Андрей Левицкий - Нашествие 2. Буря миров

Вспомнив про свой нож, о котором позабыл в суматохе, Кирилл выхватил его из кармана и полоснул по натянутой веревке. Конец ее упал в воду, и течение сразу потащило лодку вдоль крыши.

Темноту, пронизанную косо летящим снегом, озарила вспышка. Багровое облако, подсвеченное снизу ярко-красным, вырвалась из колодца. Дрогнула крыша под ногами, черепица поползла с нее, посыпалась с края. Сквозь широкую трещину, появившуюся в стенке колодца, вода с клокотанием устремилась внутрь.

Кир оказался в лодке одновременно с Мариэнной. Подняв револьвер, она встала на носу, а он схватил весло и оттолкнулся от крыши. Лодка ударилась о небольшую льдину, та стукнула о другую, лед заскрипел, крошась. Денис отполз к корме, тогда Кирилл смог усесться на лавке и схватить второе весло. Сунул весла в уключины, навалился… Лодка поплыла вслед за бодро рокочущим катером.

Два желтых луча ударили им навстречу, и падающий снег вспыхнул мириадами белых искр. Мариэнна, вскочив, подняла револьвер. Кирилл прекратил грести, привстал, оглядываясь. По реке плыли два больших катера с высокими бортами, на палубах стояли люди.

Сразу несколько выстрелов раздались одновременно: курки спустили Мариэнна, Багрянец, Батур, Леша и несколько варханов на катерах. Замигали вспышки, сухой треск и бульдожье рявканье разнеслись над рекой, заглушая плеск волн и шум сталкивающихся льдин.

Одна пуля впилась в борт, другая пролетела низко над головой, третья расщепила черепицу… Через борт катера кувыркнулся вархан, упал в черную воду, казавшуюся маслянистой и густой, как машинное масло, и мгновенно исчез из виду, словно проглоченный ею. На льдину рядом свалилось выпавшее из его рук пьезо-ружье.

– Поворачивайте! – задребезжал впереди Леша.

Кирилл опустил одно весло глубже в воду и начал быстро грести вторым. Нос лодки повело в сторону, но слишком неторопливо. Тогда он вскочил, выдернув весло из уключины, наклонился через борт, покрепче упер лопасть в крышу и надавил – Кир находился ближе к носовой части, и лодка стала разворачиваться быстрее.

– Слангач! – выкрикнул Мариэна в паузе между выстрелами. – Атоя фамила слангач!

– Обман, – слабо донеслось сзади. – Она говорит… предатель. На их базе был предатель.

Варханские посудины быстро приближались, катер повстанцев уходил от них по крутой дуге, направленной в сторону берега – а лодка поворачивала в другую. Когда она наконец обратилась кормой к преследователям, черепичная крыша и остатки колодца почти скрыли ее от катеров. Кира толкнули вбок, он посторонился – перешагнув через лавку, рядом опустилась Мариэнна. Схватила весло, которое он бросил у борта, вставила в уключину. Кирилл взялся за второе, девушка посмотрела на него, кивнула – и они стали грести, лавируя между льдин, которые быстрое течение несло вдоль берегов черной реки.

– Утверждает, что был командиром охраны того берсера, с которым связались еретики.

– Берсера? – переспросил Максар. Скрытая повязкой половина его лица вновь горела огнем, а в глазницу, как в воронку, залили расплавленный металл, который по капле просачивался в мозг, наполняя голову жгучими пульсациями… но по неподвижной второй половине никто бы не догадался о муках, которые испытывает командер.

– Нет, конечно, нет, – улыбнулся темник, прекрасно знающий, как ревностно относятся к этому титулу потомственные 'беры'. – Хозяин Лагойды был важной персоной здесь, но, конечно, не берсером, я выразился неправильно. Скорее… торговцем? Да, можно сказать так. Торговец, а еще исследователь. К тому же богач, содержавший собственный отряд охраны. Теперь он мертв, погиб в том доме, возле которого я нашел тебя, когда на Териане еретики отбили наш мобильный ворсиб. Он, – Эйзикил повел рукой в сторону пленника, – был вместе со своим хозяином, а когда тот умер, присоединился к воинам, которых мы видели там. Тем, что спешно покинули здание.

– Значит, это воины не из охраны торговца?

– Нет, самостоятельная группа.

– Которая позже напала на Красный лагерь. Их целью была именно машина экстра-связи?

– Пленник утверждает, что да.

– Но для чего она им? Разве аборигены знают, как она работает?

– По его словам, с ними находится пеон по имени Явсен.

Темник очень внимательно посмотрел на Максара, должно быть, ожидая увидеть на его лице какое-то чувство, хотя бы тень, намек на эмоцию – но не увидел ничего.

Хотя в тот момент, когда имя пеона достигло ушей, поврежденный глаз командера полыхнул такой свирепой болью, что он едва не лишился сознания – чего, на памяти Максара, с ним не случалось еще ни разу. Явсен! Тот самый пеон из Красного лагеря, который ранил его. Осквернитель!