Андрей - Сердце Агрессора

— Хорошо.

— И не бойся приказывать людям…

— Но я не умею!

— Когда–нибудь у тебя это получится. Береги девчонок… Передай Тангу, что независимо от его решения, топливо для звездолета вы получите!

— Хорошо, парень… До свидания.

— Маленькую зовут Ларри, вторая Мичи. Береги их!

Пока мы разговаривали, я смотрел только в глаза Джо Чеймера — третьего офицера земного звездолета. А зря. И сказала мне это маленькая мудрая девочка Ларри:

— Иль, смотри! Что это?

Мы стояли у стальной двери бункера, в мертвой зоне огнеметов, которые все равно были отключены. Люди–то этого не знали и даже в панике не пересекали границы выжженной земли. Топот ног, сирены автомобилей, стрельба, крики, плачь, визг наполнили окружающее пространство.

— Вам лучше вернуться на корабль, — сказала Ларри землянину.

— Вы с Мичи пойдете с ним.

Мичи кивнула и подошла к Джо.

— Мичи, — представилась она. — Джо! Нам лучше поспешить.

— Я остаюсь с Реутовым, — заупрямилась Ларри.

Я не успел ей ответить. На край выжженного пятна выскочила машина и, стараясь перекричать шум, земляне сидящие в ней заорали.

— Джозеф, бегом! Приказ Танга, всем немедленно вернуться на корабль.

— Что случилось? — закричал Джо, уже набирая скорость. За ним последовала только Мичи.

— Беги, Ларри! Беги!

Но девчонка, вместо того, чтоб вразумительно сказать, что–нибудь вроде ''Реутов, у тебя за спиной враги'' вдруг пронзительно завизжала и рухнула наземь. Я почувствовал страшную боль в плече, у меня потемнело в глазах, подломились ноги. Планета потянула тело к себе. Еще не коснувшись головой земли, я потерял ощущение жизни.

Улицы города были почти пусты. Редкие прохожие выскакивали на мягкий асфальт тротуаров из темных подъездов, пробегали до следующего подъезда или до автомобиля и скрывались в спасительной тени. Солнце Марусина, местное светило, уже перешло зенит, это ему явно не нравилось, и оно злилось.

Мне было совершенно все равно какое там у солнца настроение — на мне был защитный костюм. В нем была постоянная температура и я, в отличие от Мичи, вовсе не мучился от жары.

Мы гуляли по улицам пустынного города. Стойкая девушка Мичи пыталась показать мне Шекхаус–сити, доказывая, что ночью город выглядит несравненно лучше.

Я почти не слушал ее объяснений. Мне хорошо было идти с ней, любоваться ее телом, лицом, голосом.

В конце концов, я стал замечать, что с Мичи что–то не так. Она стала глубже дышать, шла медленнее и иногда закрывала глаза, обрывая при этом рассказ на полуслове. Когда лицо моего гида стало заметно бледнее, я догадался, что все дело в лютом солнце и предложил зайти в небольшой ресторанчик.

Время было «вечернее», люди готовились лечь отдыхать от «дневных» тревог и в ресторане было пусто и прохладно. Огромные кондиционеры не пускали в зал зной с улицы. Мы сели за самый дальний столик в сумеречном уютно освещенном лампой с зеленым абажуром углу. Я принес от стойки бара холодные коктейли в высоких запотевших стаканах. Напитки оказались хорошим лекарством для Мичи и она продолжила рассказывать о городе, а я продолжал ею любоваться.

— Ты не слушаешь меня! О Реутове задумался? — вдруг сказала Мичи, заметив, что я слишком уже долго молчу.

— Нет, я слушаю, слушаю. Рассказывай.

— Эх, где–то он сейчас?! — продолжила неожиданную тему Мичи.

— Это ты все время думаешь о нем, — сказал я, и через силу улыбнулся.

Почему–то эта мысль не радовала. Но даже если это действительно так, то, что я мог сделать? Их связывали долгие и опасные приключения на этой суровой планете.

— Нет, почему ты так решил?

И я решил, все–таки задать девушке вопрос, который мучил с первой нашей встречи. Я поглубже вдохнул и сказал:

— Скажи честно, Мичи. Ты любишь его?

Девушка подняла на меня свои прекрасные зеленые глаза и проговорила после минутного раздумья:

— Нет. Скорее всего, нет… Людей всегда или сильно влечет к Илю или сильно отталкивает, а вот я повисла посередине. Всегда буду ему благодарна за то, что он вытащил меня из подземелий горков, но иногда я его просто ненавижу…

Мичи опустила глаза к потрескивающему пузырьками газа напитку на столике. Она была грустна и сосредоточенна, а моя душа ликовала.

Я выяснил то, что хотел и решил сменить неприятную для Мичи тему:

— А разве у вас не купаются в реке? Это же так освежает! Когда я был маленький, очень любил купаться.

— Импорта течет с «Золотых гор»! — я уже испугался, что опять затронул какую–то больную для них тему, но она вдруг широко улыбнулась, сверкнув белоснежными зубами, и сказала:

— Ты был маленький? Вот уж не могу представить. Какой ты был, когда окончил среднюю школу?

— Я тогда уже не чувствовал себя маленьким.

-- ???

— Я уже считал себя серьезным молодым человеком.

— Да? А когда окончил школу звездолетчиков? Кем ты себя считал? Стариком?

— Серьезным молодым человеком.

— А сейчас, — Мичи, к моей радости, развеселилась. — Кем ты считаешь себя сейчас?

— Я все еще серьезный молодой человек.

Журчащий: как весенний ручей, смех Мичи отражался от высокого потолка ресторана.

Я почувствовал ветер игравший в моих уже сильно отросших волосах и услышал звуки. Мерное дребезжание мотора, плеск воды, голоса людей.

— Он слишком тяжел. Колеса глубоко садятся в песок! Учти малыш, если мотор заглохнет на середине реки, я выкину твоего отца, а тебя привяжу к раме, чтоб не убежала!

— Мистер шофер, не делайте этого. Он очень сильный человек и раны его быстро зарастают…

— Ах, ты мать твою! Заглох, зараза!

Мысли шофера были набиты еще более грязными ругательствами.

— Нет! — закричала Ларри и словно эхо, этот же крик отразился в ее голове.

Сильные руки взяли меня за руку и ногу. Стон натуги вырвался из ртов шоферов, я почувствовал краткий миг полета и почти тут же с головой ушел под воду.

— Реутов, Реутов! — вопил мозг девочки.

Я попробовал шевельнуться и мой верный спутник — боль сразу дала о себе знать. Открыв глаза, увидел исчезающие в мутной воде резиновые колеса.

Через несколько минут я понял, что судьба не хотела, чтоб я утонул. Как раньше не хотела, чтоб мою жизнь прервала пуля. Течение прибило меня к низкому песчаному берегу.

Вода освежила меня и кроме этого в ней была растворена сила. Река текла с месторождений трасса и несла в себе дух редчайшего в Галактике минерала. И я поблагодарил Тасти—Ное и реку за нежданную помощь.