В. Бирюк - Не-Русь

В оврагах… что-то течёт. Типа ручейков или цепочки болотцев. Хорошо посмотреть не дают — стрелами со стен кидаются. Но судя по запаху… болото. С оттенком городской канализации и мусорной свалки.

Ров — по глубине, ширине — под стать оврагам. По профилю: треугольный, одинаковый по длине. Профили оврагов… скорее — подпрямоугольные, к реке расширяющиеся. Склоны рва укреплены кольями, вбитыми в шахматном порядке.

Со стороны южного оврага и берега — срубы прямо на земле стоят, без вала, чуть отступя от края.

Так же стоят срубы на грунте и вдоль северного оврага, но…

От пристани на Волге идёт дорога, огибает посад, раздваивается. По одной ветке — караваны идут от берега Волги, переваливают водораздел, там где-то перегружаются в лодки или так топают — уже по среднему течению Свияги.

Другая — загибается влево, обходит посад, огибает верховье северного оврага. После чего ведёт назад. Мост через ров и… приходим в полосу 2–3 метра между оврагом и стеной. Вот же ж… умники! Топать под обстрелом со стены с правой стороны… даже щитом толком не закрыться! Интересно: а как они тут разъезжаются? А, вижу: за мостом — караульная избушка. Такая… «в три наката повышенной прочности». Оттуда махнут — на надвратной башне — отмахнутся. Или — наоборот.

В паре сотен метров от волжского берега дорога упирается в городские ворота. Отсюда — стена уже по краю оврага, без отступа. Над воротами — башенка деревянная. И… точно: аналог перибола. Как это бывает в булгарских крепостях, стены у ворот сделаны «в нахлёст». Метров 6–8, где подобравшегося к воротам противника будут долбить с четырёх сторон: с боков — с обеих стен, спереди — из башенки, ещё и в спину со основной стены издалека наискосок — стрелой достанут.

В северо-западном углу, там, где дорога пересекает по деревянному мосту ров и «уходит под сень стены» — угловая башня. Тоже бревенчатая, в один ярус, под четырёхскатной крышей.

Что ещё хорошенького? Ну хоть что-то приятное для осаждающего найти можно?!

Гласиса перед рвом — нет. Фоссебрея — нет. Это довольно типичное препятствие для Волжской Булгарии и Средней Азии: затрудняет подступ противника непосредственно к самим крепостным укреплениям. Обычная форма: в метр высоты глинобитная стенка шагах в 20–30 перед валом или рвом.

Фланкирующих башен — нет, изломов линии стен — нет, барбакана — нет. Ни «входящих» углов, ни «исходящих. По верху стены — бревенчатый невысокий сплошной парапет.

Великолепно! Большое каменное «дубль-ве с завиточком», как сделано на крутом склоне горы в Великом Стоне — не здесь.

Ещё радует отсутствие стационарных конструкций для «нагадить на голову» Типа желобов, хоботов, поворотных кранов. Для: кипятка выливать, камней бросать, дерьмо помётывать… Зубцов, бойниц нет. По всей стене — двускатная щепяная крыша.

Бойниц в эту эпоху не любят: дырка в стене уменьшает её прочность, очаг гниения для деревянных стен. Ни «подошвенного боя», ни среднего огневого пояса — нет. А то ведь враги и забраться могут. Как несколько ночей подряд лезли тайком в бойницу башни крестоносцы в Антиохии.

Другая причина — отсутствие огнестрелов. Ружьё, пушку можно высунуть дулом наружу. И там уже — снаружи — этим дулом… водить. В смысле — целиться. Лучник же стреляет сквозь бойницу. Ему нужно свободное пространство. Для лука — вертикальное, для стрелы — горизонтальное, для «локоток оттопырить» — вбок. При здешних толстых стенах — очень неудобно. Поэтому и бойницы делают только в башнях. Но здесь и этого нет: бить нас будут с верхних площадок. Оттуда и летит дальше, и выцеливать удобнее.

В булгарских крепостях есть полный набор вариантов триады ров-вал-стена: один ров — один вал — ноль стен, два рва — один вал — одна стена, два рва — два вала — две стены, три-три-одна, четыре-четыре-две… Хотя здесь вряд ли: вторая стена должна быть выше первой. А её не видно.

По классификации Раппопорта: городище с частичным использованием рельефа в оборонительных сооружениях.

Булгары много строят таких — частично использующих или вообще не использующих рельеф — крепостиц. Как и русские. Потом придут монголы со своей стенобитной техникой, и иллюзии защищённости — исчезнут. Дальше будут только «подчинённые окружающему рельефу». Преимущественно мысового или петлевого (на речном мысу или в петле реки) подтипов.

Наверное, поэтому, Янин, после уничтожения монголами, не отстроился заново.

И как всё это… штурмовать? И — чем? Я ж не Субудей с Батыем! Сам-то я как-то в полиоркетике и параскевастике… в смысле: в искусстве осады городов… не, не очень. «Казань — брал, Астрахань — брал, Шпака — не брал» — сказать не могу. Не из-за Шпака.

Ещё из приятного — наш авангард подсуетился. У нас Муромские впереди идут. Они ещё затемно здесь высадились. Ухитрились и посад почти целым взять и мост с избушкой. Теперь вяло перестреливаются с защитниками крепости. И луки слабые и стрелять снизу вверх неудобно.

Пока войско ставило лагерь, мы с Суханом облазили окрестности. Даже в овраги нос сунул: подглядел из-за угла, как булгары воду из болотца таскают да на стены выливают. Боятся, наверное, что запалим всё это хозяйство.

Принципиальная особенность средневековых крепостей на Русской равнине — дерево-земляной характер. ДЗОТ — это исконно-посконно, это по-нашему! И даже если по не-нашему, то — всё равно, исконно, по-здешнему.

На Западе, после относительно короткого периода после падения Римской империи, перешли к каменным укреплениям, на Востоке часто глиняные делают. А вот у нас… хоть готы, хоть булгары…

Если дерево внутри, в земле — оно гниёт, если снаружи — сохнет, горит. На линии укреплений древних городищ почти всегда можно найти следы пожара — сгорела вся «защита и оборона».

Интересно: а колодцев у них внутри нет? Раз они воду из оврага ведёрком таскают… Должны быть, просто берегут питьевую воду. Народ из посада в город убежал. А главное — скотину пригнал. На такую ораву — много воды надо.

Уже ближе к вечеру по лагерю забегали сеунчеи — большой военный совет.

Я, знаете ли, совершенно не торопился. Там всё с молебна начнётся — чего мне там делать? Тем более, после «божьего поля» в Мологе — у меня на 18 лет освобождение. От церкви вообще и от молебнов — в частности.

Да и штуку интересную нашёл. В посаде, пока Николашка у муромских ребят коровку трофейную на ужин торговал, увидел такой… Луноход? Членовоз? Звездо-вагон? Несамоходная многоколёсная платформа. Под юрту. Монстр!

Обычные юрты разбирают и перевозят «россыпью». Но летописцы отмечают и возимые на телегах. Восьмиколёсное чудовище в полтора метра ростом, с площадкой… 6х5 метров. Это ж сколько лошадей сюда запрягать надо?! Хотя… если у каждого кыпчака на походе 10–12… а эта штука, наверняка, для какого-нибудь хана… интересно, а оно катается? — Катается. Тяжело, скрипуче, но… транспорт…