Сергей Недоруб - Горизонт событий

— Его кидать нельзя, — сообщил он. — Может испортиться.

— Шаг назад! — прорычал Тефлон, перезаряжая ружье. — Сталкер, ты цел?

— Мужики, вы попутали, — попробовал успокоить их Борланд. — Я такой же, как и вы, — обычный бродяга.

— Да неужели? — не поверил Чехол. — Ты ж бандит хренов, гиена паршивая!

— Чехол, послушай…

— Молчи, смертник!

Чехол не договорил — незаметно подкравшийся сзади Фармер, на которого временно никто не обращал внимания, треснул его по башке. Незадачливый мародёр охнул и упал. Тефлон отвлёкся всего на миг. Борланд схватил рукой ствол ружья, дёрнул в сторону. Двустволка снова выстрелила, и Борланд что было сил врезал Тефлону по скуле. Через секунду тот лежал рядом с товарищем.

— Ты чего? — спросил Борланд Фармера. — Зачем ты их бить начал? Мог бы просто сказать, что я свой.

— И что бы это дало? — возразил Фармер, потирая ребро ладони, которой приложил Чехла. — Пацаны бы решили, что я сам переодетый.

— Да к чёрту этот маскарад! — Борланд стащил с себя маску. — Здесь кто попало может местным авторитетом прикидываться. Любой, кого мы встретим.

Лежащий на земле Чехол принялся подавать признаки активности. Фармер быстро подобрал оружие.

— Мужики, не стреляйте, — взмолился Чехол. — Да, мы не бандиты. Их сейчас на Свалке полно, вот мы и решили ими прикинуться. А так мы обычные сталкеры.

— Так мы тоже, — заверил Борланд. — Зачем же вы к нам прибились?

— Его освободить! — Чехол показал на Фармера. — Видим — бандит ведёт сталкера под прицелом. Решили помочь человеку. Думали, ты отвернёшься, мы на тебя и нападём.

— И как бы вы напали? — спросил Борланд. — Пулю в спину пустили бы?

Чехол отвёл глаза. Тефлон обернулся, словно ища поддержки, затем состроил неуверенную гримасу — мол, а что ещё нам оставалось делать?

— Двигайте отсюда, — приказал Борланд. — Фармер, верни им оружие. Стволы не поднимать, я слежу. Всё понятно?

Парни закивали, забрали оружие и быстро ретировались.

— Ну просто супер, — покачал головой Фармер. — Мы их за дураков держим, а они нас.

— А когда было иначе? — Борланд встал на край холма, следя за редеющим потоком мутантов из-за наполовину вкопанного в землю старого холодильника без ручки. — Ты смотри, их становится меньше.

— Теперь вся эта куча на Кордоне, — произнёс Фармер. — Не позавидую я бродягам из «Чистого Неба». Конечно, вояки смогут остановить зверушек, если Вишну проявит благосклонность.

— Должны остановить, — согласился Борланд. — Если сегодня случится первый в истории Зоны серьёзный прорыв монстров в нормальный мир, это будет прикол века.

— Ладно, давай двигать вперёд, — сказал Фармер и стал спускаться, стараясь не поскользнуться на куче металлического хлама. — Гон уже прошёл. Не хочу дождаться, пока этот зоопарк поползёт в обратную сторону.

Они быстро прошли расстояние от одного края равнины до другого. Аномалий Борланд не опасался — их не может быть в месте, где только что беспрепятственно протопали орды монстров. Сталкер опасался только людей. Если где-то могли затаиться настоящие мародёры, так только здесь.

— Видишь следы взрыва? — Фармер показал рукой между двух пурпурных кустов. — Гранатой разнесло. Раньше там был мародёрский бруствер. Сейчас там могильник.

— Кто поработал?

— Поговаривали, что «Свобода».

— Нет. Не «Свобода».

— Почему ты так думаешь?

— Зональная инженерия, — объяснил Борланд. — Не парься, я это определение сам придумал. Разное поговаривали, и «Свобода» поговаривала. Поговаривала, но ни за что не призналась бы, будь это в самом деле она.

— Как-то всё запутано.

— Ничего страшного. Поведение кланов начинаешь чувствовать примерно после первого года в Зоне. Но ты лучше выработай собственное чутье.

— Я не планирую оставаться в Зоне так долго.

— Мало кто планирует, — вздохнул Борланд. — Однако всегда лучше настраиваться на долгое пребывание в здешних краях. Никто не знает, как нам наши действия отзовутся. Так что ты правильно сделал, что привёл наш бункер в порядок.

— Если честно, мне уже не хочется его тебе возвращать.

— Может, и не придётся, — подумал Борланд вслух. — Если я отсюда уйду, а ты останешься, то я оставлю схрон тебе полностью. Ты его заслужил.

— Спасибо.

Равнина кончилась. Впереди был сосновый бор, почти нормальный даже по земным меркам. Насколько помнил Борланд, он никогда особо опасным не был. Главное, не зевать да не быть в ссоре с «Долгом», только и всего. Борланд впервые задумался, что будет делать, добравшись до «Долга» без Клинча.

— Майор, конечно, козёл, — сказал сталкер. — Сбежал ли он от нас, или же позволил себе умереть — всё равно козёл.

— Он же тут совсем новый, — встал на защиту майора Фармер. — Вряд ли он вообще когда-либо по Зоне ходил. Я имею в виду — пешком и сам.

— Все с чего-то начинали.

— И он никак не может быть впереди нас, если всё ещё жив.

— Однозначно, — согласился Борланд. — Если только не махал «Калашниковым» над головой, как пропеллером, чтобы перелететь через мутантов.

Тихий рык прервал его измышления по поводу теорий новаторской авионики.

Сталкер остановился, пригнулся, сдёрнул с плеча дробовик. Фармер «держал» спину.

— Знакомый звук? — спросил Борланд.

— Нет. Кто это?

— Кто-то нехороший.

— Неужто кровосос?

— Он самый. От стада отбился, наверное.

Звук приближался. Становилось ясно, что рычание гораздо громче, а его источник дальше, чем казалось вначале. Борланд напряг зрение, наблюдая за землёй. Не было смысла пытаться разглядеть самого мутанта, когда он не находится на одной линии с располагающимся сзади него источником хорошего света. К сожалению, вслед за кровососами полтергейсты не летают, а солнце стояло уже достаточно высоко.

Фармер выстрелил в нужную сторону. Никакого эффекта.

— Очередью лей! — рявкнул Борланд. — Давай!

Парень выполнил приказ. Рычание перешло в короткий рёв, и Борланд выстрелил точно на звук.

Хорошая штука «отбойник». Если говорить точнее, «protecta», которую в своё время приручил ещё покойный старина Патрон. Но иначе как «отбойником» её и не назовёшь. На таком расстоянии отобьет всё, что можно. И кровососа остановила бы точно — будь он на месте. В случае попадания из такого агрегата в кровососа последний неизбежно выходит из режима невидимости — нервная система не справляется с таким шоком, — заодно разлетаются комья окровавленной плоти и раздаётся закономерный рёв раненого зверя, который, если быть честным, в какой-то степени у всех живых существ одинаков, не исключая человека. В этот раз ничего не было, что означало, что мутант попросту отпрянул в сторону. Промахнуться Борланд не мог — с четырёх метров у «отбойника» нет в принципе такого понятия, как промах.