Андрей Левицкий - Сага смерти. Мгла

Катя исподтишка оглядела лица наемников. Мировой застыл, поджав губы, Кирилл был бледен, Нешик морщился и часто моргал. По лицам Болотника и синхронов ничего невозможно определить, Анчар же, казалось, о чем-то напряженно размышляет. Она вновь посмотрела на Кирилла. Катя знала – деньги они с собой не взяли, оставили где-то неподалеку от Сундука. Теперь доля Брюквы поделится между остальными тремя наемниками…

– Это были не зомби, – произнес вдруг Анчар.

– Кодированные, – сказала Катя.

– Да. Живые люди, мозги которых склеились.

– Может, из-за той аномалии? – предположила она. – Которая нарушила работу оружия? Если они находились рядом с ней долго, аномалия могла воздействовать как-то еще…

– Нет, – сказал Болотник, и все, кроме Нешика с синхронами, посмотрели на него. Следопыт стоял, широко расставив ноги и сложив руки на груди, полы плаща качались на ветру. – Никакая аномалия не может склеить человеческие сознания.

– Тогда что? – спросил Мировой.

– Что-то живое.

– Живое, – повторил Анчар недовольно. Катя уже заметила эту черту его характера, естественную для человека, привыкшего командовать и брать на себя ответственность за жизнь других людей. Анчара мало что могло вывести из себя, но он начинал сердиться, когда кто-то что-то не понимал. – Живое – слишком общее понятие. Значит, это сделал человек?

– Мутант? – добавил Мировой.

– Контролер? – предположила Катя. Болотник ответил:

– С таким раньше не сталкивался. Не знаю. - Заговорил Кирилл, внимательно слушавший разговор:

– В том-то и дело – их же было больше десяти. А синхроны… – Он покосился на стоящих в стороне братьев. – Двое, ну, трое. Я слышал, один контролер за Темной долиной когда-то сумел срастить разумы квада из Долга, то есть четверых. Они тут же сошли с ума и перестреляли кучу народа. Но двенадцать человек? Пятнадцать? – Кирилл пожал плечами. – Что вообще происходит на этих болотах?

Катя поймала на себе взгляд Анчара, наклонив голову, из-под опущенных ресниц незаметно покосилась на него. Командор смотрел со странным выражением. Он подался вперед, собираясь что-то спросить, но глянул на Мирового, на Кирилла – и передумал. Наверняка хочет узнать, что я несу в контейнере, решила она. Понять, какова цель всей экспедиции.

– Ну так чиво? – спросил Хохолок, выпрямляясь. – Идем, што ли?

– Помоги ему, – велела Катя.

– Чиво это? Я тебя охраняю!

– Помоги, я сказала! – Она показала на Нешика. – Быстро, ну!

Хохолок упрямо насупился, но девушка глядела так грозно, что он, проворчав что-то, положил пулемет у ее ног и пошел к Нешику.

Вдвоем они быстро покончили с ямой. Хохолок отошел, отряхивая ладони и все еще недовольно зыркая на Катю, Нешик с Кириллом подняли тело, осторожно перенесли и положили в могилу. Кирилл и Мировой были, в общем, спокойны – Катя видела, что смерть товарища не вывела их из душевного равновесия, – а лицо Нешика стало будто мертвым.

Когда Брюкву положили в яму, Аслан вдруг подошел к могиле. Карим остался на месте, глядя в сторону церквушки, а брат его присел на краю ямы и заглянул.

– Ты чего? – спросил Нешик угрюмо.

Несколько секунд синхрон молча разглядывал труп, потом выпрямился и вернулся к Кариму.

Кирилл, проводив его взглядом, пожал плечами и взялся за доску.

– Командир, – позвал Нешик.

– Просто закопайте его, – откликнулся Мировой. Катя нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Вся Зона усеяна трупами, так из-за чего тут канителиться? Импровизированные похороны уже начали выводить ее из себя. Но при этом какая-то частичка Кати, будто обладавшая собственным разумом, смотрела на нее со стороны. Смотрела – и ужасалась ее черствости, жестокости, ужалась той Екатериной Орловой, какой она стала в последнее время.

Нешик что-то пробормотал, откашлялся и неловко произнес:

– Мишка, ты… покойся с миром, в общем.

Кирилл стал забрасывать тело землей, и молодой наемник, помедлив немного, присоединился к нему. Катя сказала:

– Что, если эта сила, которая срастила ренегатов, появлялась и в других местах?

– В смысле? – спросил Мировой. Она повела рукой вокруг.

– На болотах тихо, потому что здесь никого нет. Нет людей. А в сталкерском лагере – есть. Но если их тоже… склеили? Зачем нам идти в этот лагерь? Надо обойти его стороной.

– Запасы не помешает пополнить, – возразил Мировой. – Там же лавка Суслова. Хотя вообще ты права, конечно.

– Э, а пожрать? – влез Хохолок. – У костерка, а? Вы чё!

– Мы можем обойти лагерь, – сказал командир, не слушая. – И дальше двигаться намеченным курсом. Только… Что это?

Все вскинули оружие, развернулись. В стороне по болоту катил большой, по пояс человеку, клубок веток, на которых еще сохранилась желтая сухая листва. В глубине тускло поблескивали кости, крепко опутанные тонкими корнями и стеблями вьюна.

– Перекати-еж… – прошептал Нешик. Мировой приказал негромко:

– Никому не шевелиться! Он далеко, не почувствует нас. - Катя во все глаза смотрела на эту штуку. Раньше она их не видела, хотя наслушалась рассказов от Глеба и Опанаса. В Зоне за последний год возникло много нового: начали расти Деревья-Кукловоды, появились новые аномалии – слизистый пузырь, купол, поганка, кислотная вдова, свеча… Перекати-еж – подвижная аномалия, очень необычная, наподобие Дерева-Кукловода, то есть аномальное растение. Этот был явно очень старым и катался по просторам Зоны уже не один год – распухший от комков земли, древесины, листьев, от костей и черепов.

Стволы оружия медленно поворачивались вслед за аномалией, а она, двигаясь со скоростью пешехода, взобралась на плоскую вершину болотного холмика, мгновение помедлила там, будто раздумывая, скатилась с другой стороны и пропала из виду.

Нешик громко выдохнул. Катя, уже несколько секунд искоса приглядывавшаяся к Болотнику, спросила:

– Что с ним?

Следопыт побледнел, обхватив себя за плечи, уставился куда-то на юго-восток. Глаза были сощурены.

– Макс! – позвала Катя, и тут Аслан с Каримом зашипели. Первый присел, вытянув перед собой руку с крюком, второй побежал к сгоревшему дому. Синхрон взлетел по обугленной стене, выпрямившись на вершине, уставился в ту же сторону, куда глядел Болотник.

А тот вдруг опустился на колени и зажмурился.

К этому времени три «М-4», два «Markа» и один пулемет смотрели на восток. Катя приподнялась на цыпочках. Ей показалось, что рюкзак дернулся – вернее, дернулся висящий на нем контейнер, будто артефакт внутри ощутил что-то. Да и сама девушка почувствовала темный колючий ветер, подувший из глубины болот.