Алекс Войтенко - Сашеньки

Несмотря на то, что нашей машине уже больше двенадцати лет, да и последние пять она стояла всего лишь под навесом, а не в гараже. Она прекрасно сохранилась. Недавно ради интереса я облазил ее всю, но никакой ржавчины так и не нашел. Да и заводится она с пол оборота, и двигатель работает ровно. Даже салон и тот выглядит вполне нормально, несмотря на то, что мы возили в нем кирпичи. Да и сколько было этих кирпичей? Может сотня-две, не больше.

В общем, мама дала объявление о продаже, и предупредила знакомых, о том же.

К выходным приехала тетя Лиза с детьми. И тут же высказала свое мнение. Как будто мы без нее не сообразим, что нам делать. Вдобавок ко всему полезла в наши портфели проверять, как мы учимся. Мама и то не позволяет себе такого. Посмотрел я на нее и подумал: "Послать тебя, что ли куда нибудь подальше? Так некуда, везде уже посылали...".

— Когда закончите обыск, сложите пожалуйста все на место. — Бросил я, подхватил сестру, и мы вышли из комнаты.

Что тут началось!? Просто жуть. На нас сразу вылилось, и что мы невоспитанные, и неаккуратные, и никакого уважения к старшим, и грубияны, и еще целая куча всего.

Мама послушала всё это и когда та чуть успокоилась, спросила:

— А с чего все началось? Почему, мой сын нагрубил тебе?

— Я решила проверить их дневники. — Сказала она таким тоном, как будто это ее святая обязанность.

— А дневники, где лежали?

— В сумке, где же еще?

— Скажи, а зачем ты полезла в сумки моих детей?

— Что?! Я?! — у тети Лизы, казалось, пропал дар речи, от подобного вопроса.

— А кто же еще?

— Я зас-служен-ный уч-читель! Я! Я им-мею право интерес-совваться! — от волнения она даже начала заикаться.

— И это дает тебе право лазить по чужим сумкам? — спокойно спросила мать. — Что ты там хотела найти?

— Да, как ты смеешь?!

— Смею. Это мои дети! Своим хоть личный обыск устраивай, а моих не трожь! Если хочешь поинтересоваться спроси, тебе ответят, но это не значит, что нужно обыскивать Моих Детей!

— Ты! Ты! Все я уезжаю! И ноги моей здесь больше не будет!

— Дело твое. — Мама развернулась и вышла из комнаты.

Буквально в считанные минуты, тетя Лиза покинула наш дом.

В общем то гости нас не баловали, гораздо чаще собирались соседи. У нас в углу двора, стоит сваренная из уголка и труб тахта — топчан, застеленная досками. Что бы удобно было сидеть, на них расстилались коврики или старые матрасы, а посередине, на невысоких ножках ставился столик — достархан. Чаще по субботам, но иногда и в будние дни, собирались все соседи. Вначале пили чай, разговаривали, а позже играли в лото, или карты. От стоящей над топчаном черешни, падала тень, создавая прохладу. А если было все же жарко, то мы обычно протягивали шланг и подсоединив распылитель, включали воду, устраивая небольшой фонтанчик.

Кто приносил с собой конфеты, кто печенье или булочки, мама чаще заваривала чай. И все были очень довольны, такими вечерними посиделками.

А зимой, все перебирались в дом. Когда к нам, когда к кому-то из соседей. Очередь никто не устанавливал, скорее каждый старался, что бы пришли к нему.

Вот так мы и жили, не обращая внимания на национальности. Все мы были как бы одной семьей.

Иногда приезжал Дядя Исмаил. Он все так же был добр к нам, часто возил нас в кино или на какой нибудь концерт. Правда, с некоторых пор, уже не приглашал нас к себе домой. Ссылаясь то на болезнь жены, то на что-то еще. Было довольно сильно заметно, что в семье у него не все в порядке, но мы пытались отвлечь его от проблем, и он с благодарностью принимал наши старания. Более того, всегда с радостью встречали его, от чего он моментально преображался. Было очень заметно, что он относится к нам как к своим детям, и мы всеми силами поддерживали его.

А 10 ноября, он пригласил нас на концерт, посвященный его профессиональному празднику — Дню Советской Милиции.

Мама в этот день работала, поэтому мы поехали без нее.

В этот день мы впервые увидели его в форме. Он был в парадном мундире полковника милиции, а на левой стороне груди в несколько рядов висели правительственные награды. Мы с Санькой тут же попросили его рассказать о них и он всю дорогу рассказывал нам об этом. Сестра устроилась на переднем сидении его новой Волги, а я сел сзади, но большую часть пути провел полустоя, держась за спинки передних сидений. Уж очень интересно было слушать его рассказы.

Наконец мы подъехали к концертному залу "Бахор" — Весна, в переводе на русский.

Сюрпризы начались, едва мы успели выйти из машины. Пока Исмаил-ака закрывал двери, к нам подошел какой-то смутно знакомый полковник, тоже в форме милиции и поздоровавшись с дядей спросил:

— Ты сегодня с телохранителями?

— ?! — дядя Исмаил от неожиданного вопроса, не нашел, что ответить. С изумлением взгляну на нас.

— Ну как же? Вы, что ж не просветили его? — обратился он к нам. И продолжил, как бы представляя нас.

— Эти близнецы, победители чемпионата республики по тхэквондо. Ведь так?

— Нет, у меня вторе место. — Ответил я. — Это у сестры первое.

— Все равно. Черные пояса в десять лет, просто так не дают! Ну ладно, пойду, встретимся. — Попрощался он с дядей, и прошел в зал.

— А, вы мне не рассказывали. — Попенял нам дядя.

— Да, как то неудобно хвастаться. — Ответил я припоминая, что видел того полковника в судейском жюри.

Пока мы заняли свои места и до самого начала концерта, мы с Санькой отвечали на дядины вопросы и рассказывали о соревнованиях, вводя его в курс дела.

Вначале, как обычно была торжественная часть, на которой говорилось об успехах Советской милиции. После началось награждение, и дядю дважды вызывали на сцену, вручив медаль — "за отличную службу в охране общественного порядка" и почетную грамоту.

Когда дядя вернулся на место, я почувствовал на себе чей-то тяжелый взгляд. Подняв голову, я заметил в президиуме человека, из подлобья смотревшего на нас, который заметив мое внимание повернулся в сторону. Но спустя секунду-две, вновь посмотрел на нас и до меня донеслись его мысли: "Радуйся, радуйся, все равно тебе не найти Фариду, сколько не пытайся. У тебя просто ума не хватит искать ее в нашем пансионате на Ак-таше. Посмотрим потом, кто будет смеяться последним!". Я вновь поднял голову и мысли, как отрезало. Санька о чем то спросила меня и я отвечая ей, на время забыл об этом.

После был небольшой перерыв, в котором мы прошли в буфет, где съели по мороженому и выпили по стакану сока. Часто к нам подходили его знакомые и сослуживцы, и теперь уже он представлял нас, как чемпионов Узбекистана по восточным единоборствам, и я видел, что ему это доставляет удовольствие и гордость за нас.