Владимир Контровский - Криптоистория Третьей планеты
«Неужели она верит, что избалованному женским вниманием Правящему и в самом деле нужно от неё нечто большее, чем просто ночь-другая? Она, Умница Лилит!»
Кудесник явно оценил значение вопроса. Он ещё раз обласкал галактианку глазами и церемонно кивнул.
— Да, почтенная.
«Ого! — едва не вырвалось у адмирала. — Подобная формула принята только при обращении к Правящим от всех прочих и при общении Правящих между собой! Очень многообещающе…»
Даэций пожалел, что находится не в своём кругу. Среди офицеров Галактического Флота сохранялось и поддерживалось множество традиций, вплоть до самых архаичных, корни которых терялись в глубине тысячелетий. И Кодекс офицерского корпуса, невзирая на весь прогресс, допускал даже дуэли на любом оружии — от голых рук до бластеров, — коль скоро было затронуто хрупкое понятие чести. А уж ради того, чтобы добиться любви или чтобы защитить свою любовь, Звёздные Навигаторы были способны на очень многое…
«Ты пытаешься завоевать мою подругу? Ладно, примем твои условия поединка…».
И тут Даэций заметил, что Лилит смотрит на него как-то по-особому; и в глазах её появился одобрительный блеск.
«А вдруг она… читает мои мысли? Почему бы и нет? Что я вообще знаю о Признавших Необъективное? Лилит до сих пор ограничивалась недомолвками и неясными намёками, стоило мне ненароком коснуться этой темы».
— А существует ли у вас уверенность, почтенный, — спросил он напрямик, — что все составляющие личности однозначно описываются нашими научными категориями? Как быть, например, с любовью и иными сильными чувствами? Ведь руководствуясь эмоциями, Носители Разума зачастую поступают нелогично!
Я верю, что можно зафиксировать всю событийную сторону бытия наделённого Разумом существа и даже все сопутствующие переживания, но будет ли такой блок информации Истинной Душой? Тот, кому вы подарите подробное описание кем-то прожитой жизни, прочтёт это описание с некоторым интересом, но отождествит ли он при этом действующее лицо повести с самим собой? Вы до конца уверены, что познали суть Разума?
— Разум — это свойство высокоорганизованной материи, проявляющееся во Вселенной по закону статистической случайности. И не более того! — отрезал Технократ. — А всё, что материально, то принципиально познаваемо и может быть повторено. Не будем касаться религиозных верований, это просто несерьёзно. Все они основаны только на страхе перед предстоящим небытиём и питают Разумных утешительными сказками о бессмертной душе и загробной жизни.
Даэций промолчал — с догмами не спорят: это бессмысленно. «Ну-ну» — подумал он.
— А что касается эмоций… — Правящий чуть поморщился. — Не стоит слишком переоценивать их роль в жизни нашего общества — рационального и совершенного общества. Наши типовые брачные союзы основываются не на чувствах, а не реалиях, на тех преимуществах, которые могут дать друг другу мужчина и женщина в результате такого союза. Прежде всего — статус, это для нашей цивилизации основополагающее. А чувства — они вторичны, и всецело подчинены целесообразности. Простой пример — женщины в своём выборе друга, как правило, руководствуются критериями успешности кандидата. Иногда, правда, оценивается потенциальная перспективность избранника — авансом, так сказать, — но если ожидания не оправдываются… Такой союз обречён, и он неминуемо распадётся. Для необъективного осталось мало места, а в недалёком будущем оно исчезнет совсем.
«Интересно, а знает ли Кудесник, что хозяйка этого дома и есть Признавшая это самое Необъективное? Непохоже… Он вёл бы себя по-другому… Или Правящий непоколебимо уверен в собственной неотразимости?» — подумал Даэций и задал следующий вопрос:
— Значит, все средние, — а их среди нас подавляющее большинство, — обречены на одиночество?
— Ну почему же? Сработает закон соответствия: средним достанутся средние, на долю неудачников останутся неудачницы, а вот самые ценные призы… — и Творитель Машин так посмотрел на Лилит, что навигатору захотелось просто-напросто сбить Технократа с ног без всякого соблюдения дуэльных правил — каким бы диким подобный поступок не выглядел.
— Не согласен, — резко бросил Даэций без традиционного «почтенный». — У меня нет доступа к статистике по всем нашим обитаемым планетам, однако я лично знаю многие пары, ничуть не соответствующие такой классификации. — Он чуть было не добавил «а мы с Лилит?», но вовремя прикусил язык — ведь его подруга молчала, и было бы слишком самонадеянно говорить за неё. — Мои коллеги по Дальней Разведке, они…
— Исключение лишь уточняет правило, — холодно перебил его Правящий, от внимания которого не ускользнуло пренебрежение формулой вежливости. — Странно, что вы упустили это из виду. Всё живущее — а тем более думающее — совершенствуется, отбрасывая ненужное в ходе эволюции. Так и мы. Нелепые эмоции отомрут, как мешающие и тормозящие наше дальнейшее развитие. И мы создадим новую расу — Расу Бессмертных!
— А зачем Бессмертным размножаться и плодить себе новых конкурентов? Вы хотите срастись с Машинами, зачем вам тогда нужны женщины? «Всё, Кудесник, если ты ещё раз вякнешь что-то об отмирающих эмоциях, о самых ценных призах и о неудачниках, я просто расшибу твою холёную физиономию. А там пусть хоть с флота выгоняют!».
И тут Лилит гибким движением встала из-за овального стола, за которым они сидели, — Даэций почувствовал липкий холод в груди («Ну вот, дождался…»), — и с чуть ироничной улыбкой сказала:
— Почтенный гость, я признательна тебе за сегодняшний вечер. Я узнала столько нового и крайне интересного! Но теперь нам с моим другом пора остаться вдвоём: ночь короче, чем того хотелось бы.
«Хм-м, она обратилась к Правящему на „ты“, — подумал навигатор, раздираемый „нелепыми эмоциями“: неостывшей яростью, ревностью и одновременно радостью. — Что это — желание подчеркнуть свою равность или свидетельство дружеских отношений: былых или возможных будущих?»
В лице Творителя Машин что-то неуловимо дрогнуло, — он явно рассчитывал на нечто большее! — а Лилит невозмутимо закончила традиционной формулой:
— Мы желаем тебе плавного переброса.
«Как она выделила голосом это самое „мы“. Спасибо, Лилит…»
Технократ умел проигрывать (а может, намерен был в скором времени взять реванш?). Он изящно поклонился и… исчез.