Альтернативная история читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 152

Алхимия и герметика.«Королевское искусство» и «искусство королей».Загадочная наука, связавшая в прочную цепь магов и авантюристов, философов и чернокнижников.Алхимиков то принимали как равных, то жгли на кострах Святой инквизиции.Перед вами — история одного из ПОСЛЕДНИХ АЛХИМИКОВ Европы.История тайн и приключений, чудес и мистических открытий.Потрясающая интеллектуальная фэнтези, открывающая читателю НОВУЮ ГРАНЬ таланта Нила Стивенсона!

В начале войны наш современник попал... это - раз.Современница, красавица и спортсменка неожиданно для себя получает возможность попасть - и попадает, прямо в пекло войны естественно. Это два.Опять современник попал, но прямо перед войной - это три.Попал (снова современник естественно) в конец позапрошлого века — это четыре.Снова перед войной, и снова попал, но не современник, а целый город - это пять.Опять современник, но не быдло деревенское, а крутой топ-менеджер и буржуй крупный капиталист, но не попал. Зато - вселился, и это будет уже шесть.И, наконец, то чего мы все так долго ждали! Да, опять попал, да, опять современник, но в совершенно мирное время к пещерным медведям и саблезубым белкам тиграм! Это - апофеоз всего и цифра семь.Интересно, что они там все делать собрались?Вот.

Повесть «Смерть и рыцарь» впервые переведена на русский язык.

Аннотация:Когда после "Детей империи" появилось "Задание империи", автор задумался.Во времена Века Империй (это не про игру от Майкрософт) мы были образцом для всего прогрессивного человечества и хотя бы в сказках имели претензию на улучшение мира. Прекратить на планете войны, победить преступность, ликвидировать угнетение и бесправие, покончить с неграмотностью, голодом и эпидемиями, накормить 36 миллионов человек, которые сейчас, по данным ЮНЕСКО, ежегодно умирают от последствий голода на фоне презентаций новых смартфонов, или, на худой конец, показать противнику кузькину мать. С окончанием этой эпохи общество придушило мечты о Светлом Будущем и кинулось дружно грезить о Великом Прошлом. Несмотря на объявленную свободу творчества, за последние два десятилетия не создано ни одного мира будущего, о котором хотелось бы мечтать; с появлением Интернет надежды на то, что где-то лежит рукопись, спрятанная в стол, рухнули, ибо теперь все выкладывают в Интернет — он все стерпит.С другой стороны, грезить о Великом Прошлом проще и приятнее, потому что никто никогда не заставит читателя его строить — оно уже где-то есть готовое, обернутое в пленку с этикеткой и штрих-кодом, и его лишь остается разогреть в микроволновке и вкушать. Великое Прошлое удобно в потреблении и от этого нам никуда не деться.И родилась у автора идея — пусть главный герой направится в Великое Прошлое Двойного Назначения, которое по случаю надобности может быть и Светлым Будущим в финальном релизе.Автор вновь предупреждает, что Светлое Будущее окажется не совсем таким, каким его все привыкли изображать, потому что это не мечта, а совершенно реальное и практичное Светлое Будущее, и оно не требует комплектации ангелами. Какой смысл мечтать о рае земном, если тебя, обычного и грешного, туда не пустят, верно? Естественно, в повествовании будут мимолетные романы и всевластные спецслужбы, Сталин возникнет в новом качестве, Берию автор не обещает, но в качестве компенсации будет НАТО.Итак, на сей раз — назад в будущее!

После распада России журналист Владимир Лузгин, хорошо знакомый читателю по трилогии «Слой», оказывается в Западносибирской зоне коллективной ответственности. Ее контролируют войска ООН. Чеченские моджахеды воюют против ооновцев. Сибирские мятежники — против чеченцев, ооновцев и федералов. В благополучной Москве никто даже не подозревает об истинном положении вещей. В этой гражданской смуте пытается разобраться Лузгин, волею журналистской судьбы оказавшийся в зоне боевых действий. Помалу он поневоле начинает сочувствовать тем, кого еще недавно считал врагом.Присущие авторуострое чувство современности, жесткий и трезвый взгляд роднят остросюжетный роман Виктора Строгалыцикова с антиутопиями Джорджа Оруэлла и Олдоса Хаксли. Но, в отличие от прославленных западных образцов жанра, «Край» оставляет надежду. Надежду на то, что лучшие, родовые черты российского народа помогут ему остановиться у края…

Книга пишетсяОбновление от 19 ноября 2009, добавлена 7-я глава

Это история любви Доротеи и Юлиана, это история восстания в оккупированной немцами Варшаве, это история в которой танки расстреливают баррикады из книг, это история поэта Дальней Любви – Джауфре Рюделя. Эту книгу стоит прочитать, хотя бы ради того, чтобы узнать про Дальнюю Любовь…

Четверо друзей 24-26 лет "проваливаются" из 2002 года в 1890 год.

Что было бы с Россией, если бы не было тридцати «потернных» лет царствия Николая I, если бы вместо Александра II — Освободителя, был бы Николай I Освободитель, и крестьянская реформа дейсвительо дала бы землю крестьянм, а промышленная революция началась бы в России на полвека раньше. Попаднец в этом романе — обычный человек, без особых навыков, хотя, конечно, знание истории дает ему некоторое преимущество. Но, все технологии и события описанные в романе — реальные.

С помощью колец фараона Эхнатона и его жены Нефертити историк по имени Владимир побывал летчиком французской эскадрильи 1915 года, участвовал в обороне Севастополя вместе с поручиком Толстым, готовил Переяславскую Раду как писарь гетмана Хмельницкого, лечил цесаревича Алексея и беседовал с премьером Столыпиным, жил в скифском племени и был продан в рабство, летал на планету Таркан, встречался с кардиналом Мазарини и возглавлял племя людей каменного века…

Они несли на своих штыках свободу и искренне считали себя миротворцами. Простые американские парни в камуфляже и их командиры, и командиры их командиров, и даже самый главный, тот, что сидел в Белом Доме — искренне недоумевали — почему несознательные жители тоталитарных стран так отчаянно сражаются со своими демократизаторами? Ведь бомбят их и поливают напалмом лишь для их же блага, ради того, чтобы они приобщились к благам западной цивилизации. Но афганцы и иранцы, турки и русские упрямо хотели жить по-своему и имели собственное мнение о том, что такое хорошо и что такое плохо. И отстаивали свой взгляд на мир с калашниковыми в руках и ПЗРК на плечах. И даже сил единственной на Земле сверхдержавы на все не хватало. Вот теперь полыхнуло в, казалось бы, давно замиренном Ираке…

Великая смута пришла на Русь. Нет больше Князя, способного править землями русскими. Предложили престол княжеский воеводе Степану Никитичу. Всю ночь раздумывал наш герой, а к нему являлись убитые в ходе казней на Великой недели люди. Смерть этих людей, по мнению Воеводы, была на его руках. И эта ночь стала для него настоящим испытанием.

Навыков каллиграфа не имею. Давным-давно приобрел привычку писать весьма неразборчиво. К тому же, моя какография скрывает какологию. Если всё же пожелаете прочитать воспоминания и дневники царьградского вора, изложенные на жёлто-розоватых листах пергамента, сшитых в тетради, а также историю, нацарапанную пером, скрипящим в непослушной руке, привыкшей к клавиатуре, о том как из грязи вышел в князи, то извольте.

 А на вопросец, откуда есть, пришёл пишущий эти строки, узнаете, прочитав мою первую тетрадь. В ней также о самых беззаботных днях моей жизни и о том, как я порушил своё счастье.

Альтернативная история. Наш современник при помощи исторического симулятора "попадает" в 1825 год на восстание декабристов. Ход истории может измениться!