела сцепка и плохо подогнанная пластина на самой площадке.
— Опасаешься? — кондуктору пришлось наклониться к уху Енота. — А?!
— Да! — Еноту в ответ тоже пришлось орать. — Степняки, говорят, буйствуют?
— Есть немного. Только не здесь же, не рядом с городом. Хотя…
— Чего хотя?
— Правильно все делаешь, парень. Разве что не стой ты тут, зайди в вагон. Там хотя бы какая-никакая, а броня стоит на окнах, стенки тоже защищены.
— Да-да, спасибо.
Енот зашел в тамбур, кондуктор остался на площадке. В вагоне оказалось намного тише, ничего не грохотало и не стучало. Семерка виднелась в самом конце, сидя на чем-то. Ее сапоги торчали из приоткрытой двери, ведущей к выходу из вагона. Женщина курила, светлые клубы дыма плыли под самым потолком. На глазах Енота со стороны Семерки, гордо задрав голову, прошествовала к себе давешняя мадам в шляпке.
Щель амбразуры в ближайшем щите давала не очень удобный обзор, но метров на триста Енот видел практически все. В чем-то он полностью согласился с кондуктором, тоже решившим не торчать на открытом воздухе.
Под ногами все также равномерно стучали колеса о рельсы, вагон потряхивало. Енот внимательно смотрел в доступную ему для обзора сторону, стараясь не пропустить чего-то опасного. Сталкиваться со степняками, находясь внутри коробки из дерева и железа, не имевшей никакой маневренности, не хотелось. Семерка, сидевшая на своем месте, выглянула в тамбур, подмигнув Еноту. Вот еще, не хватало этого.
Несомненно, Енот не имел ничего против хорошего отношения к нему красивой женщины. Если бы не два «но». Он ничего про нее не знал, а сама ситуация не способствовала какому-либо увлечению. И дело было даже не в памяти о Медовой. Хани погибла давно, а жизнь вокруг продолжалась. Нет, дело вовсе не в этом.
Такую же, как Семерка, женщину, Енот знал. Красивую, умную, самостоятельную, опасную и уверенную в себе. Он бы зуб отдал на то, что у Семерки всегда и все хорошо. И хрена лысого она призналась бы в обратном. Это не сложно понимать, если у тебя в друзьях есть такая же. И различие у них только в размере груди, цвете глаз и выборе способа передвижения. А, да. И еще у Семерки роскошная грива, золотисто-медового оттенка. А у Файри — совершенно голая кожа и татуировка на полголовы. Стоит ли задумываться о чем-то большем, чем дружба в таких случаях? Тут Енот ответ себе вроде бы дал. Как бы ему чего не хотелось, но не стоит. Дружба дороже пусть сумасшедших и прекрасных, но всего нескольких «трахов».
— Так… — дверь в купе Бирюка отъехала в сторону. — Что-то мне не спится. Енот, отбой на три часа, потом разбужу.
— А ничего, что я уже час простоял? — поинтересовался Енот. — Или мне теперь каждый раз, как твоей пятке чего захочется, выполнять?
— Да ну, бунт? — Бирюк подошел ближе. — Будем спорить, нигилист, или как?
И подмигнул. Енот покосился в сторону Семерки, что-то сообразив, и пошел к Змею. Дверью садануть хотелось сильно, но он этого не сделал.
Змей все также спал, ворча и изредка вздрагивая. Пришлось поправить одеяло, что худой «научник» накрутил вокруг головы, предварительно открыв узкую форточку. В результате волосы у него на голове оказались мокрыми от пота, а сам он съежился, став похожим на длинноного мосластого кутенка, еще не ставшего псом. Енот покачал головой, глядя на него, но одеяло поправил.
Потолок у вагона обшили такими же панелями, что и стенки. Лак засох неровно, потеки образовали странный рисунок, на который Енот сейчас и смотрел. Заснуть не проблема, этому умению он научился уже давно. Но вот беда, спать не хотелось.
Итак, вопросов у него накопилось множество. Как раз сейчас самое время поразмыслить над ними, пытаясь свести воедино все непонятные нити и на выходе получить гладкое полотно. Осталось только начать, чем Енот и занялся. Мыслей в голове оказалось много, и хороших среди них было не очень много. Если не сказать наоборот.