Андрей Левицкий - НАШЕСТВИЕ

В грудь уперся ствол "калашникова". Его держал стоящий на боку ближнего сидения здоровенный парняга с выпученными покрасневшими глазами.

– Попался, сука?!

С рассеченной губы его текла кровь, крупное грубое лицо перекосило – левая скула вспухла после удара обо что-то твердое.

– Ты устроил?!

– Что? – не понял Сотник.

– Назад отодвинься! Резких движений не делать! – Конвоир полез наружу. – Сбежать решил?!! Не шевелись, тварь!

Игорь отодвинулся на край кабины, и парень выбрался наверх. В распахнутой дверце было видно, что водитель неподвижно висит на ремне, а второй конвоир провалился в пространство между сидениями. Он ворочался там и стонал, держась за грудь.

– Степа, как ты? – окликнул первый, сверля Игоря взглядом.

– Грудину мне продавило, – донеслось из кабины слабо.

– Ребра сломал?

– Вроде нет.

– Тогда вылазь. А Петр?

– Слушай, по-моему... – показалась рука, затем нервное худое лицо. – По-моему, помер он. Башкой сильно ударился... И кровь с виска течет. Боря, это что, побег? То есть эта... попытка побега?

– Ну, тварь поганая! – снова вызверился Боря и, шагнув к Сотнику, стволом автомата врезал ему в скулу.

Игорь упал на спину, а конвоиры встали над ним. У одного в руках был "калаш", у другого ПМ.

– Свихнулись с перепугу? – Сотник сел, отирая кровь рукавом. – Думаете, я это все устроил?

– Не ты, так сообщники твои!

– И это? – Он показал на светящееся облако над перекрестком.

Конвоиры едва-едва начали приходить в себя. Степа оглянулся первым, и когда повернулся обратно, лицо его дергалось, а глаза округлились.

– Что... что это? – пробормотал он и облизнул сухие губы. – Что там висит?

Боря молчал, разинув рот, и пялился на облако. Зеленого неба пока никто из них не заметил.

Глаза Степы вдруг стали совсем дикими, он присел, подняв пистолет.

– Борька, а если засада?.. – невнятно забормотал он. – Если дружки... Сообщники этого... Его вырубить надо, чтоб не рыпался, и...

Не договорив, он шагнул к Игорю и занес ногу, чтобы врезать ему каблуком по голове - и тогда Сотник сделал подсечку. Конвоир упал, вышедший из ступора Боря с матами набросился на заключенного, заехал прикладом в лоб, ногой – по ребрам, снова опрокинул на спину. Степа вскочил, бешено вращая глазами. Игорь крикнул:

- На небо гляньте, идиоты!

Оба уставились вверх. Игорь опять сел. Стволы пистолета и автомата были направлены на него, хотя оба конвоира стояли, задрав головы. Против ожидания, на Борю небо произвело впечатление обратное тому, на которое рассчитывал Сотник – конвоир нагнулся и упер ствол ему в скулу.

– Не знаю, как ты это сделал... Ну все, щас я тебя завалю – при попытке к бегству!

За их спинами из зеленого облака над перекрестком появился темный силуэт.

Сотник прищурился.

На человеке был длинный плотный плащ из чего-то, похожего одновременно на кожу и брезент, противогаз необычной формы, сапоги с тупыми носками и мягкими резиновыми подошвами. На груди ремень, из-за плеча торчит короткий ствол.

Он огляделся, стоя на вершине громоздящейся под облаком кучи обломков. Обтянутое резиной лицо с двумя тусклыми окулярами обратилось к перевернутой машине, и человек стал спускаться, ловко прыгая по обломкам.

– Степа, слышь! – позвал Борис. – Надо с нашими связаться.

– Смотрите, кто там идет, – произнес Игорь. – За вашими спинами, и у него ствол.

– Ты меня за идиота держишь, урка?! Типа, чтоб я отвернулся...

– Борька, сзади! – заорал Степа.

Он снова присел, двумя руками вскинув пистолет. Незнакомец прыгнул в бок, мгновенно выдернув оружие из-за спины. Степа выстрелил, но промахнулся. Гость из облака уже стоял на одном колене, уперев в плечо приклад короткоствольного ружья. Оно сухо треснуло, от ствола к Степе протянулась алая молния, и конвоира отбросило назад. Он врезался головой и плечами в спину Бори, который от неожиданности выстрелил – хорошо, что за миг до того Игорь подался вбок, и выстрел лишь оглушил, почти контузил, но не убил его.

Пуля пробила металл возле самого уха. Боря повалился на Сотника, но сразу откатился в сторону.

Незнакомец в противогазе за эти мгновения ухитрился преодолеть расстояние до кабины и даже залезть на нее. Темный силуэт возник на фоне неба, в окулярах отразились два лежащих человека, взметнулась рука, сжимающая нож с извилистым лезвием. Незнакомец прыгнул к поднявшемуся на колени Боре, который снова выстрелил и попал ему в ногу.

Человек ударил, Боря машинально прикрылся "калашом", лезвие высекло искры из цевья. Противник сделал неуловимо быстрое движение, конвоир заорал, и тогда лежащий навзничь Сотник врезал носком ботинка по тому месту, куда угодила пуля.

Когда противник упал, Игорь резко сел. Боря лежал рядом на спине и корчился, держась за плечо, из которого торчал нож. Игорь рванул его из раны, конвоир заорал, но Сотник этого не слышал, в ушах его стоял шелест ночного дождя, а перед глазами была совсем другая картина: лужи, окоп, свет прожекторов во мгле далеко позади, он сам – на дне рва, и фанатик-смертник, неожиданно прыгающий на рядового Сотника из темноты с ножом в руках. Короткая схватка, барахтанье в грязи... Игорь тогда просто схватился за лезвие и рванул на себя. До костей рассек пальцы – их теперь "крутит" перед резкой сменой погоды – но завладел ножом, чья грязная, скользкая рукоять вывернулась из руки смертника. Перехватил оружие левой и воткнул ему в горло.

Сейчас хвататься за клинок не пришлось, но ударил Игорь в то же самое место – ткнул извилистым клинком под гофрированный "хобот" из грубой черной резины, непривычно широкий, с железной коробочкой на конце.

После этого ночь, дождь, окоп и смертник пропали, и снова вокруг была московская улица, перекресток, светящееся изумрудом облако и зеленое стеклянное небо вверху.

Для того, кто получил удар ножом в горло, человек прожил на удивление долго – ему хватило времени и сил на то чтоб снова поднять свое ружье и направить его в голову Сотника. Но не хватило на то, чтобы выстрелить.

Степа лежал на спине, и на грудь его было страшно смотреть. Алая молния разворотила ее, не грудь, а пещера какая-то, красный провал в теле, хотя крови нет – внутри все запеклось, прожарилось... Это что, электроразрядом в него, что ли, выстрелили?

Боря тоже лежал на спине, но живой, хотя извилистый нож оставил в плече рану очень неприятного вида. Он хрипло матерился, дергал ногами и пытался зажать ее ладонью.

А незнакомец лежал на боку, ноги его свесились в кабину через проем раскрытой дверцы, руки в легких перчатках с обрезанными пальцами были вытянуты по швам. Правая штанина разорвана под коленом, в дыре виднеется что-то вроде кожаного доспеха - изогнутая коричневая пластинка, скорее всего, как-то закрепленная ремнями на лодыжке. В ней и застряла пуля.